Половое поведение ребёнка формирует его окружение. С самого рождения девочки присутствующие в её жизни люди посылают ей вербальные и невербальные сообщения о том, что можно считать мужественностью, а что — женственностью.
Важно, как родители относятся к своей половой принадлежности, принимают ли они пол ребёнка.
Для девочки особенно важен образец поведения матери. Её отношение к собственной женственности, к сексуальности, к своему материнству. Когда есть позитивный образец женского поведения и разрешение быть девочкой, ребёнок с гордостью принимает свой пол.
Принятие женщиной своего пола зависит от её отношений с матерью.
- Пример из практики.
Разрешение от клиентки на публикацию получено, имя изменено.
Ксения — молодая женщина. Она рассказывает, что ведёт себя в социуме "как мужчина" — решает, добывает, добивается успехов в социуме.
Задавая себе вопрос: "Кто же я?" — Ксения затрудняется на него ответить. Зеркало подтверждает наличие женского тела, но Ксения не чувствует себя женщиной.
Она устала от "я сама", от того, что постоянно находится в мужской роли, от ощущений себя "мужиком в юбке".
Ксения хочет разрешить себе "быть женщиной".
Рассказывая о матери, Ксения говорит: "Я не могу себе даже представить сходство с ней, у меня нет ни единого качества, которое бы я унаследовала от матери. Мы совершенно разные люди". В голосе девушки звучит нескрываемое раздражение.
Мама Ксении была "очевидно" женщиной. Она всегда хорошо выглядела, шила, вязала, вышивала. Маленькая Ксюша очень хотела быть похожей на маму. Но мама была жёсткой, критичной и вечно недовольной поведением дочери.
Однажды, увидев, что девочка учится вышивать, мама резко сказала, что у неё ничего не получится, потому что "руки не из того места растут".
В ответ на критику мамы Ксения решила, что всё нужно делать "идеально или никак". В дальнейшем, она делала только то, что у неё получалось "идеально". Запретила себе ошибаться.
Окружающие маленькую Ксюшу мужчины — папа, дедушка и брат — проводили с девочкой значительно больше времени, чем мама. Ксения переняла их интересы, манеру поведения. Девочка "терпеть не могла" куклы, она играла машинками и конструкторами, легко управлялась с отвёртками и молотками. Любимый запах детства — запах канифоли. Мужчины в её окружении одобряли и разделяли увлечения Ксении. С детства она "больше чувствовала себя мальчиком, чем девочкой".
Внимание мамы к дочери проявлялось в дарении кукол. Ксения вспоминает, что в детстве она снимала одежду с очередной куклы, подаренной мамой, и убеждалась, что "там нет ничего привлекательного": руки и ноги не отстёгиваются, кукла не разбирается. Ксения укладывала разочаровавшую её игрушку в пустую кроличью клетку. Маленькой Ксении "удалось" доверху заполнить клетку куклами, похожими одна на другую.
В процессе терапии Ксения поняла, что переносила на кукол злость, адресованную маме. Мама "с завидным упорством" дарила куклы, игнорируя то, что Ксения не играет ими, не замечая того, как наполняется кроличья клетка. Мама руководствовалась установкой: "Девочка должна играть в куклы".
А ещё куклы так похожи на родительницу, такие же жёсткие, холодные, нарядные и бесчувственные.
Девочка проявляла злость на маму, обесценивая кукол. Она раздевала их, как будто снимала с "куклы-мамы" её внешние защитные оболочки — роли, и наказывала — садила в "кроличью клетку — тюрьму". При этом Ксения разочаровалась не только в маме, в её женственности, она обесценила и свою собственную женственность.
Ксения принимала и культивировала свою мужскую часть и принижала женскую.
В терапии Ксения поняла, что у мамы были свои причины, побуждающие её быть "холодной матерью". Критикуя или игнорируя свою маленькую дочку, женщина копировала поведение своей матери, убеждённой в том, что лучшее воспитание — критика. Кроме того, детская часть матери — её внутренняя девочка конкурировала с маленькой дочкой за внимание окружающих.
По мере проработки детских травм увеличивалась осознанность девушки. Она начала с пониманием относиться как к своим, так и к чужим ошибкам. Ксения научилась быть как "слабой" — ранимой, нуждающейся в заботе и поддержке, так и "сильной" — отстаивающей свои границы и открыто говорящей о своих желаниях.
Девушка приняла тот факт, что мама не изменится, не станет тёплой и любящей, внимательной и заботливой. Даже, если случится чудо, это будет "другая" мама. Маленькая Ксения уже никогда её не встретит, детство прошло.
Ксения уже может наслаждаться тем, что имеет, и самостоятельно давать себе то, что так и не удалось получить от родителей.
Приняв маму, девушка начинает замечать в себе и те качества, которые она считала материнскими, и от которых отказалась в детстве. Изменился даже стиль её одежды.
Для формирования половой идентичности ребёнка важно, как в семейной системе относятся к своему и противоположному полу, модели поведения родителей. Чтобы девочка почувствовала свою женственность, ей необходимо "принять в себе мать".
