Хочу рассказать об одном случае из практики, который, на мой взгляд, хорошо иллюстрирует возможности арт-терапии.
Однажды, организацию, в которой я работала психологом, попросили провести серию тренингов в школе. В одном из 7-х классов была напряжённая обстановка, часто вспыхивали конфликты. Постоянным участником конфликтов, и в тоже время их жертвой, был Андрей (имя изменено) — мальчик 13 лет. Андрей выглядел и вёл себя, как "типичная жертва" — физически слаб, развит младше своего возраста, голова втянута в плечи, тихий голос и при этом взрослое лицо, грустные глаза, которые редко смотрят на собеседника. Андрей был "козлом отпущения" в классе, — терпел постоянные насмешки и нападки ребят из класса. На тренинговых занятиях ему требовалось значительно больше, чем другим детям, времени для ответа, — чаще всего его ответа не дожидались. Он был напряжён, почти всё время молчал. Для участников группы Андрей был "удобным" способом снятия напряжения: то и дело на него кричали, обзывались, толкали.
Для меня было очевидно, что Андрею нужна другая форма работы. Я подумала, что арт-терапия — как раз тот метод, который может помочь ему. На первых занятиях Андрей был заметно встревожен, скован, — он привык ожидать нападения, негативной оценки и осуждения от окружающих. Будучи уверенным в своей всеобщей несостоятельности, поглощённый чувствами страха и тревоги, он не спешил вступать в доверительные отношения. Опасаясь быть отвергнутым, он обрёк себя на изоляцию. Андрей был замкнут, он не спешил делиться своими чувствами. Так же, поначалу на занятиях он не проявлял инициативы, ждал, пока ему дадут задание. Он не ценил то, что делал своими руками, — поделки из пластилина часто ломались, рисунки разрывались, свои творческие произведения он "забывал" на столе и не спрашивал о них на следующих занятиях. В терапии он двигался медленно, почти незаметными шагами. Но постепенно я стала отмечать изменения.
Арт-терапия позволяет создать безопасное пространство принятия и творческого самовыражения, в котором все продукты творчества человека уникальны и не подлежат оценке. В таком терапевтическом пространстве Андрей смог освободиться от постоянного напряжения, позволил себе получить опыт доверительных отношений, получил эмоциональную поддержку. Арт-терапия позволяет выразить вовне тяжёлые переживания, снизить их интенсивность, обратиться к скрытым внутренним конфликтам и пережить их заново. В процессе творчества Андрей смог выразить гнетущие его чувства страха, обиды, злости, ощущение собственной неполноценности. Шаг за шагом, постепенно Андрей стал больше принимать себя, — это отразилось и на его отношении к продуктам творчества, теперь все свои работы он складывал в папку и возвращался к ним на каждом занятии, перестал их рвать и ломать. Так же теперь он знал, какую тему ему важно обсудить на занятии, не боялся говорить о себе, всё больше понимал причины своих поступков. Поддерживающая атмосфера арт-терапии позволила бережно исследовать его ранний травматический опыт на символическом уровне и подойти к новому восприятию Андреем себя не в роли беззащитной жертвы, неудачника, а в роли полноценной личности. Андрей стал относиться к себе с большим вниманием и уважением, и это не замедлило отразиться на его отношениях с одноклассниками, — драки с его участием прекратились.
С наступлением летних каникул наши занятия подошли к концу. С тех пор я ничего не знаю об Андрее, но уверена, что занятия по арт-терапии не прошли для него бесследно.
