Очень важный момент в процессе психотерапии.
Приходит человек на терапию. Год работает, другой. Разбирается с первоначальным запросом, намечает следующие шаги. Проблемы, которые раньше казались неразрешимыми, становятся проще и понятнее, потому что для каждой находится решение — пусть не всегда лёгкое, но осуществимое и по силам. Начинает казаться, что со всем основным уже разобрался, всё нужное понял и изучил — и тут бац!.. Внутри внезапно обнаруживается нечто, вызывающее такой ужас и бессилие, что руки опускаются, и испаряется всякая надежда на исцеление.
У кого-то это похоже на бездонную пропасть, которую не пересечь и дна в которой не найти. У кого-то это бескрайнее море печали, которое, кажется, за всю жизнь ни вычерпать, ни переплыть и ни осушить. У кого-то это океан тёмной, жирной субстанции, похожей на нефть, разгрести и вычистить которую никакой человеческой жизни не хватит.
Не всегда известны причины появления этой внутренней субстанции. Я думаю, что море — это невыплаканные в детстве слёзы, когда нельзя было ни грустить, ни плакать, потому что ни поддержки, ни сочувствия не получишь, а то ещё и огребёшь за сопли. Пропасть — это одиночество и "меня нет", которые пришлось пережить без возможности даже поделиться с кем-то своим ужасом. Нефть — это токсичный стыд, в котором тонул много-много раз, и никто не протянул руку. Они кажутся ошеломляюще бескрайними, потому что всё это проживал маленький ребёнок, у которого почти нет взрослых ресурсов справиться с такими состояниями. Для маленького ребёнка несколько часов тотального одиночества и беспомощности равны пяти-десяти годам полного одиночества и полной беспомощности взрослого человека.
Я пока не знаю, можно ли ликвидировать эти моря и пропасти, и нужно ли. Основная задача всё равно не в этом.
Основная задача — это научиться находиться рядом с этими внутренними явлениями и не разрушаться от них. Подойти к морю или пропасти на безопасное расстояние, сесть и просто наблюдать. Дышать. Просто сидеть и ничего не делать. Не пытаться вычерпать или вычистить. Не пытаться убежать. Не пытаться не видеть. Не пытаться судорожно искать решения. Просто быть вблизи. Делать вдох, потом выдох, снова вдох и снова выдох.
Постепенно вместо ужаса и паники придут другие чувства. Это может быть покой от осознания, что как ни бескрайне это море и как ни бездонна эта пропасть, они нас не разрушают. Или это будет сочувствие к ребёнку, которому в одиночку пришлось пережить то, что не каждому взрослому по силам. Также это может быть осознание ценности своей жизни и желание более бережно к себе относиться.
Важно помнить, что самое страшное уже позади (к счастью или к сожалению) — самое трудное и невыносимое уже пройдено тогда, в детстве. Сейчас уже есть силы, ресурсы, возможность опереться как минимум на одного человека (своего терапевта), доступ к знаниям и поддержке, понимание того, что жизнь не ограничивается и не заканчивается родительским домом и его правилами. Поэтому сейчас уже можно не убегать, а можно сделать первый шаг к своему внутреннему морю печали, сесть на берегу и просто посидеть в тишине.
