Про внутреннего критика. О личной практике Танца

"А разве ты оцениваешь своё движение?"

Да. Конечно.

И как теперь увязать этот ответ с тем, чем я занимаюсь… На самом деле, возможно вполне, только немного долго.

Ну вот, мой первый полюс — на нём движение было оцениваемым. Всегда. И оценка доминировала, определяла его: определяла, каким движению быть и быть ли вообще. Внешняя оценка, внутренняя оценка, снова внешняя… У танца мало шансов родиться на свет, если такой круговорот.

Потом появилось принципиально другое понимание движения, и всё перевернулось, здравствуй, второй — противоположный полюс. Ценность движения самого по себе безусловна. Оно не нуждается в оценке. Ни моё собственное движение, ни движение того, кто рядом, не нуждаются в оценке, о чём ещё говорить. Это знание принесло великое чувство освобождения. Также велик прежде был гнёт оценки, и сама возможность отрицать её существование дарила колоссальное количество кислорода. И сначала в это можно было идти лишь с закрытыми глазами, буквально. Чтобы изнутри наблюдать, как тело оживает словно после анестезии. Возвращаются ощущения, много ощущений, и узелки чувств тоже развязываются один за другим. Возвращается само переживание движения, сама жизнь возвращается. Порой так оглушительно, что и, правда, не до оценки.

А если идти дальше, продолжать двигаться, танцевать свой танец и оставаться внимательной, громкость неизбежно стихает. Тело становится всё более знакомым, всё более своим, чувствительность настраивается, заметно всё больше нюансов и оттенков. Например, такой, что часто я двигаюсь, оценивая своё движение. Только это тот же первый полюс, но на другом каком-то уровне. Потому что оценка присутствует, да, но она лишь часть движения, и далеко не главная. Потому что кроме неё есть ощущения, чувства, состояния, да много всего, что я проживаю и выражаю в танце. А ещё есть интерес, любопытство — куда, к чему движение ведёт меня, что мне откроется в нём — обо мне, о другом, о мире. И ещё есть принятие. Есть оценка движения, и есть принятие движения. И принятие оценки, похоже, тоже есть. Так что принятия достаточно, чтобы продолжать танец.

И когда в начале каждого занятия я будто мантру повторяю про безоценочность, по-хорошему, это о том, чтобы позволить себе принимать движение, а не о том, чтобы стараться его не оценивать. Иначе ведь как с белой обезьяной.

Да, я оцениваю своё движение. И продолжаю его. И чувствую в нём свою радость или боль, силу или слабость, чувствую себя настоящую, живую. Это важно, действительно важно. Признавая эту важность, отдавая ей своё внимание, я забираю власть над движением у оценки. Ставлю её на место. Оставляю ей место. Пусть будет.

К слову, избавить себя от потребности оценивать — странная затея сама по себе. Как без умения адекватно оценивать себя и других, ориентироваться? В каком-то пространстве мысль об оценке и в голову не придёт, а в другом — тщательно выверяешь каждый жест. И это про субъективное ощущение безопасности, потому есть смысл прислушиваться к своему внутреннему цензору тоже. Чтобы не пораниться лишний раз.

Главное — чувствовать эту разницу. И чтобы было достаточно места и времени, когда защищаться не нужно. Когда можно просто отпустить себя в движение. И если снова оказаться на втором полюсе, только уровнем выше, придёт радость движения как такового. Окрыляющая сила присутствия в своём подлинном движении. Свобода проживать его один единственный неповторимый раз таким, каким оно рождается сейчас. Опыт этот сложно спутать или забыть. Правда, и случается он не так часто. Со мной, по крайней мере. Может быть, и ценнее оттого.