"Дао кэ дао фэйчан дао" — "Проходимый путь не есть вечный путь" — первые слова в древнем китайском трактате "Дао дэ цзин", написанным основателем даосизма Лао Цзы. Золотые слова! Мы идём по дороге, окружающий нас мир: деревья на ветру, текущая река, бегущие облака на небе, да и мы сами — всё находится в постоянном движении, и каждое мгновение времени мир и мы, как неотъемлемая его часть, постоянно меняемся. Вы читаете эти строки, а сами уже не являетесь теми, что начали их читать. Это — закон извечного Дао. Ничто не вечно, вечен только Путь.
Согласно теории Большого Взрыва, вселенная из одной точки, обладающей чрезвычайно плотной массой и бесконечно огромной температурой, стала стремительно расширяться во все стороны, образуя материю, пространство и время. В момент Взрыва образовались сгустки энергии, которые, постоянно изменяясь, летят в бесконечности и имеют невероятно сложный вектор — путь. Эти сгустки завихряются, соединяются в атомы, молекулы, звёзды, планеты, живые организмы, разум; затем энергия истощается, частицы распадаются, звёзды гаснут, жизнь и все остальное распадается в пыль; но через колоссально огромное время эта пыль по вселенским законам сохранения энергии опять сгущается, от неё вновь загораются звезды… и всё начинается сначала до скончания времён, пока вселенная опять не схлопнется в точку, не станет точкой сигнулярности — нулём. Так или иначе, Путь, заданный каждой частице вселенной, энергия, данная ей ужасающе огромной силой Большого Взрыва, пребывает в заданной, определённой постоянности.
Дао — это и есть та сила, ветер, формирующий пространство и время. Дао бесформенно и пустотно, Дао непостижимо, все наши представления о нем — лишь иллюзия, потому, что мы отталкиваемся от собственного ничтожного опыта, который не имеет почти ничего общего с реальностью. Нельзя увидеть ветер, можно лишь ощутить его дуновение. Можно увидеть, как он клонит траву, срывает листья, гонит океанскую волну, поднимает пыль на сельской дороге… Учёные фиксируют сверхновые звезды, квазары, исследуют вселенную, рассчитывают золь-гель переходы живой клетки, ритмы поверхности ядра той же живой клетки… но всё это — проявление Ветра, его дуновение. Мы с вами тоже — лишь дуновение Ветра, пыль на дороге, которая от его энергии, точнее — комбинации разноуровневых энергий, завихряется и создаёт образ, потом успокаивается и с новым дуновением Ветра из той же пыли на дороге рождается следующий образ.
Мы созданы "по образу и подобию" Создателя. Мы — его плоть и кровь. Мы состоим из тех же элементарных частиц, возникших в результате Большого Взрыва. Живая клетка — модель Вселенной. Человек, состоящий из живых клеток — тоже её модель. Из точки сигнулярности (оплодотворённой яйцеклетки), человек проходит практически все стадии эволюции, растёт, т.е. постоянно расширяется в пространстве и времени. Когда человек взрослеет и его тело принимает относительно законченные параметры, его дух, стремления, энергия, которую вложил в него Создатель, продолжает расширяться. Тело человека имеет пределы, разум и дух могут расширяться бесконечно, как Вселенная. Человек — существо пытливое и постоянно расширяет своё сознание, находя всё новые и новые вехи неведомого вектора-пути. Но Путь одолеет только идущий. Дао — Путь — это дорога, по которой можно двигаться, идти вперёд. Движение — это действие, а действие предполагает некую практику.
Для китайцев "поиск Истины" — это "поиск Дао", "поиск Пути". Но в отличие от нашей Истины, которая и есть истина, Дао не только окончательная реальность. Поиск Дао — не поиск того, что есть, поиск абсолютной реальности, поиск бытия. Это ещё и поиск Метода, а также ещё и Метод поиска. То есть, каким образом нужно идти по дороге, и как найти саму дорогу.
