Почему он ничего не хочет?
Это явление набрало силу в последние лет семь. Выросло целое поколение молодых людей, которые "ничего не хотят". Ни денег, ни карьеры, ни личной жизни. Они просиживают сутками за компьютерами, их не интересуют девушки (разве совсем чуть-чуть, чтобы не напрягаться). Они вообще не собираются работать. Как правило, их удовлетворяет та жизнь, которая уже есть — родительская квартира, немножко денег на сигареты, пиво. Не больше. Что с ними не так?
Сашу привела на консультацию мама. Отличный 15-летний парень, мечта любой девочки: спортивный, язык подвешен, не хамит, глаза живые, словарный запас не как у Эллочки-людоедки, играет в теннис и на гитаре. Основная жалоба мамы, просто вопль измученной души: "Ну почему он ничего не хочет?!".
Подробности истории
"Что значит "ничего", — интересуюсь я. — Совсем ничего? Или все же есть, спать, гулять, играть, смотреть кино он хочет?"
Оказывается, Саша не хочет ничего делать из списка "нормальных" дел для подростка. То есть:
- учиться;
- работать;
- ходить на курсы;
- встречаться с девушками;
- помогать маме по хозяйству;
- и даже ездить с мамой в отпуск.
Мама в тоске и отчаянии. Вырос здоровенный мужик, а проку от него — как от козла молока. Мама всю жизнь для него, всё только для его блага, себе во всём отказывала, бралась за любую работу, на кружки водила, на секции дорогостоящие возила, в языковые лагеря за границу отправляла — а он сначала спит до обеда, потом включает компьютер и до ночи в игрушки гоняет. А она-то надеялась, что он вырастет, и ей станет полегче!
Я продолжаю спрашивать. Из кого состоит семья? Кто в ней зарабатывает деньги? Какие у кого функции?
Оказывается, Сашина мама давно одна, развелась, когда ему было пять лет, "отец был такой же точно лежебока, может, это генетически передаётся?". Она работает, много работает, ведь ей приходится содержать троих (себя, бабушку и Сашу), домой приходит к ночи, уставшая смертельно. Дом держится на бабушке, она и хозяйством занимается, и за Сашей следит. Только вот беда — Саша совсем от рук отбился, бабушку не слушается, даже не огрызается, просто пропускает мимо ушей.
Он ходит в школу, когда хочет, когда не хочет — не ходит. Ему грозит армия, но, похоже, его это ни капли не волнует. Он не прилагает ни малейших усилий, чтобы учиться хоть немного лучше, хотя все учителя в один голос твердят, что голова у него золотая и способности есть.
По дому не делает ничего, совсем, даже чашку за собой не помоет, бабушка с палкой вынуждена таскать тяжеленные сумки с продуктами из магазина, а потом ему на подносике еду к компьютеру носит.
"Ну что с ним такое? — уже чуть не плачет мама. — Я же всю жизнь ему отдала!"
Мальчик
В следующий раз я вижу Сашу одного. И, правда, хороший мальчик, симпатичный, модно и дорого одет, но не вызывающе. Какой-то слишком хороший. Какой-то он неживой. Картинка в журнале для девочек, гламурный принц, хоть бы прыщ где-нибудь был, что ли.
Со мной держится дружелюбно, вежливо, всем своим видом демонстрирует открытость и готовность сотрудничать. Тьфу, я чувствую себя персонажем американского сериала для подростков: главный герой на приёме у психоаналитика. Хочется сказать что-нибудь матом. Ладно, вспомним, кто тут профи.
Вы не поверите, он практически слово в слово воспроизводит мамин текст! 15-летний парень говорит, как школьная училка: "Я ленивый. Моя лень мешает мне добиваться целей. И ещё я очень несобранный, могу в одну точку уставиться и сидеть так час".
А сам-то чего хочешь?
Да ничего особенного не хочет. В школе скучно, уроки дурацкие, хотя учителя классные, самые лучшие. Друзей близких нет, девушки тоже нет. Планов нет.
Потихоньку начинает вырисовываться картина, не скажу, чтобы очень неожиданная для меня.
