Метафорические ассоциативные карты в работе с последствиями психотравмирующих событий
Мои друзья и клиенты! Хочу поделиться с вами радостным событием. Не так давно я прошла обучение на семинаре "Метафорические ассоциативные карты. Работа с травмой".
Этот популярный сейчас инструмент в работе психолога представляет собой набор картинок, внешне схожий с игральными или гадальными картами. Но на этом сходство заканчивается. По этим картинкам нельзя предсказать будущее, на них нет масти. Их создатель, искусствовед, Эли Раман, наблюдая в своей художественной галерее за посетителями, заметил, что им часто не хватает уединения и более долгого общения с полотном художника. Так родилась идея поместить произведение искусства на маленький кусочек картона для того, чтобы обычный посетитель смог с любой момент возвратиться к тем чувствам, которые он испытал, глядя на картину.
Для меня метафорические карты — это некая удобная альтернатива в проективных методиках-инструментах, так или иначе основанных на интерпретации творчества — самого клиента или предлагаемого ему материала. Их примерами служат готовые рисунки или рассказы, по которым нужно оставить рассказ или объяснить, что именно изображено на рисунке. Либо часто клиенту самому предлагается что-то написать (рассказ о себе в третьем лице или о своей ситуации), нарисовать её (к примеру, тест "Нарисуй тревожность") или что-то вылепить из глины или пластилина.
Сама я не люблю рисовать с детства. Цветные карандаши не такие мягкие и оставляют вмятину на бумаге. Если я и рисовала, то только простым карандашом, чтобы передать оттенки, глубину, тень. Психолог скажет, что я склонна к депрессии и вижу мир в мрачных тонах. Да, может быть, Бог его знает). Пластилин и глина вызывают кинестетическую неприязнь и пачкают руки. Рассказать о себе в третьем лице я могу, но, в силу того, что мои писательские способности грозят в скором времени выйти на профессиональный уровень, не думаю, что психологу будет просто это проанализировать.
И вот что делать с такими привередливыми и бесталанными, как я?
Я за то, чтобы давать клиенту свободу выбора. За то, чтобы клиент сам указал способ работы с болевыми внутренними конструкциями, которые не дают жить. За то, чтобы он сам решал, какой стороной запроса мы займёмся на сеансе, а какую оставим и обойдём. На чём мы остановимся подробнее, и в какое время мы перейдём рубеж страхов и травм, за которым, возможно, последует исцеление. Я полностью согласна Куртом Левиным, который отмечал, что:
"Работа с травмой должна быть тихой, осторожной, ласковой и только по касательной".
То есть при работе с травмой на первый план должна выходить работа с её бессознательной эмоциональной подоплёкой. С теми хищниками, которые поселились давно внутри и не дают полноценно жить. При анализе набора картинок, изображающих людей, жизненные ситуации, природу, животных, абстрактные картины, клиент вовлекается в пассивный вид терапии и анализирует чужое творчество применительно к своей травмирующей ситуации. На вопросы, что изображено на рисунке, отвечать легче, чем говорить о собственной ситуации. Так мы добиваемся актуализации травматической ситуации и следующей за ней диссоциации. Исцеление происходит после того, как болезненные эмоциональные переживания помещаются в менее значимый для клиента контекст.
При работе с МАК я много раз замечала, что клиенты, доставая очередную карту, испытывали удивление и недоумение, почему им попалась карта, отражающая их внутреннее состояние здесь и сейчас: "Реально, магия. Аа, а как это работает?!"
В завершении я хочу сказать, не пренебрегайте советами психологов и не откладывайте на потом работу с психической травмой. Травмирующие события и последующая реакция на них может иметь необратимые для психики последствия. И психическое здоровье, также как и соматическое, требует внимательного к себе отношения. Будьте счастливы, и всем добра!