Один из крупнейших философов Китая ХХ в. — Фэн Юлань (1895–1990) в своей книге "Краткая история китайской философии" приводит такой анекдот, очень хорошо проясняющий "методологическую" направленность китайской мысли, её приверженности не столько результату, сколько методу, тому золотому ключику, который отворяет дверь, ведущую к искомому результату. Вот этот анекдот. Жил был дровосек, и однажды он встретил в горах бессмертного, следующего Дао-Пути и разговорился с ним. Бессмертный, которому дровосек понравился, пообещал, что исполнит любое его желание. Само собой тот пожелал золота. Бессмертный коснулся пальцем камня, превратив в золотой слиток. Видя, что дровосек не берёт золото и странно на него смотрит, осведомился, о чём тот задумался. Тот ответил: "Мне не нужно золото, мне нужен твой палец!" Дао как раз и есть тот палец, благодаря которому можно постичь … Дао.
Даосы говорят: "Моя судьба зависит от меня самого, а не от Неба". Человек сам идёт по дороге, следует Пути, а Небо только зажигает путеводные звёзды, которые указывают вехи, по которым следует двигаться. Даосы привержены Пути не только как Истине или высшему Принципу, но и как Методу. Даосские практики в высшей степени практичны. Главное в них — это Метод, способ, навык, умения, гунфу, которые человек обретает по ходу его освоения. В даосских практиках ценятся, прежде всего, не столько знание учителя, сколько его умение. У китайцев даже есть поговорка: "Учитель учит не словами, а телом".
Путей постижения Дао — великое множество. Мы для себя избрали боевое искусство. А именно — традиционный тайцзицюань стиля Чэнь. Тайцзицюань возник в конце 17-го века на основе даосских гимнастических и дыхательных техник, которые к тому времени научились приспосабливать к приёмам рукопашного боя.
Считается, что тайцзицюань был создан неким Чэнь Вантином (1600–1680), уроженцем провинции Хэнань, уезда Вэйсян, селения Чэньцзягоу. В семейных хрониках клана Чэнь (Чэньцзяпу) из той местности есть записи о том, что Чэнь Вантин был известным воином и на склоне лет разработал некое боевое искусство. Дело в те времена обычное, даже заурядное. Необычность заключалась в стратегии нового искусства. Вместо привычного бей-руби, использования грубой силы против такой же грубой силы, Чэнь Вантин стал использовать мягкие способы самозащиты. Вместо рипостного фехтования: использования жёстких блоков (рипостов), когда оружие ставится под углом, близким к 90 градусам по отношению к атакующему оружию, то есть идёт удар на удар, клинок на клинок, стали использоваться "липкий" меч (чжаньцзянь), "липкое" копьё (чжаньцяо) и т.д., когда оружие не блокировалось, а направлялось по касательной линии, "приклеивалось" к оружию противника, сопровождалось до нужной точки и выбиралась более выгодная позиция для атаки. Руки и ноги, голова и тело — те же мечи, копья и т.д., словом — оружие. Приёмы безоружного боя появились из приёмов фехтования. Те же методы "приклеивания" Чэнь Вантин перенёс и на бой голыми руками: появились знаменитые "липкие руки" — тренировочные методы туйшоу. Возник принципиально новый "нерипостный", неконфликтный метод рукопашного боя. В его "идейную" основу легло равновесие противоборствующих начал инь-ян, а в основу практического, тренировочного Метода легли даосские практики: двигательная гимнастика даоинь и система дыхательных упражнений тунна, а также "передовые" на то время приёмы рукопашного боя. Чэнь Вантину удалось свести к одному знаменателю вроде бы несопоставимые вещи, и в итоге получился тайцзицюань.
Китайский иероглиф местоимения первого лица ?"я" содержит идеограммы "рука" и "клевец". Рука, сжимающая наступательное оружие. Очень точное отображение личности, которая всегда держит оружие в руках и машет им направо и налево. Личность агрессивна по сути. Личность всегда в "контрах" с окружением. Да и в самой личности множество "я", и у каждой в руке по "клевцу". Война неизбежна. Мы привыкли жить в состоянии войны. Воюем сами с собой. С близкими людьми. С социумом. Волей или неволей мы конфликтуем. Война — это решение конфликта посредством конфликта, но конфликт на конфликт, "рипостный" метод разрешения приносит разрушения обеим сторонам. Даже когда мы выигрываем в этой войне, мы в проигрыше. Мы тратим на победу свои жизненные силы. Мы себя постоянно и методично истребляем. "Победу следует отмечать похоронной процессией", говорится в "Дао дэ цзин".
