Для того, чтобы оказаться в позиции жертвы, необязательно пережить физическое насилие. Это может быть "безобидное" пренебрежение, игнорирование, критика. Человек, оказавшийся в положении жертвы, чувствует себя использованным, отвратительным, жалким и слабым. Это тяжелейшее, трудно переносимое состояние.
Нередко, для того, чтобы выйти из позиции жертвы, пострадавший сам становится преследователем. Находит доступный для агрессии объект и переносит накопившуюся злость на него. Позиция нападающего даёт силу, которой нет в позиции жертвы.
Пример из практики. Согласие клиентки на публикацию получено, имя изменено.
В студенческой группе Дарины обсуждали виктимность — поведение жертвы.
— Как так! — возмущалась Дарина. — Если взрослая тётка садится в машину к незнакомому мужчине, стоит ли удивляться тому, что эта история закончится изнасилованием. Или девушка живёт с парнем, который её бьёт! Зачем она это делает? У неё что, с головой не в порядке?
Одногруппники не согласились с Дариной, и она почувствовала себя в одиночестве — отвергнутой. Это было такое знакомое ей с раннего детства состояние, когда она сама чувствовала себя жертвой. И это было невыносимо. Дарина научилась справляться с этим состоянием, с ощущением собственной ненужности, переходя из роли жертвы в роль преследователя, критикуя окружающих.
Девушка вспомнила ситуацию, когда в возрасте восьми лет она сказала маме, что мама совсем не занимается её воспитанием. Сколько оскорбительных слов Дарина услышала в ответ! Бабушка и дедушка постоянно твердили, что мама не занимается воспитаем дочки. Но они делали это в отсутствии мамы. Девочка произнесла слова, многократно проговорённые бабушкой и дедушкой. Дедушка присутствовал при этом конфликте. Знаете, как он поступил? Он сказал внучке:
— Ты не права! Извинись перед мамой!
Взрослая Дарина увидела себя маленькую в позиции жертвы. Подобные ситуации возникали неоднократно. Они были очень болезненными для маленькой Дарины. Она постаралась забыть их, вытеснить состояние жертвы-ощущение несправедливости и беспомощности. Но оно никуда не исчезло. До поры до времени притаилось и только "изредка" напоминало о себе. Так, девушка избегала близких контактов с окружающими, была излишне критична. Особенно её раздражало чьё-либо жертвенное поведение. Дарина всегда замечала его в других людях, но не принимала в себе. Принять в себе жертву означало — пережить всю боль, которая была в её жизни, когда Дарина была маленькой и слабой, зависимой от взрослых. А это очень страшно.
Сегодня в терапии взрослая Дарина поддержала себя восьмилетнюю. Она сказала девочке, что её слабость и беспомощность естественны. Ей восемь лет, она — ребёнок. Все дети зависят от взрослых. Маленькой Дарине можно проявить злость. Это нормально — злиться, когда нет поддержки, на которую вправе рассчитывать каждый ребёнок. Девочке можно пережить разочарование, потому что взрослые не дали ей ощущение безопасности. Ей можно выразить печаль, которое неизбежно следует за разочарованием. Когда маленькая Дарина выразила все чувства, взрослая обняла свою девочку и приняла её, поместила в своё тело.
— Удивительно, — сказала Дарина, — сейчас, когда я думаю о слабых, беззащитных и зависимых людях, они уже не вызывают у меня прежнего раздражения. Я понимаю, что у каждой жертвы есть причины для такого её поведения.
Каждая жертва — это маленький, беззащитный ребёнок, которого использовали. Его тело выросло, а состояние беспомощности осталось. Ему не хватило ресурсов повзрослеть.
Когда человек нападает на другого, он пытается забыть о насилии в свой адрес. Но это невозможно. Стереть травму из памяти не получится. Она забывается лишь до поры до времени, пока что-либо о ней не напомнит. В терапии есть возможность дать беззащитной части личности безопасность и поддержку, принять её. После этого человек начинает смотреть на мир глазами взрослого, а не обиженного ребёнка.
