Идея "драматичного треугольника" принадлежит Стивену Карпману. Эту модель часто так и называют — Треугольник Карпмана. Под треугольником понимаются три взаимосвязанные роли, возникающие в отношениях между людьми. Карпман назвал эти роли: Жертва, Преследователь и Спасатель.
Жертва считает себя слабой, обесценивает свои способности, перекладывает ответственность за свою жизнь на других людей.
Преследователь "знает", как жить правильно, и требует этой правильности от окружающих, обращая особое внимание на минусы, ошибки в поведении людей. Ему кажется, что он отвечает за жизни других.
Спасатель повышает свою значимость, пытаясь помочь окружающим, забывая при этом о самом себе. Со стороны кажется, что другие люди для него важнее, чем он сам.
Все три роли объединяет отказ человека от ответственности за свою собственную жизнь, фокус на другом человеке.
Как правило, тот, кто находится "в треугольнике", не замечает смены ролей, это происходит автоматически. Однако большую часть времени он находится в определённой роли, которая становится привычной, "любимой".
Люди предпочитают находиться "в треугольнике", потому что жизнь в нём предсказуема, способы решения проблем хорошо известны. А неизвестность, что-то новое, пугают отсутствием определённости.
Наблюдая за предками, потомки наследуют их модели поведения, роли переходят "по наследству", из поколения в поколение. Чтобы выйти из треугольника, необходимо усвоить, что мы сами отвечаем за свою жизнь, и другой человек тоже отвечает за себя сам.
Пример из практики. Разрешение от клиентки на публикацию получено, имя и некоторые факты терапии изменены.
Валя — молодая женщина, замужем. Она рассказывает, что три месяца назад, после очередной ссоры муж ушёл к своей маме. А Валя "потеряла себя". Женщину переполняют чувства, но она не может их выразить.
Прошу Валю нарисовать себя, она соглашается.
Получился такой рисунок.
— Как зовут девушку на рисунке?
Казалось бы, странный вопрос, человек рисовал себя. Однако в ответе часто звучит не собственное имя, а чужое. Или неожиданный для меня вариант собственного имени, дающий дополнительную информацию о клиенте. Имя — это наша первая идентификация. Отношение к своему имени во многом проявляет отношение человека к самому себе.
Валя отвечает, что девушку зовут Русалочка.
— Объясни, пожалуйста, кто такая — Русалочка, как будто я в первый раз слышу это слово.
Валя объясняет, что русалочки — это божества, сопровождающие тонущих в мир иной, чтобы им было не страшно. На земле это делают ангелы. А в водном мире — Русалочки.
В словах Вали звучит мотив спасательства. В детстве ей часто приходилось "спасать" маму от агрессивного отца. Спасатель — это наиболее привычная для неё роль из "драматичного треугольника".
— Как появилась Русалочка?
Валя говорит, что Русалочка была девушкой, затем отказалась от земной жизни, так как у неё было много неудач, ей стало тяжело.
Начинает проявляться следующая роль из Драматического треугольника — Жертва.
— Где сейчас живёт Русалочка?
— В двух мирах. То в воде, то в коробочке на земле.
Вода вызывает у девушки ассоциации — омут, печаль, грусть.
Коробочка — это квартира Вали, из которой после расставания с мужем она почти не выходит. Находясь "в коробочке", Валя чувствует "злость на весь мир".
Вот она, третья роль из треугольника — роль Преследователя. Основная эмоция Преследователя — злость. Получается, что привычные эмоции Вали — злость и печаль.
— У Русалочки нет лица, о чём это для тебя?
Валя говорит, что лицо — это проявление эмоций. Русалочка прячет эмоции от всех. Потому что её эмоции не принимают.
Валя добавляет в рисунок зелёный цвет.
Поясняет, что "листочки как слезинки".
Периодически переключаю внимание Вали с самой себя на образ Русалочки. Когда человек говорит не о себе, а о "ком-то другом", снижаются его психологические защиты. В состоянии травмы нам проще говорить о себе "со стороны", как будто не о себе, а о ком-то другом. Тогда не так больно. При этом всё, что Валя говорит о Русалочке, на самом деле, она говорит о самой себе. Так проявляется механизм проекции.
— Что хочет Русалочка?
Оказалось, что Русалочка хочет вернуться в земную жизнь и полюбить себя. Она отказалась от жизни на земле, потому что "злые тётки" её обижали. Тётки говорили: "Ты слишком много хочешь, недостойна, руки не из того места растут и т.д. ".
— Сколько лет Русалочке, которую обижали "злые тётки"?
— Двадцать пять.
Выяснилось, что в двадцать пять Валя вышла замуж, молодые купили свою квартиру. До этого они пять лет жили вместе, не оформляя отношения, на съёмной квартире.
— Что изменилось, когда вы стали жить в собственной квартире?
— Отношение мужа ко мне резко изменилось. Он вдруг стал выбрасывать мои вещи: вазочки, заколки, рамочки под фотографии, как будто его стало всё раздражать во мне. Я почувствовала себя лишней в его жизни.
— Что ещё происходило в это время?
— Больше ничего… Да, в соседний подъезд переехала свекровь. И как будто поселилась в нашем доме и стала "выталкивать" меня.
— Свекровь — одна из "злых тёток"?
— Да, она одна из "злых тёток". Но похожие слова говорила и моя мать, когда я была маленькой.
Когда не прожиты наши детские травмы, во взрослой жизни мы вынуждены снова и снова их проживать. Маму заменяют другие люди: партнёр, свекровь, коллеги и т.д., их поведение напоминает родительское. И по-прежнему "цепляет". Валя всё ещё эмоционально связана с мамой, и её муж не отделен от своей мамы. Партнёры соответствуют друг другу, как "горшочек и крышечка".
— Что чувствуешь к Русалочке?
— Мне её жаль. Хочется её обнять.
Валя мысленно обнимает Русалочку.
— Можешь сказать ей: "Ты хорошая. Это действительно очень неприятно, когда тебя критикуют, с тобой не считаются. Это нормально, злиться при этом".
Валя повторяет предложенные слова, обращаясь к Русалочке. Она разрешает Русалочке испытывать любые чувства: злиться, бояться, печалиться. И обещает "всё равно любить её".
При этом выясняется, что Русалочка не верит Вале.
Валя в замешательстве, она просит забрать рисунок домой.
— Я буду говорить Русалочке слова поддержки и разрешать ей чувствовать. Когда она поверит мне, я нарисую ей лицо.
Соглашаюсь, что это отличная идея.
Если делать то, на что нет внутреннего разрешения, демонстрировать то, чего на самом деле нет, толку от этого не будет. Меня порадовал серьёзный подход Вали к чувствам.
Чтобы выбраться из созависимых отношений, необходимо пережить накопленные чувства: злость, разочарование, печаль.
С помощью злости мы меняем границы, оставляя себе своё и возвращая чужое тому, кому оно принадлежит. Находим собственные ресурсы и опору в самом себе. Разочарование помогает увидеть собственные иллюзии, мир и других людей реальными — такими, какие они есть. Печаль — избавиться от иллюзий. Эти чувства не просто пережить, чем сильнее была зависимость, тем выше их накал. Желаемая трансформация — подарок, который они в себе несут.
Разрешение себе чувствовать, проявлять свои чувства — это один из шагов, позволяющих выйти из Драматического Треугольника. Это движение навстречу самому себе — своей индивидуальности, неповторимости, отличности от других. И это огромный вклад в ответственность за свою жизнь.
