Жертва-Агрессор и Контролёр-Спасатель
Это вечно меняющиеся ролями трио манипуляторов страхом, виной и стыдом, живущих в вечном страхе испытать вину и стыд.
Все движимы одинаковой потребностью "заслужить любовь" и одинаковой надеждой реализовать право на "компенсацию за перенесённые страдания".
Внутри каждого из них — застой подавленных эмоций, жёсткость и инертность.
Снаружи — вечная суета, страдания и постоянная усталость.
Каждый знает истину — жить нужно для других, а другие — должны жить для тебя. Самое страшное — напрямую показать свои потребности и чувства, ведь это эгоизм.
Они уверены, что все несчастья привносятся только извне. Главная задача каждого — найти виновного и заклеймить позором. Так и только так можно почувствовать себя невиноватым и самоутвердиться как хороший человек.
Один устаёт от необходимости постоянного контроля и винит за это того, кого контролирует.
Другой устаёт от ограничений, вызванных контролем, непрекращающейся борьбой за свободу, и винит за это того, кто контролирует.
Третий устаёт от жалости к жертве за её слабость и сочувствия к контролёру за то, что тот всё на себе тащит. Он пытается подставить плечо одному и повесить себе на шею часть обязанностей другого. "Без меня погибнут оба!" — так, на мгновенье, возникает редкая в треугольнике положительная эмоция от подкрепления своего Эго в этой юдоли мук и страданий.
Каждый из них произносит фразу: "Как же я от всего этого устал! Или устала". Но ни один из них не может сдать позиции. Любое проявление внутренней потребности в изменениях блокируется потребностью "дожить" роль до конца.
Игра по правилам треугольника Карпмана держит участников в нечеловеческом напряжении. Со временем оно трансформируется и уходит в тело. Все трое начинают болеть, так как энергия каждого в отдельности утекает в никуда.
Осанка контролёра становится похожа на незаконченную истерическую дугу. Спина зажата, тело как бы выгнуто назад. Ноги — неестественно выпрямленные и напряжённые в коленях, кисти рук непроизвольно сжаты в кулаки. Голова запрокинута, брови напряжены, челюсти плотно сомкнуты, сдерживая гневный и одновременно страдальческий крик — что, опять?!
Осанка жертвы — вялая, полукруглая спина, вечно сдавленное в груди дыхание, чуть полусогнутые колени, безвольные руки. Голова опущена, как бы прикушенная нижняя губа, ранние морщины на лбу из-за постоянного взгляда снизу вверх с немым вопросом — что, опять?
Спасатель — одновременно нервный, задёрганный и скованный от невозможности разорваться вежду тем и другим. Абсолютная какофония симптомов и проявлений болезней затрудняет постановку диагноза даже самым опытным специалистам. Спасатель умудряется "цепляться ногами за землю" и куда-то "лететь её, не касаясь".
Все трое идут сдаваться врачам-спасателям, декларируя посыл: "Посмотрите, до чего они меня довели!"
Жизнь в постоянной тревоге — удар по ЖКТ.
Невозможность расслабиться и свободно вздохнуть — болезни органов дыхания.
Скрываемая депрессия и угнетённое состояние духа — боли в спине, шее и пояснице.
Гнев, злость, обида, зависть — головные боли, звон в ушах, давление, отнимающиеся ноги.
Дерматиты и экзема — заявляемый манифест: "Отстаньте все от меня! Оставьте меня в покое!"
Троица путешествует от одного врача к другому, жалуясь, что врачи плохо лечат. Параллельно происходит освоение альтернативных методов лечения, что помогает расширить спектр обвинений врачей и знахарей, а также манипуляций друг другом.
Каждый из них испытывает один и тот же набор негативных эмоций — раздражение и беспокойство, потому что: "Как бы чего не вышло".
Обиду, возмущение и злость — за то, что "жизнь непредсказуема и зла. Как ни старайся, всё время происходят события, с которыми я не могу справиться".
Ревность и зависть — за то, что у других "не так, и им просто повезло".
Вину и стыд — за то, что опять не смог спасти, проконтролировать, сопротивляться.
Участие в треугольнике Карпмана проходит под девизом: "Я всё ради вас! Но как же я устала!"
Болезнь даёт возможность не только манипулировать, но и временно расслабиться.
Жертва получает ослабление обычного контроля, хотя это не прибавит ей свободы. Потому что свободой, к слову, она пользоваться не умеет.
Контролёр-агрессор имеет возможность отдохнуть от постоянного прямого контроля над жертвой и внешними, угрожающими не прочной стабильности, обстоятельствами. Его болезнь сама будет опосредованно контролировать ситуацию.
Спасатель очень хочет отойти в сторону, и, чтобы ситуация решилась сама собой. Заболевая, он даёт возможность остальным игрокам перестать в нём нуждаться. Одновременно с этим прочувствовать, что без него они не смогут.
Когда нет подавленных эмоций, то нет необходимости болеть.
Отказ от увлечения чужими целями, актуализация собственных желаний приводят к исчезновению невротической вины, и, как следствие, человек становится устойчив к манипуляциям.
Становится легко испытывать гордость за собственный успех, и приходит понимание, что ситуативные страдания Эго — это нормальное явление, дающее возможность принимать себя любым.
Так появляются энергия, воодушевление, интерес и удовольствие от жизни. И уже не возникнет желания произнести: "Как же я от всего этого устала…"
Желаю всем психического здоровья.