Рукопашный бой — это искусство войны, умение сражаться и побеждать. Но тайцзицюань — не конфликтующее искусство, хотя и учит сражаться и побеждать. Тайцзицюань — не рипостный рукопашный бой. Тайцзицюань — это весы, Метод нахождения равновесия. Практикующий вначале учится найти равновесие внутри себя, затем учится уравновешивать себя и противника, себя и окружение. Поскольку, знание об одном (знание себя, уравновешивания конфликтующих начал в себе самом) есть ключ к знанию о другом. Познание себя открывает дорогу к познанию окружающего мира.
Вся стратегия, тактика, боевые приёмы тайцзицюань базируются на космологических представлениях даосов о строении мира.
Без краткого обзора об этих представлениях разобраться в "кухне" тайцзицюань (как и в любом даосско ориентированном боевом искусстве) крайне сложно. Итак…
Среди категорий китайской культуры нет ни одной столь важной для понимания даосских практик, как ци. Древнекитайский философ Ван Чун в I веке н. э. дал такое определение ци: ци, сгущаясь, становится веществом, а истончаясь — духом, подобно тому, как лёд при нагревании превращается в воду, а вода в пар.
Все, что есть в мире — это ци и кроме ци и его состояний ничего нет. Мир — гигантский горн, в котором все сущее, представляя собой лишь состояние ци, постоянно переплавляется, меняя лишь внешние очертания и формы. Мы — лишь сгусток энергии, временный и непостоянный, мы состоим из тех же атомов, что воздух, дерево, река, облака и звезды. Суть ци — движение. Ци — это мощные потоки жизненной энергии пронизывающие всю вселенную и формирующие ее. Мир предельно динамичен, он каждое мгновение — новый. Каждая вещь — это не вещь сама по себе, это — процесс. Облака меняют очертания; человек рождается, растёт, взрослеет, старится и умирает; гора упирается в небо, через невероятно огромное время распадается в пыль, и снова через неведомые тектонические процессы вырастает ввысь. Мир — это постоянные перемены (и) и превращения (хуа), а Дао — великий регулятор перемен и превращений.
Ци — динамично, ци — это жизненная энергия, жизненная сила. Ципронизывает все вещи и существа этого мира. Мир не статичен и не спиритуален, он — энергиен.
"Человек живёт в ци, как рыба в воде" — говорят даосы. Более того он и есть вместилище ци, которое бежит по каналам и меридианам, сохраняется в "киноварных полях" — даньтянях. Суть китайской традиционной медицины состоит в устранении засоров в меридианах и восстановлении равновесия ци (разумеется, в более узком его понимании) во всем организме. В традиционных китайских боевых искусствах очень важно умение концентрировать, накапливать ци в теле, обеспечивать его беспрепятственную циркуляцию с целью использования его как средства защиты и нападения. Но об этом — позже.
В основе всего сущего находится Беспредельное (уцзи), которое есть не что иное, как Изначальный дух (юань шэнь), ци в его тончайшей форме. Оно абсолютно просто и лишено какой-либо оформленности. Затем Беспредельное начинает обретать полярную заряженность, одна его часть обретает положительный (ян), а другая отрицательный (инь) заряд. Следует отметить, что эти слова не следует воспринимать как пару "добро-зло", "плохой-хороший", это — "положительный и отрицательный", "плюс-минус" в самом что ни наесть естественнонаучном смысле. Таким образом, Единая ци Беспредельного становится двойственной, появляется положительная ци (ян ци) и отрицательная (инь ци). Но они не остаются статичными, а начинают переходить друг в друга, поля постоянно меняются зарядами. "Один раз инь, один раз ян — это и есть Дао-Путь". В отрицательном как бы сокрыто положительное, в положительном — отрицательное, они коренятся друг в друге. Сила ян доходит до предела своей зрелости и переходит в инь, которая, в свою очередь, переходит в ян. Это состояние двуединого ци называется Великим Пределом — тайцзи и графически изображается всем нам хорошо знакомом виде: кругом с двумя каплевидными половинами, в широких концах которых изображаются точки противоположного цвета, символизирующие потенцию положительного в отрицательном и отрицательного в положительном. Этот Великий Предел есть вечный Корень и Источник (бэнь юань)всего сущего, наполняющий все жизненной силой и энергией.
