Мы все боимся перемен, кто больше, кто меньше, но когда страх перемен становится основным в нашей жизни, и перемены ни в коем случае не допускаются, то можно говорить, что страх смерти практически победил и управляет нашей жизнью.
Можем ли мы идти к переменам, желать изменений, если внутри нас есть страх смерти?
Думаю, что можем, справляясь и идя через этот страх, каждый раз умирая и возрождаясь, как Феникс, как новая жизнь, как цикл новой жизни. Стах утраты незыблемого, страх встречи со смертью не избежать, так как мы засыпаем и просыпаемся и наступает новый день, новая жизнь.
Зачем в нашей жизни страх смерти? Зачем нам нужно бояться смерти?
Я думаю, ответ прост — смерть напоминает нам о жизни, даёт нам возможность жить, раскрашивает жизнь и наполняет, обозначая, что есть начало и конец.
Что происходит, когда мы не хотим встречаться со смертью, не хотим перемен?
Только одно — мы боимся жить. А не значит ли это, что боясь жить, мы уже не живём, то есть мы уже мертвы?
Вопрос жизни и смерти, перемен и постоянства намного глубже, и философия освещает его больше, чем психология. То, что мы не можем понять, означает, что это нужно просто принять и смириться, то есть, имея это знание, жить дальше.
Хочу ещё дополнить свои рассуждения словами Ф. Римана из его книги "Основные формы страха".
"Чем уже наш собственный кругозор и чем более ограничены горизонты нашего познания, тем больше мы стремимся сохранить всё в неизменном виде, тем больше боимся утратить свою безопасность вследствие новых изменений и открытий. Итак, чем сильнее мы пытаемся удержать прошлое, тем больший страх испытываем перед преходящим, и, с другой стороны, чем больше мы сопротивляемся процессу изменения и развития, тем отчаяннее накапливаем силы для отстаивания своих позиций, тем выраженное становятся переживания, связанные с борьбой поколений. Жёсткое отстаивание существующего и категорическое отклонение нового старым поколением принуждает юношество к экстремальному поведению. Естественно, что приверженность традициям первоначально имеет известное позитивное значение; мы хотим и должны во всем искать принципиальное и абсолютное. Для постоянства необходимо найти вневременную закономерность. Однако избыток постоянства приводит к уменьшению нашей способности и готовности к ориентации в новой ситуации, вызывает сопротивление новым изменениям, опровергающим или корригирующим ранее приобретённые знания и опыт, изменениям, к которым нас всегда принуждает, жизнь. Старая истина "tempera mutantur, et nos mutamtur in illis" ("времена меняются, и мы меняемся вместе с ними") для лиц с навязчивыми расстройствами не имеет силы; они платят за это стремлением к постоянству и страхом перед переменами. Они пытаются удержать жизнь с помощью схем и правил и проявляют упрямую нетерпимость ко всему новому и непривычному, а потому беспокоящему их. Однако то, что они так упорно хотят удержать, приводит их самих к принудительным и навязчивым психическим процессам. Таким образом, за каждой привычкой, каждой догмой и каждым проявлением фанатизма стоит страх — страх перед переменами, перед преходящим и, в конечном счёте, страх смерти".
