Отец очень важен для развития девочки-девушки-женщины. Сегодня поговорим об отношениях, в которых между отцом и дочерью существует сильная эмоциональная связь, и как это может влиять на жизнь женщины, в том числе и на её сексуальность в разные периоды жизни. В психотерапии эта тема обычно появляется в ходе работы над отношениями с мужчинами и желанием развить или изменить сексуальные взаимоотношения.
Порой женщина, сильно любящая или ненавидящая своего отца (знак в данном случае оказывается не так важен), стремится найти себе партнёра, очень похожего на отца или же диаметрально противоположного. При этом часто женщину беспокоят вопросы, которые она не знает, как прояснить. Порой даже сформулировать и осознать эти вопросы не так-то просто. Эта тема кажется табуированной. "Было ли между мной и отцом что-то запретное, стыдное, из-за чего мне стоит к нему относиться осторожно или плохо?", "Может быть, это просто моё восприятие?", "Мне снятся эротические сны про отца, что это значит?..". Подобные мысли могут показаться довольно неприятными, они сеют тревогу и остаются тяжёлым грузом где-то в подсознании. Ответы на эти вопросы женщина надеется узнать у психотерапевта.
При этом неясность в отношениях с отцом может вносить и неясность в отношения с партнёром. Женщина может быть не уверена в своём выборе, бесконечно возвращаться к сравнению партнёра с отцом, находить или же, наоборот, не находить сходство и бояться своих открытий, которые, к сожалению, могут быть не на пользу её личной жизни.
У психологов существует хороший способ работать с такого рода переживаниями — терапевтические письма. Это письма, которые, как правило, не доходят до адресата, но позволяют снять напряжение, осознать свои эмоции, просто рассказать о том, о чём рассказать не было или нет возможности. Терапевтические письма можно писать и без психолога, но с психологом всё же удобнее работать с уже написанным материалом.
Сегодня на приёме женщина с запросом на недовольство своей сексуальной жизнью и неприятными сравнениями сексуального партнёра и отца. В ходе работы с психологом ей было написано терапевтическое письмо отцу, части которого приведены ниже. Согласие на публикацию получено авторами статьи. Письмо было написано как воспоминание своих отношений с отцом в разные периоды жизни.
"Здравствуй папа!
Мне нужно написать тебе письмо. Моя терапевт говорит, что это поможет мне разобраться в собственной сексуальности, да и вообще в себе. Я думаю, это сделает меня более цельной. И, как это ни забавно, я думаю о том, что такой я тебе, наконец-то, больше понравлюсь. Наверное, такой ты хотел меня видеть.
3–6 лет.
Помнишь, как я была маленькая, и ты был для меня главнее всего. Ты был самый лучший, самый красивый, самый сильный и смелый. Умный и блистательный. Мама на твоём фоне меркла. Ты такой прекрасный, я тебя люблю, целую без конца, ты меня учишь, рассказываешь что-то, я учусь тебе нравиться. Я умею шутить, как ты. Я могу говорить в лоб. Я могу быть сексуальной, но не кричаще, а со вкусом. Я люблю твой запах, твои белые футболки, в которых ты спишь. Твои волосы и запах от кожи головы, когда её чешут. Голову тебе чешет мама, она это умеет, а я нет. Я бы хотела чесать тебе голову вместо неё, но тебе не нравится, как я это делаю.
Я бы хотела, чтобы ты отрастил бороду или усы. Люблю твою "шерсть": на груди, руках, ногах. Я хорошо это помню, помню многие детали твоего тела. Я делаю всё, что ты хочешь. Ранние подъёмы. Зарядка. Походы. Много активностей. Нет, мне не больно, не страшно, я не устала, я могу, могу, могу. Ты хотел мальчика. Или не хотел. Я спортивная, смелая, весёлая, без капризов, без ломаний, слушаюсь папу, честная, порядочная, и меня ждёт блестящее будущее. Ты говоришь, что женишься на мне, когда я вырасту. И я думаю, что стану первой женой. А мама — второй. Она служит тебе. Обед, уборка, слушать тебя, организовывать… Она не ровня тебе. А вот я! Я как ты. Ты носишь меня на шее. Летом я купаюсь в одних трусиках. Да, мне 5, но я бы хотела надевать верх. Но ты говоришь не надо. Нечего скрывать пока…".