Однако переход от ян к инь и наоборот протекает постепенно и включает в себя пять фаз, которые в древней китайской традиции называются пятью первоэлементами — усин: это дерево, огонь, земля, металл и вода. Дерево — зарождающийся ян, огонь — зрелый ян, земля — равновесие и того и другого, металл — зарождающийся инь, вода — зрелый инь. Китайская мысль устанавливает соответствия между первоэлементами как определёнными состояниями ци и различными явлениями, воплощающими эти состояния.
Например:
- Дерево — зарождение ян — восток — весна — зелёный — гуманность — гнев — печень.
- Огонь — зрелость ян — юг — лето — красный — благоговение — радость — сердце.
- Земля — гармония инь-ян — центр — конец лета — жёлтый — размышление — селезёнка.
- Металл — зарождение инь — запад — осень — белый — справедливость — грусть — лёгкие.
- Вода — зрелость инь — север — зима — чёрный — мудрость — страх — почки.
Что общего между востоком и печенью, красным цветом и радостью, справедливостью и лёгкими? Все явления в самых разных областях окружающего нас мира — частей света, микрокосме тела, эмоциях, временах года, восприятиях цвета и вкуса воплощают в себе одно и то же состояние ци. В данном примере это — зарождение ян, зрелость ян, зарождение инь, т. е. степень заряженности жизненной энергии ци.
Схема пяти первоэлементов является основой даосских практик и во многом служит их методологической основой, обуславливая сам тип и порядок выполнения упражнений. Этому, в сущности, и посвящена данная публикация.
Следующей ступенью формирования мира является установление Неба (как тотального воплощения заряда ян и Земли (инь), мужского и женского, за чем уже следует появление всех родов сущего, как вещей, так и существ, живущих в соответствии с великим принципом Перемен (и) и Превращений (хуа). Все сущее есть лишь пять первоэлементов, пять первоэлементов есть лишь единый Великий Предел, а Великий Предел есть лишь единое Изначальное Ци.
Для традиционной китайской культуры не свойственна вера в бессмертие души, Сам дух — это вполне материальная энергетическая субстанция — ци. После смерти она рассеивается в природе. Смерть тела приводит к гибели духа. Поэтому уже в глубокой древности придавалось огромное значение средствам продления физической жизни, а долголетие (шоу) стало одной из важнейших ценностей китайской цивилизации. Натуралистический энергизм китайской мысли предполагает чрезвычайно высокую оценку жизни. На первое место ставится сама Жизнь, которая Здесь и Сейчас. Жизнь — это удача, шанс, бонус для личности. Нельзя не ценить шанс. Для нас практика тайцзицюань — это средство наполнить, продлить и ощутить вкус и аромат самой Жизни.
Вся китайская культура зиждется на этих представлениях. Эстетика живописи, каллиграфии; музыка, традиционная медицина строится на даосской модели мира. Даже бытийные вещи, пропущенные через эту призму, в Поднебесной становятся искусством. Всем знакома китайская кухня — она основана на сочетаниях инь — ян продуктов и взаимосвязях пяти элементов. Сбалансированное питание — это важнейшая составляющая даосских практик. Занятие сексом, обычное в повседневной жизни, даосы трансформировали в "искусство внутренних покоев" — искусство сохранять мощнейшую сексуальную энергию и её дальнейшего использования для единения с Дао. Наконец, последователи Дао — Пути создали кулачное искусство — цюаньшу, и, собственно — тайцзицюань, как один из многих, но все-таки особенных видов рукопашного боя.
Здесь можно отметить такие понятия, как "прежненебесное" (сянтянь) и "посленебесное" (хоутянь). В нашем контексте "прежненебесное" — это врождённые начала человека: особенности фигуры, характера, способности и т.д., то есть то, чем одарила его природа при рождении; "посленебесное" — это приобретённые качества в течение жизни. Даосы не подавляли мощнейшие инстинкты человека, его "прежненебесное" начало, а использовали их как "стартовую площадку" для дальнейшего развития, посредством практик формировали "посленебесное" — совершенного человека. Тайцзицюань как боевое искусство, кроме умения постоять за себя и близких, на наш взгляд, делает из человека Человека, поднимает его над своим "звериным", инстинктивным началом, учит быть в согласии с собой и окружающим миром.
