Эти рассуждения продолжают начатые в статье "Движение волны", опубликованной на портале "Самопознание" и являются неким спонтанным проявлением тех практических занятий, которые вот уже несколько десятков лет привлекают моё внимание. Это даже не теоретическая база, так как теория тайцзицюань представлена довольно обширно и классическими трактатами, и комментариями к ним. Я бы это назвал рассуждениями вслух. И если хоть кому-то из читающих эти строки, эти рассуждения придутся по вкусу или по душе, то буду считать их задачу выполненной. Конечно, пишутся они в первую очередь для тех, кто занимается теми или иными практиками. Но могут быть интересны и просто любопытствующим. Итак. Почему заметки дилетанта? Ведь часто приходится выступать в роли специалиста и профессионала. Этот парадокс — кажущийся. Специалист прекрасно знает, что следует за чем, разбирается в порядке вещей, способах и методах тренировок и, пройдя сам определённый путь, в состоянии помочь другому на первых порах, сделать первые неуверенные шаги, потом пойти, потом побежать, а там может и полететь. Для дилетанта это — "терра инкогнито", а для профи — земля обетованная. И в её пределах, в пределах всех этих знаний и умений, профи чувствует себя как рыба в воде. А вот за пределами знаемого он становится дилетантом. Шагнув за предел, он может быть и как рыба об лёд, и как рыба на свежем воздухе, и т.д. Поэтому эти записки я назвал рассуждениями дилетанта.
Одна из рекомендаций, взятая из классических текстов, звучит таким образом, что занимающийся должен уподобиться как раз-таки рыбе в воде. Захотелось остановиться на этом поподробнее. Тем более, что тут же, сразу, без паузы и без всяких "и, или", следует фраза "как птица в небе". Вот и понимайте как хотите. Уподобившись рыбе, птицу не понять, если рыба не летучая, конечно. Да и птичке, если она не олуша какая-нибудь, которая ныряет за этой рыбой с завидной регулярностью, пути рыбьи и способы перемещения абсолютно неисповедимы. Вот какая неувязочка получается. Вот почему я есть и останусь дилетантом, Шагая за предел существующих знаний, навыков и умений, мы оказываемся в ситуации новичка, в ситуации абсолютной свежести и новизны восприятия. И даже, помогая своим ученикам совершать их собственные открытия, мы сами, с бесспорным удивлением, открываем этот мир вместе с ними. Это они могут думать, что у них что-то не получается, не так получается. И даже наш ум может так же думать, но это не важно. Свежесть восприятия и новизна ощущений и впечатлений настолько поразительны, что ум успокаивается и замолкает.
Сколько раз я, бывало, в уме ругаюсь: "Ну сколько ж можно об одном и том же, ну почему же нельзя сделать правильно". Но я уже знаю, на что способен ум. И вижу сразу, что пока действительно нельзя. Что, правильное с точки зрения специалиста, будет в данном конкретном случае неправильным, и сам становлюсь дилетантом, и всё встаёт на своё место, И становится ясно, что и как можно и нужно сделать, а что не делать вообще. И когда просто остановиться и вернуться к ощущению покоя, в свои пределы.
Но чтобы позволить себе быть дилетантом, приходится быть специалистом и разбираться хотя бы немного в специфике предмета. Наверняка Икар был хорошим парнем, да и управлялся неплохо со своими крыльями, но, выйдя за пределы известного, потерял и своё транспортное средство, и свою жизнь. Отец же его, Дедал, находясь в полном осознании возможностей и своих, и созданных им крыльев, выполнил свою задачу, сумел спастись из плена. И пусть это притча, миф, но насколько всё же нам симпатична фигура именно Икара, выводящая за грань известного, за предел.