Примерно с трёх лет Саша занимался. Сначала подготовкой к школе, плаванием и английским языком. Потом пошёл в школу — добавился конный спорт. Сейчас, кроме учёбы в математическом лицее, он ходит на курсы английского при МГИМО, на две спортивные секции и к репетитору. Во дворе не гуляет, телик не смотрит — некогда. В компьютер, на который так жалуется мама, играет только в каникулы, да и то не каждый день.
Формально все эти занятия были добровольно выбраны Сашей. Но когда я спрашиваю, чем бы он хотел заниматься, если бы не надо было учиться, он говорит — "играть на гитаре". (Варианты, услышанные от других респондентов: играть в футбол, играть на компе, ничего не делать, просто гулять.) Играть. Запомним этот ответ и двинемся дальше.
Что с ним такое
Знаете, у меня таких клиентов бывает в неделю человека по три. Практически каждое обращение по поводу мальчика в возрасте от 13 до 19 лет именно про это: ничего не хочет. В каждом таком случае я вижу одну и ту же картину: активная, энергичная, амбициозная мама, отсутствующий папа, дома или бабушка, или няни-домработницы. Чаще всё-таки бабушка.
Семейная система искажена: мама занимает роль мужчины в доме. Она кормилец, она же принимает все решения, контактирует с внешним миром, защищает, если нужно. Но дома её нет, она в полях и на охоте.
Огонь в очаге поддерживает бабушка, только у неё нет рычагов власти по отношению к их "общему" ребёнку, он может и не послушаться, и нагрубить. Если бы это были мама с папой, папа пришёл бы вечером с работы, мама бы ему пожаловалась на неподобающее поведение сына, папа бы ему накостылял — и вся любовь. А тут пожаловаться можно, а накостылять некому.
Мама старается дать сыну всё-всё: самые модные развлечения, самые нужные развивалки, любые подарки и покупки. А сын не счастлив. И снова, и снова звучит этот припев: "ничего не хочет".
А у меня через некоторое время начинает просто чесаться внутри вопрос: "А когда ему хотеть-то? Если за него уже давно мама всё отхотела, отмечтала, распланировала и сделала".
Вот когда малыш пяти лет сидит дома один, катает по ковру машинку, играет, рычит, жужжит, строит мосты и крепости — в этот момент у него начинают зарождаться и вызревать желания, сначала смутные и неосознанные, постепенно формирующиеся в нечто конкретное: хочу большую пожарную машину с человечками. Потом он ждёт с работы маму или папу, высказывает своё желание и получает ответ. Обычно: "Потерпи до Нового года (дня рождения, получки)". И приходится ждать, терпеть, мечтать об этой машине перед сном, предвкушать счастье обладания, представлять себе её (пока ещё машину) во всех деталях. Таким образом, ребёнок учится контактировать со своим внутренним миром в части желаний.
А как было у Саши (и у всех других Саш, с которыми я имею дело)? Захотел — написал маме эсэмэску, отправил — мама заказала через Интернет — вечером привезли. Или наоборот: зачем тебе эта машина, у тебя уроки не сделаны, ты прочёл две страницы логопедического букваря? Раз — и оборвали начало сказки. Всё. Мечтать больше не получается.
У этих мальчиков и правда всё есть: новейшие смартфоны, распоследние модели джинсов, поездки на море четыре раза в год. А вот возможности просто пинать балду у них нет. Между тем скука — самое что ни на есть творческое состояние души, без неё невозможно придумать себе занятие. Дитятко должно соскучиться и затосковать, чтобы появилась потребность двигаться и действовать.
Что говорят родители
Сначала я в течение довольно длительного времени слушаю родителей. Их претензии, разочарования, обиды, догадки. Начинается всегда с жалоб вроде — "мы для него всё, а он в ответ — ничего". Перечисление того, что именно "для него всё", впечатляет. О некоторых вещах я узнаю впервые. Мне, например, и в голову не приходило, что 15-летнего мальчика можно водить в школу за ручку. И до сих пор считала, что предел — это третий класс. Ну четвёртый, для девочек. Но оказывается, что тревоги и страхи мам толкают их на странные поступки. А вдруг на него нападут плохие мальчишки? И научат его плохому (курить, ругаться плохими словами, врать родителям; слово "наркотики" чаще всего не произносится, потому что очень страшно).
