Мне никогда не объясняли, что эмоции и чувства, которые появляются, а затем накапливаются внутри тебя, нужно выражать вовне. Многие годы я посвятил подавлению этих чувств. По незнанию, что можно иначе. С самого раннего детства никто не рассказывал мне, как это — чувствовать. Никто не научил и не объяснил.
Когда я смотрю на себя в прошлом, маленького мальчугана, я вижу, что я такой не один. Ни мама, ни папа, ни другие близкие, знакомые и неизвестные мне люди практически ничего не знали о своих эмоциях и чувствах. И то, чему они отлично научились, — выдавать одно чувство за другое, молчать, чтобы не показывать слабость, и жить в ожиданиях, что кто-то должен их осчастливить. Учиться было не у кого.
Интернет. Смартфоны. Видеосвязь из любой точки мира. Техника, помогающая в быту. Электронные деньги. Только вот с чувствами мало что изменилось. Мы, дети своих родителей, учим своих детей тому же — не чувствовать, избегать боли, бороться со страхом и искоренять злость. Мы такие же, как они, и совсем недалеко от них ушли. Это не плохо и не хорошо. Это факт, о котором можно и нужно задумываться.
В детстве мне говорили, что боль — это что-то плохое, страшное и ужасное. От боли надо избавляться любыми путями — таблетками, микстурами или просто гасить её в себе, как окурок, превзмогая свои ощущения. Вспоминаю, как, напоровшись на доску с ржавым гвоздём, проколол ладонь. В страхе, что меня наругают, я гулял до тех пор, пока мне не удалось вынуть гвоздь. Вернувшись домой, я с гордостью рассказывал, что со мной произошло, и как я справился. Взрослые решили, что я сочиняю. Потому что в такой ситуации — скорая, промывание, дезинфекция раны и шов — обычное дело. Мне не поверили. Обработали рану, посчитав пустяком. Всю свою боль, которую я ощутил в тот день, начиная от гвоздя и заканчивая обесцениванием родителями, я погасил.
Повзрослев и изредка глядя на рубец от раны, я посмеивался и продолжал гордиться собой. Также, как тогда. Пока не пришёл с, казалось бы, не связанным запросом к своему психотерапевту. Та ситуация напомнила о себе, а боль внутри меня нарастала и давила в грудь и голову. Слёзы рвались наружу, и я упорно не давал им выйти. Мне было стыдно. Вспомнилось бабушкино: "Терпи, казак, атаманом будешь", и мамино: "Ты же мальчик! Будь сильным! До свадьбы заживëт!" В общем, меня отпустило только на второй раз работы. Прорвалось так, что "мама, не горюй". Со злостью, ненавистью, стыдом и обидами, с болью от непонимания и невнимания к моей персоне. В этой детской ситуации я не понимал, как ощутить, признать и прожить свои чувства. Как ребёнку, мне была необходима поддержка и помощь родителей. Естественная потребность ребёнка — мама, которая успокоит, поговорит, объяснит, обнимет и поддержит. Мама, которая посмотрит на боль и скажет: "Ты можешь переживать, бояться и беспокоиться. Ты можешь плакать. Это нормально и безопасно. Твои чувства важны и ценны. Я рядом. Я с тобой. Ты можешь на меня опереться". Так, незримо, мама помогает ребёнку открыть дверь к его эмоциям и чувствам: "Тебе можно, сын!" И тогда он постепенно учится распознавать и проживать свои чувства, даже если больно и тяжело.
Без чувств нет жизни. Да и что это за жизнь, когда нет чувств? Ведь вместе с этим нет радости, интереса, принятия и удовлетворëнности. Чувства, которые мы считаем негативными, неразрывно связаны с позитивными. Мы не можем чувствовать только доброе и хорошее, отодвигая плохое подальше от себя. Без злости почувствовать радость невозможно. Без стыда и вины не ощутить своей ценности и достоинства. Чтобы перейти от гнева и ярости к согласию и спокойствию, необходимо прожить первое и ощутить связанную с ними внутреннюю боль. Иначе не получится.
Изменения в ту или иную сторону всегда идут через боль. И верное решение — открыться этой боли, поднять и впустить её в свою жизнь, пока она сама постепенно не начнёт стихать. Прожить боль — значит завершить её и дать ей умереть внутри вас. Похоронив и отпустив свою боль с почестями, мы раскрываем свой жизненный потенциал, который она долго удерживала.
А его огромную силу можем направить на свою любовь, своё развитие и проекты.
У меня были и есть хорошие учителя и терапевты, которые научили. И пусть я узнал об этом лишь в сорок, у меня достаточно времени, чтобы научить своих детей и помочь огромному количеству людей не ждать, когда станет легче, а отпустить груз непереносимых чувств и боли уже сейчас.