Так вот, в тайцзицюань эта ходьба за пределы происходит и безопасно, и с завидным постоянством, и очень, я бы сказал, вдохновляюще. Сам выход характеризуется какой-то непосредственностью, ощущением радости и счастья. В какой-то момент времени возникает довольно слабенькое ощущение, подобное тому, как проходя по улице, вдруг вы замечаете, как зацвела яблоня или подул ветерок. Это мимолётное ощущение сразу откликается у вас, в том числе, и в вашем теле, чувством приятности и удовольствия. Чаще всего возникает это во время выполнения того или иного комплекса тайцзицюань, раз темой нашего исследования является этот материал, двигаясь в привычных, знакомых рамках. Есть даже такое понятие — "большие и малые рамки", это касается амплитуды движений и способов их применения.
Считается традиционно, что сяо-цзя (малые рамки) относятся к боевому применению, а большие — для начального уровня и для здоровья. Отчасти это так. Но всё зависит от степени владения, видения и понимания.
Так вот, двигаясь в привычных, знакомых и понятных рамках, вдруг, неожиданно (это всегда вдруг), обнаруживается, что что-то неуловимо поменялось — или в дыхании, или в зрении, или в осязании. Что, вдруг, движение, бывшее правильным, стало делаться по-другому как-то. И это не от меня зависит, делающего форму человека, а это просто через меня проявляется. Так происходит выход за предел, не только человек изучает тайцзицюань, но и тайцзицюань, как природный, естественный путь развития начинает обучать человека. В Китае любят поэтизировать конкретные рекомендации по обучению. Да так, что порой и не поймёшь, то ли для тебя написано, то ли про всякое интересное. Применимо к нашему разговору, пишут, что форма, тайцзицюань, сначала шепчет, потом говорит, а потом уже рекомендует настоятельно, чуть не требует. Так вот, главное, это быть чувствительным и не пропустить шёпот. Можно очень и очень долго вытягивать макушку, чтобы ощутить наконец макушечное усилие, но пока оно не почувствуется в действительности, оно будет абстракцией и желаемым. Придётся стараться через количество повторений. Ничего, обязательно перейдёт в качество. И вот в какой-то прекрасный миг, оно проявится, это новое качество, и сознание тут же отразит его в себе и проявит, то есть, сделает доступным для восприятия. Это и есть шажок за предел. Выполнение формы, походка, дыхание, поведение, сразу всё начнёт ощущать какие-то перемены. Теперь можно с этим начинать жить. Жить в новых пределах, с новым ощущением. Оно может уйти, может даже сразу уйти, но вы уже почувствуете вкус этой новизны и будете его впоследствии легко узнавать. Вы услышите этот шёпот, которым с вами говорит жизнь. Через тайцзицюань в нашем случае. Отсюда же возникает понимание некой сокровенности и скрытости практик внутренних школ. Скрытость здесь не является скрытностью, а некой углублённой внимательностью. Внимание переправляется здесь от происходящего снаружи, на поверхности сознания, в его глубину, если можно так выразиться. И эта глубина начинает обладать свойством прозрачности. Как бы мы иначе сумели разглядеть и почувствовать те новые качества. В сознании, как в некой чувствительной, колышущейся среде, возникает такое важнейшее качество, как тишина и покой. Дух пребывает в покое, так же и дыхание и тело человека. И только в покое можно услышать шёпот. Именно в нём раскрываются так называемые секреты. И оказывается, по большому счету, что они никогда и не были скрыты, и не прятались от тебя, а точнее, в тебе, а всегда в тебе присутствовали, просто не хватало ни силёнок, ни внимательности, чтобы это увидеть и осознать.
Это обучение — не на уровне слов, это — самораскрытие и доверие к собственной природе, которая неразрывна с Дао, поэтому существовал термин "дао жень" — человек Дао. Это не человек, принадлежащий Дао, это — единство Дао и человека. И, занимаясь, надо к этому стремиться. А пребывая, надо просто сохранять эту природную естественность в переплетениях жизни и её ситуаций.
Вот тоже важнейший парадокс, уводящий, а вернее, выводящий за свои пределы: "пребывая в переменах, сохранять неизменное".