Естественно предположить, что тайцзицюань — кулачное искусство Великого Предела, как срез китайской культуры имеет самое непосредственное отношение к даосской модели мира. Беспредельное (уцзи) рождает Великий Предел (тайцзи), Великий Предел рождает Небо и Землю и все сущее между ними. Человек, как часть всего сущего воплощает в себя Небо (ян) и Землю (инь), по сути, он и есть Великий Предел, является песчинкой Беспредельного. Человек имеет материальную составляющую — тело (инь) и живёт активной жизнью — обладает функциями (ян). В нашем контексте — боец использует тело как оружие (инь) и пользуется приёмами самозащиты, функционально использует тело (ян). Тело — это как самурайский меч. Меч нужно по особым технологиям сковать, закалить, заточить, подобрать цубу, сделать рукоять, развесить и т.д. Если меч плохо закалён, тупой и не развешан, его трудно использовать в бою. Но даже если меч прекрасной работы и им не уметь пользоваться, то это просто красивая безделушка, а не оружие: чтобы пустить его в дело нужно овладеть техникой фехтования. К тому же меч следует содержать в порядке: точить, чистить и смазывать. Иначе, какой толк в ржавой, зазубренной железяке? В традиционных китайских боевых искусствах подготовке тела придавалось приоритетное значение, поскольку оно являлось основой его функционального использования.
Таким образом, тренировочный метод в целом можно разбить на две составляющие: познание себя (одиночная, индивидуальная работа) и познание противника (парная работа). В тайцзицюань одиночная работа — это формальные комплексы (1-я и 2-я (паочуй) таолу), упражнения на разработку суставов, сухожилий, дыхательные упражнения, силовая работа, "тихое сидение" (цинцзо) и т.д. Парная работа — это туйшоу, отработка применений движений в формах (цзицзи) и саньда — свободный бой. Эти составляющие не существуют сами по себе, они взаимообразно проникают друг в друга: в парной работе, в том числе, тренируется тело; в одиночных упражнениях нарабатываются навыки для работы с противником. Материальная составляющая неразрывно связана с функциональностью и наоборот. Для становления бойца виды тренингов должны постоянно меняться, дополняя друг друга. "Один раз инь, один раз ян — это и есть Дао-Путь", говорится в "Дао дэ цзин.". Но, как уже было отмечено, переход отинь к ян включает пять фаз — пять первоэлементов: дерево, огонь, земля, металл, вода. Попробуем в этом разобраться.
Вся формальная техника тайцзицюань, его боевой арсенал содержится в одиночных комплексах — таолу. Буквально "лу" — это "дорога" или "дорожка", "тао" означает "комплект"; "таолу" — "комплект дорожек". Любой вид рукопашного боя состоит из приёмов, приёмы образуют связки — "дорожки". На ранних стадиях развития практиковались только отдельные приёмы и связки. Потом связки объединяли в одно целое, составляли "комплект" или "комплекс" и получалось таолу. Считается, что в тайцзицюань стиля Чэнь два таолу, по некоторым данным в старину их было семь, остальные пять якобы утеряны. Во всяком случае, со времён Чэнь Чансина (1771–1853) практикуется только две. На самом деле можно считать, что это две части одного комплекса, поскольку первая часть (первый таолу (илу)) начинается лицом на север и заканчивается в противоположную сторону — лицом на юг, вторая часть (паочуй (эрлу)), соответственно также начинается в одну (юг), а заканчивается в противоположную (север) сторону, таким образом, круг замыкается. Первая часть выполняется в основном медленно, вторая в основном быстро. Первая часть — инь, вторая — ян, вместе — тайцзи. Объединённый комплекс состоит из отрезков-дуаней, которые разделены между собой формой "дух хранитель толчёт в ступе" (цзиньган дао дуй), в первой и второй части всего семь дуаней. Мы считаем, что никто ничего не терял, просто семь комплексов для удобства объединили в один большой — чанцюань (долгий, или длинный кулак). Каждый дуань состоит из нескольких ши — связок приёмов, "дорожек". Ши переводят как: "позиция", "форма", "поза", но ни одно определение не подходит точно — "позиция" статична; "поза" тоже, хотя каждая ши заканчивается определённым положением тела, которое можно назвать "позой"; "форма" ближе всего. Однако, каждое, даже промежуточное движение в форме-ши имеет не одно, а несколько практических применений — юнфа, поэтому ши несёт скорее некую двигательную идею. Иероглиф ши имеет ещё одно значение: "образ действий", это наиболее близко по смыслу, но в тексте на русском языке выглядит ужасно. Поэтому будем пользоваться первыми тремя, хотя "образ действий" — это ключ к пониманию метода тайцзицюань.