Часто звучит такой довод, как: "Вы же понимаете, в какое время мы живём". Если честно — не очень понимаю. Мне кажется, времена всегда примерно одинаковые, ну, кроме совсем уж тяжёлых, например, когда война идёт прямо в вашем городе. В моё время ходить девочке 11 лет одной через пустырь было смертельно опасно. Так мы и не ходили. Мы знали, что не надо туда ходить, и соблюдали правила. И маньяки сексуальные были, и в подъездах иногда грабили. А вот чего не было — это свободной прессы. Поэтому криминальную сводку люди узнавали от знакомых знакомых, по принципу "одна бабка сказала". И, пройдя через множество ртов, информация становилась менее пугающей и более размытой. Типа похищения человека инопланетянами. Все слышали, что такое бывает, но никто не видел.
Когда же это показывают по телевизору, с подробностями, крупным планом, это становится той реальностью, которая здесь, рядом, в твоём доме. Человеческая психика не приспособлена к ежедневному наблюдению смерти, особенно насильственной. Это наносит сильную травму, а защищаться от неё современный человек не умеет. Поэтому, с одной стороны, мы вроде бы более циничны, а с другой — не отпускаем детей гулять на улицу. Потому что опасно.
Чаще всего такие беспомощные и вялые дети вырастают у тех родителей, которые с раннего детства были самостоятельными. Слишком взрослые, слишком ответственные, слишком рано предоставленные сами себе. С первого класса приходили домой сами, ключ на ленточке на шее, уроки — сами, поесть разогреть — сами, в лучшем случае родители вечером спросят: "А что у тебя с уроками?". На всё лето или в лагерь, или к бабушке в деревню, где тоже особо некому было следить.
А потом эти дети выросли, и случилась перестройка. Полная смена всего: жизненного уклада, ценностей, ориентиров. Есть от чего занервничать. Но поколение адаптировалось, выжило, даже стало успешным. Вытесненная и старательно не замечаемая тревога осталась. И теперь вся в полном объёме обрушилась на голову единственного чада.
"Я в его годы уже твёрдо знал, чего хочу от жизни, а он в 10-м классе только игрушками интересуется. Я с третьего класса сама уроки делала ("Ну и что? Я с первого, разве это о чём-то говорит?" — К.Д.), а он в восьмом не может за стол усесться, пока за руку не подведёшь. Мои родители даже не знали, какая у нас программа по математике, а мне сейчас приходится каждый пример с ним решать!"
Всё это произносится с трагической интонацией — "Куда катится этот мир?!". Как будто дети должны повторять жизненный путь родителей.
В этот момент я начинаю спрашивать, а какого именно поведения они хотели бы от своего ребёнка. Получается довольно забавный список, вроде как портрет идеального мужчины:
- чтобы делал все сам;
- чтобы беспрекословно слушался;
- проявлял инициативу;
- занимался в тех кружках, которые пригодятся потом в жизни;
- был чутким и заботливым и не был эгоистом;
- был более напористым и пробивным.
На последних пунктах мне уже грустно. Но и маме, которая составляет список, тоже грустно: она заметила противоречие. "Я хочу невозможного?" — печально спрашивает она. Да, как ни жаль. Или пенье, или танцы. Или у вас послушный, на всё согласный отличник-ботаник, или энергичный, инициативный, пробивной троечник. Или он вам сочувствует и поддерживает, или молча кивает и идёт мимо вас к своей цели.
Откуда-то взялась идея, что, правильно занимаясь с ребёнком, можно каким-то волшебным образом защитить его от всех грядущих бед. Как я уже говорила, польза от многочисленных развивающих занятий весьма относительная. Ребёнок пропускает действительно важный этап в развитии: игры и отношения со сверстниками. Мальчики не учатся сами придумывать себе игру, занятие, не открывают новые территории (ведь там опасно!), не дерутся, не умеют собирать вокруг себя команду. Девочки ничего не знают о "женском круге".