Что ж это за перемены такие? Что за неизменное? На самом деле, фраза взята из классики внутренних практик и звучит как следуя переменам, пребывай в неизменном. Попробуем с этим поразбираться на простых примерах. С переменами более или менее понятно, Они происходят постоянно. Смена времени года, времени суток, климатических поясов, перемена места обитания, возрастные изменения. И так до бесконечности…
И так же постоянно мы следуем этим переменам. Редко кто будет ходить зимой в майке и трусах, если специально не занимается закаливанием организма, ну и если зима не на юге Индии. Так же в жаркую погоду не увидишь человека в ватнике и валенках. Классическое следование переменам! Так же, оказываясь погруженными в практики внутренних школ, мы сначала, ничего не зная и не понимая, следуем за некоторыми появляющимися слабыми импульсами новых ощущений и переживаний. Ну, а коли они приятные, так это вообще здорово! Чего им и не последовать. Ум очень быстро делает приятное верным и правильным. Допустим, как приятны ощущения тепла, комфорта, даже лёгкого жара. А вот сильный жар, его избыточность, уже неприятны, уже становятся задачей, которую надо будет решать, которая говорит о необходимости перемен. А ум наш героический, от которого зачастую можно ожидать различных подвохов и каверз, обладает такой характеристикой, как схватывание, привязанность к тому иль иному объекту или качеству. Стремление удержать желаемое, то есть, по сути, прекратить следовать превращениям жизненной силы, то есть, тем же переменам, приводит к завихрениям этой силы в теле человека, к тому, что называется в практиках отклонениями. Избыток этой силы часто и характеризуется как чрезмерное янь, активная сторона монады. И уравновешивается простым способом: либо добавлением составляющей покоя, иньской стороной, либо массажем определённых точек и областей, либо движениями, стимулирующими противоположность и уравновешивающими эти силы. Правда, бывает, когда человек сам преподаёт, и у него это желаемое состояние сначала стало приоритетным, потом помогающим в преподавании того, чем этот человек занимается. А потом нежелание пребывать в переменах привело к отклонениям. Так, пришла ко мне на занятия по волновой гимнастике одна мадам, преподающая йогу, и, выяснилось позже, что ей очень тяжело было этот избыток энергии в своём теле ощущать, и это не только преподавать уже ей мешает, но и жить. Ну, первое, что я ей посоветовал — это, как ни странно, отказаться от понятия энергии и обозначить это для себя, как просто сила жизни. А второе и главное, я просто ей сразу же обратил внимание вот на то неизменное, в котором и пребывать, по рекомендации старых мастеров, да и не только старых. Туда, где и находится источник силы жизни. Благодаря чувствительности и навыкам, всё-таки сама и преподаёт, и занимается, ей это сразу удалось.
Большинство отклонений в практике и возникает на ровном месте, в связи с нежеланием следовать естественным переменам. И решение зачастую лежит на поверхности, но ум никак не хочет, устроив сам себе представление, увидеть очевидное. Другой мой знакомый, хороший профессионал в своём деле, хороший мастер, настолько хороший, что устраивал в Китае для китайцев занятия по ушу. Из той породы, что всё проверяет на своей шкуре. И природа очень чутко откликается на запросы этих людей, часто проверяя эту шкуру на прочность. Долгое время страдал от сильных головных болей. Понимаете, что для человека с сильно развитой волей, боль, чтобы он от неё страдал, должна быть действительно сильной. Уже собирался на операцию, тут подвернулся я. Решение нашлось тут же. Оно лежало на поверхности. Любой психолог его сразу бы увидел. Не было следования естественному течению событий, было много в жизни испытаний, ситуаций, боли и воли, накопился огромный комок напряжений и стал давить на всё, до чего мог дотянуться. И поскольку сильную боль в теле терпеть человек может, дал по башке. А решилось просто. Я посоветовал ему вспомнить какую-нибудь тяжкую ситуацию, которых у него было более, чем достаточно, и, закрывшись, чтобы никто не видел, вдоволь проплакаться. Чего он не делал, наверняка, очень давно. Результат порадовал, операция не потребовалась.