Если рассматривать структуру комплекса, то можно увидеть, что в каждом последующем дуане, относительно предыдущего, возрастает степень сложности, отрезки становятся длиннее, движения в них становятся более сложно координированными. Наибольший интерес вызывает первый дуань — с первого по второй цзиньган дао дуй. Первые пять поз комплекса: юйбэй ши (поза готовности), цзиньган дао дуй (дух хранитель толчёт в ступе), лань чжа и (лениво подоткнуть одежду), лю фэн сы би (на шесть запереть, на четыре запечатать),дань бянь (одиночный хлыст). По большому счету — в первом дуане в сжатом виде содержится практически вся техника тайцзицюань, его принципы и "образ действий". Остальные шесть дуаней — это развитие первого, разные сочетания и варианты техник, различные тактики в рамках стратегии тайцзицюань, которая находит отражение в первом дуане.
Особая тема — это названия поз. Названия варьируются от чисто технических, например: "развернуться, двойной подъем стоп", "ломаный шаг, пойти по диагонали"; образных — "белый журавль расправляет крылья", "изумрудный дракон выходит из воды"; до совсем, казалось бы, непонятных: "на шесть запереть, на четыре запечатать", "обратная последовательность". Большинство названий — образные, это в первую очередь говорит об образном мышлении китайцев, стремление найти эстетику почти во всем, но не только. Китайцы — слишком практичный народ, чтобы просто эстетствовать в таких прикладных вещах, как боевые искусства. Название позы — это не просто красивый образ, это — "образ действий". В первом дуане комплекса в названиях поз, на наш взгляд, содержится Метод тайцзицюань.
Юйбэй ши — поза готовности. Боец всегда готов. В любой ситуации, в любой момент он должен суметь адекватно среагировать на агрессию и дать соответственный отпор. Для хорошего бойца нет ничего неожиданного, его нельзя взять врасплох: он всегда готов. Это не означает, что он как параноик озирается по сторонам и вздрагивает от каждого шороха, просто у опытного бойца со временем вырабатывается острая восприимчивость. Более того, эта восприимчивость специально тренируется. Целый раздел тайцзицюань посвящён выработке особой чувствительности — силы слушания, или усилия слушания (тинцзинь). Усилие слушания — это первый шаг в тайцзицюань, которое специально тренируется и постоянно совершенствуется. С тонким усилием слушания у бойца вырабатывается острая восприимчивость к окружающему миру. Более того, благодаря этой восприимчивости он сливается с миром в одно целое и ощущает его вибрации. Такого человека застать врасплох практически невозможно. В позе готовности практикующий смотрит вперёд, видит справа и слева, слушает ушами, чувствует кожей. Как охотник. Со временем это входит в привычку. Это состояние применимо к любой позе в комплексе, более того, оно обязательно. Восприимчивость — это центр всех техник. В системе пяти первоэлементов это стихия Земля. Земля — это гармония инь и ян, равновесие того и другого, поскольку пока нет агрессии извне, боец не атакует и не защищается, он нейтрален. Восприимчивость — это Земля, соответствует жёлтому дракону. Воспитание восприимчивости — ось Метода тайцзицюань.
