От автора: принято считать, что женщине после родов требуется помощь близких. Но иногда эта помощь настолько не адекватна, что делает жизнь молодой мамы невыносимой. Сложность в том, что чаще всего подавленное состояние женщины списывают на гормональный фон, усталость и послеродовую депрессию, а по факту причины оказываются до банального просты.
Два случая из практики.
Параллельно ко мне обратились две недавно родившие женщины с похожими запросами — необъяснимая тоска, депрессивное состояние, апатия, ничего не хочется делать, и в итоге, отчаянное — "я плохая мать, я не справляюсь".
На деле оказалось два зеркально отражающихся случая.
- Случай 1.
Совсем молодая мама (19 лет), назовём её Дашей, полтора месяца назад, находясь в законном браке, родила девочку. Мужу 23 года. Вполне серьёзный молодой человек, но с ним мы общались совсем мало. Как водится, сразу после родов в квартиру молодой семьи переехала бабушка (мама Даши), чтобы помочь с ребёнком. Она и встретила меня на пороге, когда я приехала первый раз. С виду очень приветливая, вежливая, посетовала, что дочке тяжело после родов. Даша в это время кормила ребёнка грудью. Как только малышка перестала сосать, бабушка тут же её забрала. Меня сразу насторожил тоскливый взгляд молодой мамы, которым она провожала свою дочь. Я спросила её об этом. Оказалось, что Даша очень хотела бы больше времени проводить с малышкой, но она ничего не умеет, и, как говорит её мама, пока у неё ничего не получается. Бабушка возится с малышкой целый день, давая Дашеньке отдохнуть, и гуляет с ней сама и ночью прибегает, если малышка плачет. Одним словом, у меня складывается впечатление, что ребёнок не Дашин, а её мамы. Поймав себя на этом ощущении, я прошу Дашину маму принести ребёнка, под предлогом того, что мне нужно понаблюдать за ним тоже. Бабушка возвращает малышку неохотно, всё норовит вернуться и переживает о том, что будет делать Даша, если девочка заплачет. Даша сначала тоже недоумевает. Но через 15 минут её лицо меняется до неузнаваемости. Я показываю ей, как лучше взаимодействовать с дочкой соответственно её возрасту, обращаю внимание на некоторые важные моменты в их общении — и вот они обе уже улыбаются, и Дашины глаза сияют.
Причина её депрессивного состояния очевидна: несмотря на молодость, Даша очень хочет быть мамой — настоящей, компетентной, заботливой. Но её собственная мама не допускает мыли, что Даша способна на это. Под предлогом заботы о дочке она свела к минимуму её контакт с малышкой, практически отдавая её лишь на кормление. "Ты отдохни, доченька, тебе восстанавливаться нужно, ты поспи, я сама с внученькой повожусь! Дай-ка мне её — у меня лучше получится". У Даши хорошие отношения с мамой, и она ей 100% верит. Раз мама сказала — "у тебя ничего не получается", значит, не получается. Как на маму обижаться, когда та проявляет столько заботы и так помогает? А в душе у Даши лавинообразно нарастает неосознанная тоска, вызванная отсутствием контакта с новорождённой дочерью, ощущение собственной неполноценности. Никчёмности. Не хочет она спать уже и отдыхать не хочет — ей дочка нужна! Только осознать она этого не может в нескончаемом коконе маминой заботы.
Вторую встречу посвящаем элементарным операционным навыкам — купание, переодевание, игра. Бабушка обиженно сидит на кухне. Пришлось с ней потом отдельно поговорить. А на третьей консультации Даша гордо рассказывает, как сама (!) уже третью ночь справляется с капризами малышки, как качает её и баюкает, как всю ночь носит на ручках и поёт колыбельные. А гордо — потому что получается её успокоить, потому что малышка прижимается к своей молодой маме и успокаивается. И, несмотря на физическую усталость, Даша говорит, что чувствует себя очень счастливой.
- Случай 2.
Марина — уже опытная мама. Старшему ребёнку — 4 года, младшему 3 месяца. Самой Марине — 27 лет. Сразу после рождения второго ребёнка муж попросил свою маму пожить у них, чтобы помочь Марине с детьми.
Когда я приехала, дверь мне открыла сама Марина с ребёнком на руках. Бабушка стояла за спиной. Прошли в комнату — бабушка тоже села рядом. Когда я попросила её оставить нас наедине, она обиженно заметила, что должна быть в курсе происходящего, чтобы быть полезной своей невестке. Уходя, не забрала ни одного из детей. Мы остались в комнате вчетвером — я, Марина и два её сына. Марина выглядела очень уставшей и тревожной. Несколько раз извинялась за беспорядок, которого я не заметила даже, но потом постепенно расслабилась. Оказалось, что свекровь постоянно находится рядом с ней, но детьми почти не занимается, только комментирует, что и когда нужно делать. Постоянно декларирует, что она своих детей вырастила сама, и каждая женщина должна делать это сама. Чётко следит за порядком в доме и сетует на то, что Марина ничего не успевает. Говорит это вроде с сочувствием, но Марина постоянно слышит укор в её словах, разрывается на части, чтобы всё успеть и при этом быть хорошей матерью. За эти три месяца Марина ни разу не оставалась одна и ни разу (!!!) не позволила себе прилечь отдохнуть днём, даже после нескольких бессонных ночей, проведённых с ребёнком. Она просто не хотела обижать свекровь, которая любила компанию и постоянно что-то рассказывала. Муж был уверен, что обеспечил максимальную помощь жене в лице своей мамы. Марина выбивалась из сил, разрываясь между младенцем, старшим ребёнком, мужем и свекровью.
Вторую консультацию я предложила Марине провести в парке на детской площадке, свекровь с собой не брать (до этого они всегда гуляли вместе). Через час нашей прогулки Марина вдруг сказала: "Как же хорошо! Я будто вдохнула, наконец, свежего воздуха!". Она очень удивилась, когда я отметила, что не каждая мама так ловко справляется с двумя детьми. Она и правда очень здорово справлялась. Мы выяснили, что её напряжение и депрессивное состояние были вызваны не родами и не увеличившейся физической нагрузкой, а появлением в их доме помощницы в виде свекрови, под прицелом которой Марина находилась круглые сутки. Мысль о том, что она вполне компетентная мама и жена, серьёзно повлияла на состояние Марины. Другой вопрос — почему слова и замечания свекрови стали для неё важнее собственных ощущений и знаний? Ответы на эти вопросы лежат в её детстве, в отношениях с её собственной матерью. Об этом мы и будем говорить с ней на последующих встречах. А свекровь, наконец, вернулась домой, что существенно облегчило жизнь Марины.
Вывод:
Недавно родившие мамочки часто ждут помощи от своих близких, даже не подозревая, чем это может для них обернуться. Неадекватная помощь гораздо чаще, чем мы думаем, превращает первые месяцы после родов в кошмар. Умение найти точку опоры не в окружающих, а в самой себе, почувствовать свою материнскую компетентность и установить прочный контакт с ребёнком — вот что является залогом успешного и радостного материнства. Помощь помощи — рознь.