Вот пример нежелания следовать переменам.
Поэтому все положения тела и философские постулаты классических текстов имеют и двойное, и тройное дно, и неизменно уводят за свои пределы.
Например, такое простое требование, как подвесить макушку, о котором чуть раньше уже говорилось, не всегда оказывается на поверку таким уж и простым. Образ верёвочки, или струны, или нити, безусловно, рабочий, но здесь акцент делается на ощущении тела и, соответственно, его выстраивании в рамках самой телесной структуры, но это далеко не всё. Мне ближе понимание, выраженное в переводах М.М. Богачихина или А.Милянюка. Этот момент трактуется как "в пустоте вести макушечное усилие". Совершенно ясно, что в требовании подвесить макушку теряется и пустота, в которой это действие происходит, как некая среда обитания, и макушки целого организма, и некое усилие, усилие естественное, самого человека, возможность, опять-таки, дающая совершить шаг за пределы нынешнего опыта.
Теперь у нас есть возможность получить ключ к расшифровке многих базовых понятий тайцзицюань. Ведь и сама практика тайцзицюань, она очень жизненна и актуальна для современного человека. Но так же и классические тексты и трактаты, они тоже, не только читаются и изучаются интеллектуально, но проживаются и понимаются неразрывно с практикой. Так термин "как рыба у воде" и "как птица в небе", о котором говорилось ранее, говорит в первую очередь, о различных средах движения и различных способах действий, соответствующих этим средам. Здесь может быть огромное количество прочтений, и каждое из них будет шагом за предел. Занимающиеся должны будут в этом разобраться сами, проверяя те или иные находки и сверяя их со своей жизненной практикой. Вот одно из самых очевидных." Рыба в воде", это будет иньское, мягкое начало, а " птица в небе", — яньское, активное, мужское. Через практику внутренних школ адепт учится соединять их в себе и ситуативно использовать и то и другое, что создаёт гармонию и уравновешенность этих двух начал. Похоже, конечно. Но надо проверять. И может оказаться, что в каких-то пределах — да, это так. Но, хорошенько изучив эти пределы, их придётся покинуть, нарушив такую удобную гармонию. А за пределом может оказаться совсем по-другому. Как одна и та же нота, только разной октавы, допустим, до-минор и до-мажор, нота одна, а звучит по разному.
Если посмотреть на эту же фразу с точки зрения среды (здесь возникает ещё один интересный термин и требование единотелесности и умения двигаться всем телом, который потребует отдельного глубокого рассмотрения не в рамках данной статьи), то "рыба в воде" — среда, конечно, более плотная. Тело человека приобретает, соответственно, качества наполненности, замедленности, напитываеся и пропитываеся силой, вязкостью, тягучестью, зрение размывается, внимание легко направляется к самым разным участкам тела. Само тело размягчается и снимает зажимы. Дыхание становится глубоким, характерны ощущения силы, распирания, пульса и внутренней вибрации.
А вот "птица в небе" — это, в первую очередь, лёгкость, опора ни на что, это сила не внутри, а насквозь, это чувство свободы. Здесь может и не быть комфорта. Он от другого — он от скорости, ясности и точности действий. Среда другая, другая и физиология. Зрение здесь характеризуется широтой охвата, пульс вообще не ощущается, дыхание слито с движениями, какие бы они не были, здесь дыхание всем телом, без различения даньтяней и каналов. Тело сжимается, в ощущениях может присутствовать озноб.
Вот такие дела. Это мой опыт. Да и не только мой. Остальным дилетантам надо проверять через практику, через опыт.
Раз заговорили о птицах. Существует ещё одна милая легенда, касаемая рождения такого удивительного искусства, как тайцзицюань. Она рассказывает о том, как рождалось это воистину удивительное искусство и приписывается самому Чжан Сан Фену. Товарищ Чжан наблюдал однажды, по-моему, в уданских горах, бой между змеёй и птицей. Видя, как ловко змея, с помощью мягких спиральных движений, уходила от стремительных атак и ударов клювом и когтями, и родился постулат о том, что мягкое одолевает твёрдое или мягкостью предолевается жёсткость. Это и так, и не так. Попробуем в этом тоже поразбираться.