Цзиньган дао дуй — дух хранитель толчёт в ступе. В Китае очень тесно переплетены даосизм, буддизм и конфуцианство. Сплав трёх религий в одно целое и составляет Китайскую цивилизацию. Цзиньган — (буддийское Vajra), алмазно-нетленный охранитель храмового входа. По китайским буддийско-народным поверьям обладает огромной силой (и почти вечной жизнью). У каждого буддийского храма или монастыря ставились статуи — цзиньганы, которые отгоняли всякую "нечисть" как минимум, от культового места и как максимум, от окрестностей. Для китайцев "цзиньган" и "сила" — практически синонимы. Сила — одно из определяющих начал боевого искусства. Сильный боец во все времена и у всех народов — это удачный боец, сильный побеждает; слабый — неудачник. В тайцзицюань используется особый вид силы — цзинь. Эта сила, или усилие — сплав трёх сил: физической силы, силы дыхания и силы духа (цзин — ци — шэнь), соединение внешней и внутренней силы. Естественно, если есть сила, то её можно развить особыми видами тренингов. Нэйгун (внутренняя работа) развивает внутреннюю силу, вайгун (внешняя работа) — внешнюю. Внутренняя и внешняя силы неотделимы одна от другой. В чахлом теле не удержаться крепкой ци. Здесь поговорка "В здоровом теле здоровый дух" обретает самый, что ни на есть практический смысл. Отдельно тренируются и "тонкие" усилия — цзинь. Сила — это основа всех техник, если нет силы, то техники не работают, или работают неэффективно, а неэффективное боевое искусство рано или поздно подведёт. В системе пяти первоэлементов сила соответствует стихии Металл. Металл — это зарождающийся инь, поскольку сила относится к телесным, материальным, т. е.иньским качествам бойца. Сила — это Металл, соответствует белому тигру. Тренировка различных видов сил — основа Метода тайцзицюань.
Лань чжа и — лениво подоткнуть одежду. Сильный боец не суетлив. Он может позволить себе некоторую вальяжность. "Лениво" значит "раскрепощено". Без раскрепощённости сила почти бесполезна. Без раскрепощённости техника тайцзицюань не работает. Без раскрепощённости теряется подвижность, подвижность — это быстрая смена инь-ян. Побеждает сильный и подвижный, победа заключается в быстром восприятии и изменчивости, в готовности живо и спонтанно перестраиваться в постоянно меняющейся боевой ситуации. Подвижными и изменчивыми должны быть тело, дыхание и дух. При закрепощённом теле человек не может полностью использовать силу, техника будет неповоротливой; при зажатом дыхании нельзя использовать внутреннюю силу, кроме того человек быстро устаёт; при застывшем духе теряется восприимчивость. Много видов тренингов в тайцзицюань направлены на развитие подвижности тела, дыхания и духа. Подвижность — это зарождение ян, стихия — Дерево, залог подвижности — это раскрепощённый дух, т. е. янское качество бойца. Подвижность — Дерево соответствует зелёному леопарду. Развитие подвижности — это душа Метода тайцзицюань.
Лю фэн сы би — на шесть запереть, на четыре запечатать. Шесть и четыре — это десять. "Десять частей" по-китайски означает "целиком", "полностью", означает некую завершённость, законченность. "Четыре" — это стороны света: север, юг, восток и запад, "шесть": северо-восток, северо-запад, юго-восток, юго-запад, зенит и надир. Всего десять направлений или секторов. Чтобы оставаться невредимым, боец должен уметь защищаться с десяти направлений, "запереть" шесть частей (секторов) и четыре направления (сектора) "запечатать", не дать противнику ни одного шанса попасть в цель и завершить атаку. "Лю фэн сы би" означает стопроцентную, абсолютную защиту. Тайцзицюань — это, прежде всего, самооборона. Самооборона может быть пассивной или активной, все зависит от ситуации, но все равно смысл один — изначально человек обороняется, т. е. не агрессивен. Пока его не трогают, он нейтрален, если на него нападают, он принимает адекватные методы самозащиты: хотят убить или покалечить, убивает и калечит он, возвращает посыл. Ничего личного, просто — обмен энергиями. Поступательно-возвратные взаимоотношения. Особенность тайцзицюань как "мягкого" боевого искусства, в основном, и заключается в мягких (нерипостных) методах обороны. Оборона интравертна. Метод тайцзицюань не агрессивен, он отталкивается от обороны: за противником "первое слово", посыл, агрессия. За бойцом тайцзицюань только ответ. Но перед ответом нужно погасить, поглотить, воспринять атакующую силу противника. Поглощение, рассеивание — это зрелыйинь, оборона — это абсолютно иньское качество, зрелый инь — это стихия Вода. Стихия Воды соответствует чёрной змее. Самозащита — это источник Метода тайцзицюань.