Комментарии психологов: в этом отрывке хорошо видно, как много нежности, интереса к телесности маленькой девочки к отцу. Именно эти переживания служат фундаментом для будущей взрослой сексуальности. Явно проступает мотив конкуренции с мамой. Психологи называют это Эдипов комплекс — попытку победить в конкуренции с родителем своего пола за родителя противоположного. В данном случае есть конкуренция с мамой за папину любовь и место в семейной иерархии. Именно в этом возрасте конкуренция самая сильная. Если развитие происходит нормативно, то ребёнку придётся проиграть, пережить разочарование по этом поводу и найти себе другого партнёра в будущем, а маму с папой оставить в покое. Эта конкуренция очень важна и служит для правильного развития девочки — она учится делать то, что умеет делать мама и хочет делать лучше. Потому что потом её ждёт приз — папа. Проблемы в развитии ребёнка очень часто связаны с тем, что он не проигрывает, а выигрывает в Эдиповой конкуренции. Это очень актуально для современной пары — подавляющее число разводов случается именно потому, что дети выигрывают в битве за любовь родителей. Наш современник сильно разочарован в отношениях близости и ищет её в отношениях с детьми. Дети, а не супруги становятся лучшими друзьями. Супруги — дело преходящее, дети постоянное. Эта философия по отношению к детям является во-многом потребительской и эгоистичной. И родители не понимают, что они мешают адекватному развитию своих любимых детей. Так довольно часто случается, если ребёнок единственный или если родители разводятся. Главная неприятность выигрыша в том, что он иллюзорен и существует только в психологическом плане. В реальности выиграть её невозможно, потому что запрет на инцест является базовым запретом в человеческой культуре. Таким образом, женщина может очень долго находиться в противоречивых чувствах по этому поводу — с одной стороны папа любит её больше, чем маму, и является для неё главным мужчиной в жизни, лучшим мужчиной из возможных, идеалом. Но поскольку получить его до конца невозможно (он всё равно остаётся с мамой) — то появляется болезненное, как правило, совершенно неосознаваемое чувство неуверенности в себе. Потом оно переносится на всех остальных мужчин и ведёт к тому, что женщина становится слишком зависима от мужского одобрения, слишком много делает для того, чтобы мужчина её любил. Это автоматически ведёт к дисбалансу в сексуальной сфере. Природа женской сексуальности более эгоистична, чем мужская, хотя бы по факту физиологических различий. И если в сексуальных отношениях женщина более заботится об удовольствии партнёра, чем о своём наслаждении, мы имеем сложности с оргазмом. А начинается всё с папы.
"6–12 лет.
Я пошла в школу в Ростове. В моём классе было много красивых мальчиков, я начала влюбляться в них по очереди. На летние каникулы мы возвращались в Таганрог и уезжали на дачу. Ты строил нам дом. Тут я уже влюблялась в рабочих. Но с тобой мы ходили плавать вдвоём. Ходили за водой. Ты "строил" рабочих. Тебе очень шла эта роль. Мы ходили в сауну. Мама всегда прикрывалась полотенцем и была, кажется, в купальнике. Мы — голышом. И особо не прикрывались. Это была свобода. Я гордилась, что мы так можем. Что нечего стесняться. Это естественно. И здорово, что так. Мы с тобой с криками обливались холодной водой. Ты давал мне попробовать немного пива. Мама пила только воду. Она не любит пиво. А я, как ты. Мы команда.