Известная фраза — "сказка ложь, да в ней намёк", полностью, на мой взгляд, относится и к данной поучительной истории. Легенды и сказки хоть наши, хоть китайские, безусловно иносказательны, чем и очень замечательны и прекрасны. В них в зашифрованном виде, содержится огромный иной мир. Эта — не исключение. Итак, на поверхности мягкое преодолевает жёсткое. К этому мы вернёмся позже, ещё одна разгадка. А сейчас зададимся вопросом, что олицетворяет змея, а что — птица. При этом, часто, под птицей подразумевается журавль, почему только — непонятно. Итак, змея. Качества: текучесть, упругость, чувство опасности и угрозы на каком-то генном уровне, цвет тёмный, хотя змеи разные бывают. И наш героический журавль. Длинный клюв, длинный сам, лёгкий, стремительный, подвижный, очень точный в движениях, разумеется, белый. Хотя на рисунках, бывает, время от времени, встречаются рисунки в виде монады инь-янь, с изображением битвы змеи и журавля, у журавля крылья чёрные, но воспринимается он уж точно, как противоположное змее начало. Классический пример динамики двух противоположных сил инь и янь. Победа любой из них в человеке — это его поражение. Посудите сами, змея — это земное, это сила, сила древняя, магичная и очень опасная, способная к саморазрушению, но очень реальная сила. А журавль — это сила лёгкая, божественная, сила духа, уравнивающая тяжесть змеи. В динамике, порождая разнообразные качества, они, поддерживая друг друга, создают в человеке некоторую одухотворённую здоровость, я бы так это назвал, разумееется, каждому по его вместимости. Не видел пока ещё ни одного рисунка, где бы этот бой ознаменовался бы победой змеи или птицы, это тоже один из открытых секретов тайцзицюань, о которых я писал ранее. Ищите, разбирайтесь, проверяйте, всё станет ясным и понятным, а потом опять, наоборот, не бойтесь, снова ищите. Так совершаются все открытия. Не закрывайтесь в своих пределах. Идите за…
Ну а в природе, в нашей божественной природе, этот бой, если он состоялся, конечно, закончится гибелью того или иного персонажа. Либо змея окажется более ловкой и ухлопает птицу. Либо у змейки невелики будут шансы выжить, если эта птица, скажем, птица-секретарь, которая разнообразит змеями свой питательный рацион, и в Китае тоже водится.
А в нашей человеческой природе, чрезмерное увлечение материальным, силой, и т.д приводит к унынию, застою, бессмысленности собственных действий, депрессиям и стрессам, а перекос в поисках духовного, к отсутствию адекватной социализации, возможным отклонениям в психике, шизофрении, Поэтому речь идёт в этой сказке о взаимной поддержке материального и духовного, высокого и низкого, далёкого и близкого, тела и духа. А следующий предел, он уже будет за этой гармонией, как нота до, следующей октавы.