Дань бянь — одиночный хлыст. В природе все ритмично, волнообразно. Все в природе имеет начало, развитие, максимальную точку, затухание и конец. Все явления как удар кнутом, скорость удара не имеет значения, только превращения (хуа), поступательная волна с максимальным выбросом энергии в конечной точке. Затем затухание. Потом опять возрождение, всплеск, вновь затухание. Как щёлканье кнутом. Природа — это одиночный хлыст, удары кнутом. Удар кнутом — это звук, превышающий скорость звука, максимум наложения волнообразной энергии. Как в фейерверке наиболее волнующий момент — это момент взрыва, так и в тайцзицюань самый эффектный момент — это момент выброса силы — фацзинь. Тайцзицюань — это круг: одна половина круга — это защита, вторая — это атака. Суть любого боевого искусства состоит в защите и нападении. Нападение — неотъемлемая часть Метода тайцзицюань. Эффективная, безапелляционная, утверждающая атака — это максимальная, решающая точка боя. Или результирующее начало: противник не сразу падёт и требуется серия атак, или противников несколько и нужно много раз атаковать. Принцип один — одиночный удар хлыстом. Потом опять и опять, получается множественный удар хлыстом, но это тот же одиночный удар, только много раз повторяющийся. Выброс силы, атака, фацзинь — это результат поглощённой, заимствованной от противника (потенциальной энергии), преобразованной в кинетическую, атакующую энергию. "Сколько у противника берём, столько и отдаём". Максимальный всплеск энергии — это зрелый ян, максимальный ян — это стихия Огня, соответствует красному петуху. Выброс энергии (фацзинь), атака — это венец Метода тайцзицюань.
Как видим, тренировочный метод тайцзицюань состоит из пяти аспектов: развитие восприимчивости, силы, подвижности, навыков защиты и нападения. Пять аспектов соответствуют пяти первоэлементам (усин): земле, металлу, воде, дереву и огню. Превращение, переход от одного элемента к другому и есть движение Дао. Тренировка пяти аспектов и есть путь становления бойца тайцзи. Среди них нет ни одного доминирующего или второстепенного, все — главные и один аспект дополняет другой. Без восприимчивости человеку сложно обороняться и нападать, если противник быстрый и опытный без острой восприимчивости его не одолеть. Без силы, как природной, физической, силы дыхания, силы духа: внешней и внутренней силы тоже не обойтись, поскольку она является основой для приёмов защиты и нападения. Без подвижности сила почти бесполезна. Без силы подвижность также малоэффективна. Сила и подвижность — антагонисты инь-ян, мастера тайцзицюань повторяют, что должна быть одновременно погружённость (основательность) и лёгкость (подвижность), сплав силы и подвижности — этотайцзи. Без средств обороны, техник защиты эти качества тоже теряют смысл. Нужно уметь защищаться: ставить блоки, уклоняться, уходить с линии атаки и т.д. Но этого тоже мало: для победы нужен хороший удар, бросок, контроль и т.д., то есть нужно умело нападать, владеть приёмами нападения. Защита и нападение — это антагонисты инь-ян, сплав одного и другого — это тайцзи. Восприимчивость, сила и подвижность — это телесные качества (инь), основа для навыков защиты и нападения (ян), психофизические качества и боевой навык вместе — это тайцзи. Переход от инь к ян, от использования подвижности к применению силы, от защиты к нападению составляет круг. Круг — это целостность, Беспредельное, Изначальное Ци. Как мы уже знаем, все сущее есть лишь пять первоэлементов (усин), пять первоэлементов есть лишь единый Великий Предел (тайцзи), а Великий Предел есть лишь единое Изначальное Ци. Поэтому наш вид рукопашного боя и называется тайцзицюань.