Я становлюсь старше. Уже женщина. Начинаю переживать, что волосы не длинные. Что я не такая утончённая, как другие девочки. Но моя роль в мужском коллективе класса — я нормальная девчонка, со мной можно поговорить, и я сексуальная. И открыта к этому".
Комментарии психологов: в этом возрасте важно, что появляются другие объекты интереса девочки — мальчики, другие мужчины и т.д. Из этого отрывка видно, что девочкой предпочитается папин вариант сексуальности, а не мамин. Мама не служит здесь образцом для девочки. Эдипова конкуренция с мамой кажется почти выигранной. Девочка формирует "команду" с папой, что даёт ей ряд преимуществ — роль в мужском коллективе, свободу говорить на сексуальные темы, отсутствие стеснения. То есть сексуальность формируется более по мужскому типу. Недостаточность женских образцов для сексуальной идентификации девочки в будущем может ей мешать реализовывать женские аспекты сексуальности.
"12–30 лет.
Твоя фигура, папа, появляется опять более чётко лет в 14. Ты много меня обнимаешь. Как-то слишком сильно и близко. Типа как, когда я была маленькая. Но я уже мечтаю скорее лишиться девственности. А ты делаешь вид, что ничего такого. Что это любовь и нежность. И обижаешься, и возмущаешься, если я тебя останавливаю, или мама делает замечания. Мама это видит, но не может тебя остановить. Я себя чувствую странно. Как будто ты исподтишка вступаешь со мной в некие сексуальные отношения, но все делают вид, что это не так. Ощущение нереальности. И мама как бы и останавливает тебя, но сама не может точно сказать, от чего. И неудобно, что ты обижаешься. Ты вроде как из лучших побуждений. Но я помню, ты как-то почти что трогал меня за грудь. Типа вот какая я клёвая, и грудь стоит. И на бёдрах жирка нет. Прелесть.
Я женщина. И я чувствую себя уверенно рядом с тобой или в компании твоих друзей. Я красивее ваших жён. Я весёлая. Я не выношу вам мозг. Я могу рассуждать как взрослая (я взрослая не по годам, рассудительная и пр.), а могу быть девочкой и всё ещё умилять вас.
В компании сверстников и сверстниц я не самая-самая. Там у меня более агрессивная стратегия. Я хочу себе мужчину постарше, чтобы он оценил мою взрослость, и я чувствовала себя уверенно физически рядом с ним.
Я помню, как боялась, что ты хочешь со мной переспать. А иногда мне казалось, что, может, и ничего, если так. Но обидно, что ты, думаю, не собирался этого делать. Были какие-то импульсы, но ведь ничего не докажешь. Всерьёз ты этого никогда не хотел. И не сделал бы. Начиная с 12 лет, моя собственная сексуальность стала, видимо, сильнее. И всё это стало перебор. С какого-то момента от твоего запаха и твоих объятий меня стало скорее тошнить. Поцелуи стали слюнявые и только не в губы. Я не могу с тобой нормально обняться. И с мамой тоже. Никакой физической близости. Больше не надо. Это для меня сразу как инцест".
Комментарии психологов: автор письма обозначила этот период с 12 до 30 лет, и она совершенно права. Почти весь этот период она переживает последствия победы в Эдиповой конкуренции со своей мамой за папу в более раннем возрасте. Когда уже появляются отчётливые влечения и сексуальные импульсы, девочке-девушке нужна внятная дистанция с телесностью родителей. Она склонна сексуализировать любые телесные проявления между ними просто по факту пробудившейся чувствительности и вниманию к этой теме. Влечение к отцу, которое в более раннем возрасте было так важно и служило фундаментом будущей взрослой сексуальности, теперь должно быть подавлено. Как правило, мы подавляем сексуальные влечения с помощью чувства отвращения, это совершенно нормально и естественно. Однако подходящего женского объекта для идентификации пока не появилось. Поэтому продолжает реализовываться аспект мужской сексуальности. В этом месте осталось пространство для развития. Особо важно, что автор письма понимает, что инцеста между ней и отцом не было и быть не могло. Наступает ясность.
