Ну вот и Новый год наступил, солнце окончательно исчезло, и даже определился самый грустный день в году — 15 января. Действительно, странный был день. А впереди — февраль. В бытность работы в известной психиатрической больнице, я всегда старалась в феврале уйти в отпуск — безнадёжность бытия резко концентрировалась. Ну, а как мы, психологи, спасаемся от сложностей психической жизни? Мы её обсуждаем. Итак, продолжим беседу с Денисом Автономовым. В прошлый раз мы обсудили наступление химической цивилизации, торжество депрессивного дискурса, культуру недовольства. Сегодня продолжим. Остановились мы на "неврозе счастья".
Е.Л.: "Невроз счастья — базовое убеждение, что современный человек "создан для счастья, как птица — для полёта", что мир так прекрасен и полон такого количества прекрасных возможностей и ресурсов, что человек должен быть счастлив. Будущее футурологи рисуют совершенно невероятное: роботы, бессмертие, ИИ, домашний офис и т.д. Не жизнь, а удобный сервис! А на другом краю реальности рост депрессивных расстройств".
Д.А.: "Тут вот ещё какая проблема. У депрессии множество лиц или, если говорить точнее, масок. Достаточно вспомнить, например, "русскую хандру" описанную Пушкиным в "Евгении Онегине":
"Недуг, которого причину
Давно бы отыскать пора,
Подобный английскому сплину,
Короче: русская хандра
Им овладела понемногу".
То, что мы сейчас называем "депрессия", было известно под другими именами, например, "меланхолия" ("разлитие, переизбыток чёрной желчи" и "вызванная этим переизбытком душевная угнетённость"), "швейцарская болезнь" (ностальгия), "английский сплин" или "французский кафар" (от фр. cafard — тоска, хандра). Последний в этом списке термин, многие годы назад введённый в обиход военнослужащими французского Иностранного легиона для обозначения аффективных расстройств, наступающих вдали от родины, в условиях неблагоприятного климата и тяжёлой службы".
— То есть депрессия была всегда. У Гомера в Илиаде герой Беллерофонт "По Алейскому полю скитался кругом, одинокий, сердце глодая себе, убегая следов человека".
— Да. Итак, проблема во многом лежит в области определения. Понятие "депрессия" обычно используется по крайней мере тремя различными способами. В обычной речи депрессия используется для описания состояния печали, возникающие в результате утраты чего-либо ценного для индивида. В психиатрии это слово используется для обозначения патологически сниженного настроения, тоски и меланхолии, продолжительностью как правило больше двух недель. Кроме того, депрессия связывается с утратой или неспособностью испытывать удовольствие независимо от уровня настроения. По этой причине есть некая терминологическая путаница.
— Депрессия была всегда. Но, исходя из влияния культуры на психические расстройства, видимо, депрессия вызывалась разными причинами, оставаясь либо в рамках индивидуального страдания (утрата, горе), либо приобретая черты культуры — вот, Пушкин говорил: пора найти причину "русской хандре".
Что такое сейчас "русская хандра"? Невозможность радоваться круглосуточно? Протест против агрессивной пропаганды позитивного мышления или адекватная человеческая реакция? Мало кто способен круглосуточно радоваться, агрессия и треш существуют в реальности, их невозможно отменить сказочными способами. Кто-то всё время нарушает твои границы, иногда ты сам их нарушаешь, есть конкуренция, есть поражения, есть утраты, смерть, болезни и т.д.
Люди парадоксально несчастны при том, что у них "всё хорошо". Этот тип депрессивных переживаний связан со стыдом. Диктатура счастья (ты должен быть счастлив, если соответствуешь нормативу) заставляет человека следить за моментами, в которых он не счастлив, и ругать себя за это, увеличивая страдания. Хотели ребёнка, делали ЭКО и читали умные книжки про материнство? А теперь не лучитесь счастьем как семья в рекламе майонеза? Заработали кучу денег и лежите на диване, пьёте пиво, смотрите сериалы, и вам смертельно скучно? Стали звездой с миллионами подписчиков и просмотров в ютубе, а сами думаете о суициде? Когда вы общаетесь с таким человеком, вам хочется его стыдить, потому что он подрывает основы философии потребления счастья.
— Я абсолютно согласен с тобой в том, что депрессивный дискурс возвещает о кризисе культуры потребления. Депрессивность в своей простейшей форме ставит под сомнение необходимость связей с миром и активное принятие участия в какой-либо деятельности. Депрессивный субъект выпал из логики работы и приобретения ему внезапно стал чужд консьюмеризм и участие в распродажах и т.д.
— Важно понимать, когда надо лечиться, а когда происходят естественные вещи. По сути, за депрессию часто принимается изменение скорости, медленное время, что иногда можно наблюдать на входе в психотерапию или спустя какое-то время. Субъективно переживается потеря мотивации, снижение энергетического потенциала, усталость, отсутствие удовольствия от того, что раньше всегда радовало. Переживается как растерянность, утрата смыслов и экзистенциальная яма (тупик, пропасть). Такой тип депрессивных переживаний может быть связан с успешным и нормативным прохождение возрастного или психологического кризиса, в ходе которого депрессивный субъект избавился от невроза, который давал ему энергию длительное время. Как быть без энергии от невроза, вот в чём вопрос?
— Невроз — это конфликт. Напряжение возникает из-за разности потенциалов между "да" и "нет" — в этом нет ничего нового. Георгий Иванович Гурджиев говорил об этом ещё в 1915 году. Многие современные люди мучаются уже не столько от раздирающих их конфликтов между "хочу" и "должен", порождённых ригидными интернализованными ценностями, а сколько страдают от ощущения бессмысленности собственного существования, пустоты, апатии и непонимания, чего они на самом деле хотят получить от жизни.
В "Футурологическом конгрессе" Станислава Лема есть такая фраза, что "Люди в белых одеждах и серебряных митрах — не священники и не монахи, но аптекарии"[1]. Многие думают, что они могут купить себе счастье и для этого идут, например, в аптеку, действуя в полном соответствии с теорией Жана Бодрийяра, в котором новые виды порабощения уже не имеют формы насилия, приказа, подчинения внешнему спектаклю, а, скорее, выглядят, как приглашение нас взаимодействовать и участвовать в чём-либо. Реклама убеждает: "Вы должны иметь всё самое лучшее", "Вы этого достойны", "Вы имеете на это право" — это и есть современный ад.
— Ну если мы заговорили об аде, то, значит, где-то должен быть рай. А его как раз и нет. Кризис религиозного мировоззрения, а конкретно, вера в рай и загробную жизнь вносит свой вклад в ощущение бессмысленности бытия. Одно дело, жить, мучиться, но впереди — рай, светлое будущее и коммунизм, а другое дело — ничего. В лучшем случае скидки 90 процентов. Культуре потребления не хватает позитивного будущего, своего рая. Есть, наверное, люди, уповающие на замораживание клеток/тела, но картина мало возбуждающая, если честно. В своё время античная культура кончилась из-за отсутствия приемлемого будущего-рая, христианство было более убедительно. Так, что не будем ставить точку. Поговорим ещё о связи депрессии и религии в широком смысле…
[1] Лем, Станислав. "Футурологический конгресс" [Текст]: повесть / С. Лем; пер. К.Душенко. — Санкт-Петербург: Амфора, 2000. — 270 с. — (Новый век). — ISBN 5-8301-0119-Х: 56.96 р.