Кроме детской психологии я по старой памяти занимаюсь ещё и русским языком, и литературой со школьниками. Так вот в погоне за иностранными языками родители совершенно упустили родной русский язык. Словарный запас у современных подростков как у Эллочки-Людоедки — в пределах сотни. Потому что язык воспринимается в общении и из книг. А не во время уроков и спортивных занятий.
Что говорят дети
"Меня никто не слушает. Я хочу ходить из школы домой с друзьями, а не с няней (шофёром, сопровождением). У меня нет времени, чтобы смотреть телевизор, нет времени играть на компе. Я ни разу не был в кино с друзьями, только с родителями и их знакомыми. Меня не пускают в гости к ребятам, и ко мне никому нельзя. Мама проверяет мой портфель, карманы, телефон. Если я задерживаюсь в школе хотя бы на пять минут, мама сразу звонит".
Это текст не первоклассника. Это ученики 9-го класса говорят.
Смотрите, жалобы можно разделить на две категории: нарушение границ ("проверяет портфель, не даёт надеть то, что я хочу") и, условно говоря, насилие над личностью ("ничего нельзя"). Такое впечатление, что родители не заметили, что их дети уже выросли из памперсов. Можно, хотя и вредно, проверять карманы у первоклашки — хотя бы для того, чтобы не постирать эти штаны вместе со жвачкой. Но к 14-летнему человеку хорошо бы уже входить в комнату со стуком. Не с формальным стуком — постучал и вошёл, не дожидаясь ответа, а уважая его право на личную жизнь.
Не могу поверить, что остались ещё такие родители, которые не слышали: для подростка важнейшая часть жизни — общение со сверстниками. Но это означает, что ребёнок выходит из-под родительского контроля, родители перестают быть истиной в последней инстанции.
Творческая энергия ребёнка блокируется таким образом. Ведь если ему запрещено хотеть того, что ему действительно нужно, он отказывается от желаний вообще. Подумайте, как это страшно — ничего не хотеть. А зачем? Всё равно не разрешат, запретят, объяснят, что это вредно и опасно, "иди лучше уроки делай".
У меня есть подозрение, что в тех семьях, где возникают подобные проблемы с детьми, родители не чувствуют своей безопасности. Их жизнь слишком напряжённая, уровень стресса превышает адаптационные возможности организма. И так хочется, чтобы хотя бы деточка жила в покое и гармонии.
А деточка не хочет покоя. Ей нужны бури, свершения и подвиги. В противном случае чадо ложится на диван, отказывается от всего и перестаёт радовать глаз.
Что делать
Как всегда: обсуждать, составлять план, придерживаться его. Для начала вспомните, чего просил ваш ребёнок раньше, а потом перестал. Я совершенно уверена, что часовая ежедневная "абсолютно бесполезная" прогулка с друзьями — необходимое условие для психического здоровья подростка.
Вы удивитесь, но бессмысленное "балдение в ящик" (просмотр музыкальных и развлекательных каналов) нужно для наших детей тоже. Они входят в подобие транса, медитативное состояние, во время которого узнают нечто о себе. Не об артистах, звёздах и шоу-бизнесе. О себе.
То же самое можно сказать о компьютерных играх, социальных сетях, телефонных разговорах. Это страшно бесит, но надо пережить. Можно и нужно ограничивать, вводить какие-то рамки и правила, но тотально запрещать внутреннюю жизнь ребёнка — преступно и недальновидно. Не выучит этот урок сейчас — накроет потом: кризисом среднего возраста, моральным выгоранием в 35, нежеланием принимать на себя ответственность за семью и т.д.
Потому что недоиграл. Недослонялся бесцельно по улицам. Не посмотрел вовремя все тупые комедии, не поржал над Бивисом и Баттхедом.
С другой стороны, как правило, эти дети катастрофически недогружены жизнью. Всё, что они делают — учатся. Не ходят в магазин за продуктами для всей семьи, не моют пол, не чинят электроприборы.
Поэтому я давала бы им больше свободы внутри и ограничивала снаружи. То есть ты сам решаешь, во что ты оденешься и чем будешь заниматься кроме учёбы, но при этом — вот список домашних дел, приступай. Кстати, мальчики отлично готовят. И гладить умеют. А тяжести таскают как!