"Завершение.
Ох, папа. Спросишь, что же я чувствую сейчас к тебе? Ты стареешь. И боишься этого. Я хочу тебе помочь. Или хотя бы разделить это с тобой. Но не могу. Хочу быть ближе. Но не знаю, о чём с тобой говорить. Хочется остаться с тобой вдвоём на целом свете, и чтобы всё было хорошо. Но на практике ты всё время меня обижаешь, ты меня не понимаешь и пр. С тобой близко общаться токсично. И уже не так интересно. Потому что, мне кажется, я уже тоже многое знаю. А ты скоро начнёшь впадать в маразм. Неужели так мы и не будем вместе? Никогда".
Комментарии психологов: в концовке письма автору удалось, наконец, пережить задержавшийся проигрыш в Эдиповой конкуренции и разочарование в первом сексуальном объекте — они "никогда не будут вместе", и с папой "уже не так интересно". Эта точка развития была заморожена какое-то время, теперь есть возможность двигаться дальше.
В ходе работы с терапевтическим письмом клиентка проживала чувства, которое вызвало его написание и чтение. Потом прошло какое-то время, и она дала обратную связь на проделанную работу:
"Удивительное дело, я никогда не понимала теорию Фрейда, мне всегда казалось, что это какое-то очень утрированное представление о человеческой природе, сводящееся только к животным сексуальным инстинктом. Было не понятно, как психоаналитики могут работать со всей палитрой человеческих историй, проблем, чувств, исходя по большей части из сексуального влечения как главного объяснения всему. Однако что-то в теме секса действительно есть, потому что, написав письмо своему папе (которое я, естественно, не давала ему читать) и вспоминая, как развивались наши отношения с ним, держа во внимании сексуальный контекст, я почувствовала очень сильное облегчение, воодушевление, прилив энергии и свободу. Как будто что-то, что долго было в тени, наконец-то, вышло наружу, и не нужно больше это скрывать. И сама эта тема оказалась не такой уж страшной и постыдной, а вполне естественной. Я увидела себя девочкой, потом девушкой, и наконец женщиной, однако всегда дочерью своего отца, которая любит его, и это так хорошо, и так просто.
У меня всегда были сложные отношения с отцом. Ну, кроме, наверное, раннего детского возраста. И я всё пыталась как-то решить этот ребус. Близость с отцом всегда приносила в конечном итоге боль нам обоим, но и дистанция и холодность были так же мучительны. Со временем мы научились более или менее сохранять баланс, однако тепло и нормальные дочерние чувства я испытывала лишь изредка. Желания обнять отца не возникало. Это казалось слишком. Теперь эти ощущения проходят. Я могу прикасаться к отцу, класть руку на плечо и чувствовать связь, близость. Его слова меня меньше ранят и меньше злят. Я лучше могу принимать его таким, какой он есть, и не чувствую себя обиженной или униженной.
Ощущение, что мой партнёр пахнет как папа, пропало. И вообще он стал более интересен для меня в сексуальном плане. Мне кажется, я только сейчас начала действительно видеть в нём мужчину и ценить его. Мы стали чаще заниматься сексом, и я чувствую себя свободнее в процессе и получаю больше удовольствия. Я как будто теперь могу позволить себе сосредоточиться на своих ощущениях и чувствах, не боясь и не волнуясь, что это обидит моего партнёра. И я чувствую себя более сексуально привлекательной для него, что раньше тоже было проблемой в наших отношениях. Вообще уверенности в себе прибавилось, и я чувствую, что не всё в руках моего партнёра или моего отца. Моё счастье зависит не только от них, но в первую очередь от меня. Хотя это и не исключает их из моей жизни".