Теперь можно и посмотреть на тот постулат, что мягкое преодолевает жёсткое, также с нескольких сторон. Мягкое и жёсткое, скорее, не соперничают в человеке, а взаимоподдерживают друг друга, взаимопревращаются в двигательной динамике, и это отражено в текстах, как, допустим, игла в вате. Образы очень здорово и легко передаются и передают те или иные качества, которые желательно воспринять изучающему тайцзицюань. Шагнуть за пределы всех образов — это уже слияние с Дао. Но попытаться всё равно стоит. Может и получиться. Почему же всё-таки преодолевает мягкое жёсткое и в каком случае это происходит. Опять же, напоминаю, что это не истина в последней инстанции, даже не истина в первой. Это просто рассуждения вслух, призванные задать направление поиска, но это не сам поиск. Искать, друзья, будете сами, в точном соответствии со своими мыслями, желаниями, характером и внутренними потребностями. Итак, мягкое преодолевает жёсткое. Возьмём классическую столбовую работу, или стояние столбом, без которого не обходится ни один вид тайцзицюань. Напряжение длительного статичного положения, а у начинающих даже и не длительного, вызывает довольно большое напряжение и в теле, и в уме человека. Они затвердевают. И вот через внимательное отношение к различным участкам своего тела, к дыханию, к осязанию, зрению, образам и т.д., совершается в статике та самая внутренняя работа. И, удивительно, то, что не давало спокойно стоять, беспокоило неуютностью и даже болью, постепенно размягчается, уступая место приятности и комфорту, а потом и лёгкости. А бывает и наоборот. Но для этого тоже придётся перешагнуть предел. Сознание спокойно настолько, внимание проникает так глубоко в себя, что тело воспринимается просто как кусок камня, без всяких представленией о том, какое оно. Забавно, что со стороны оно выглядит мягким, но для самого владельца — булыжник булыжником. И такому телу просидеть или простоять в неподвижности очень легко.
Есть тут, правда, в этом увлекательном процессе ещё один помощничек — это ум.
Ум очень любит выдавать желаемое за действительное и ещё полностью контролировать процесс.
У него очень сильна способность убеждения до тех пор, пока не получено в процессе занятий то или иное качество, а оно всегда сопровождается в уме возгласом: "Вот это да!", или "Так вот же оно как!", сродни эврике Архимеда, или яблоку Ньютона. Но только сродни, если пройти вниманием глубже, за эту первую радость открытия, то возбуждённый и радостный ум, а рад он тому, что это он совершил это открытие, и позволит теперь мне этим открытием пользоваться и развивать его и так, и эдак. Не тут-то было. Начиная подгребать под себя, ум быстренько развеет и обесцветит свежесть первых впечатлений, и, как слонёнок в огороде, растопчет новые ростки. Спокойный ум в состоянии наблюдать этот переход, не вмешиваясь умными советами. Не случайно одним из требований, и важнейших требований, является успокоить ум. И тайцзицюань воистину для этого является прекрасным средством. Те, кто наблюдал работу своего ума, направив осознанно на это своё внимание, прекрасно знают, что это такое, как это может быть увлекательно, и как может быть утомительно. Увлекательно, потому что мысли настолько сильно могут притянуть ваше внимание, что вы просто забудете о себе и погрузитесь в свой ум, рисующий вам разные картинки. Не случайно такое явление, как просветление или пробуждение, которое может произойти в человеке, благодаря тем или иным духовным практикам, или вопреки им, противопоставляется сну неведения. Ведь, когда вы спите и погружены в эти образы и картинки, вы — кто угодно, барсук, философ, бабочка, вы сами путешествуете в разных пространствах и временах. А проснувшись, вы понимаете, кто вы, и что вы здесь.
Сам по себе, вопрос "Кто я?" настолько важен, что здесь я его обойти не смогу. Этот прямой вопрос разворачивает внимание с поверхности, на которой резвится ум, в виде мыслей и образов, в глубину себя. Но и с другой стороны, он не может быть рассмотрен здесь поверхностно, Это тема отдельного исследования. Лучше им задаться и попытаться в этом разобраться самостоятельно. Кто может знать вас лучше, чем вы сами? Сам я первый раз столкнулся с этим на семинарах у Чин Фан Сена по илицюань, когда Сэм сказал, что мы себя не знаем, и посоветовал тогда поставить перед собой эту задачу. Ну тогда мне было совершенно непонятно, что для этого нужно делать или не делать. И только сначала встреча, а потом и дружба, с Евгением Багаевым, расставила точки над "и". И это тоже выход из пределов, из знаемого и знакомого, но об этом в отдельной теме, слижком уж она важна и необъятна, а что там дальше? Я не знаю. Наверное, новый предел. И я снова готов стать дилетантом.
