"Изучать верования, не веруя, это все равно, что петь песню, не зная мелодии. Уступчивость, послушание, готовность принять предлагаемые тебе ноты как единственно верные, предлагаемый рисунок роли как единственно возможный — вот основа сценического искусства, перевода и вообще — взаимопонимания. Этот жест не должен быть постоянным, не должен превращаться в состояние души или ума, но и фальшивым он быть не может. Он означает больше, чем временный отказ от неверия во имя того лишь, чтобы досмотреть спектакль до конца, но все же не является истинным обращением в веру. Он чем-то похож на обязательную фигуру в танце" — У. Ле Гуин, "Толкователи".
Индейцы племени Квакиутли (Северная Америка) (1) считают, что человек может лишиться части своей души. В страшные или тяжёлые моменты жизни, в процессе небезопасных или неравных отношений, злоупотребления или насилия, во время сильного горя, в момент любой психологической травмы, часть души человека отделяется и остаётся в том месте и времени, где произошла травма, или отправляется в потусторонние пространства — мир мёртвых (вслед за умершим другом), в мир потерянных детских душ и т.д. Бывает и так, что при переезде часть души ребёнка остаётся в каком-то дорогом и любимом им месте.
Иногда душу специально похищает кто-то, стремящийся причинить вред или получить власть над человеком. Или кто-то, кто думает, что он сможет таким образом закрыть дыру, образовавшуюся при похищении части его собственной души. Иногда душу отдают добровольно, надеясь получить какое-то благо взамен: купить чьи-то чувства, получить гарантию хорошего к себе отношения… (2)
Человек, с которым это произошло, чувствует некоторое облегчение, т.к. вместе с душой уходит и боль потери. Но, в то же время, он ощущает упадок сил, начинает болеть, теряет способность творить, становится менее спонтанным, ему все время чего-то не хватает — сил, энергии, времени… Возникают сложности во взаимоотношениях. Кажется, что он не совсем здесь. Или не весь здесь. Если потерянных частей души слишком много, человек заболевает и может даже умереть.
В западной психотерапевтической традиции эти события описываются как ПТСР (3) — посттравматическое стрессовое расстройство, которое, в отличии от ПТС (посттравматического стресса) не заканчивается через 1–2 года горевания, а длиться бесконечно, разрушая человека и социальное пространство вокруг него.
Потерянную часть души можно вернуть, но индейцы считают, что, как правило, человек не в состоянии сделать этого сам — ему требуется помощь.
Для этого шаман совершает особое путешествие в место и время, где произошло разделение. Тут ему предстоит отыскать потерянную часть, которая обычно выглядит как её владелец в возрасте травматического события. Иногда такие путешествия очень трудны — путь лежит в областях, не предназначенных для человеческого существования. Или это просто очень страшно. Шаману требуется вся его выдержка, умение и поддержка имеющихся у него сил.
Иногда части души требуется утешить, поддержать, согреть, уговорить вернуться, иногда шаман вступает в битву или переговоры с похитителем. Иногда требуется хитрость или ловкость. Во всех случаях шаману помогают его духи помощники — животные силы.
Обычно вместе с частью души возвращается не только утраченная сила, но и боль. И нужна поддержка друзей (или родных, общины, психотерапевта), чтобы снова научиться жить с этой частью… Важно, важно, чтобы у клиента, душа которого возвращается, был кто-то, кто мог бы поприветствовать вернувшуюся часть и сказать ей "Добро пожаловать домой!", а затем поддерживать те изменения, которые будут происходить с клиентом в течение всего времени, пока обретённый вновь фрагмент будет "прирастать".
Таков шаманский миф, который может служить опорой в организации психодраматического действия по возвращению души. Функции мифа разнообразны: это карта и поддержка для терапевта, гарантия предсказуемости и сообщение смысла происходящему, прецедент исцеления, нормализация, приобщение к большей истории, для клиента. При обращении к мифу просыпается архетипические содержания, налаживаются связи с ресурсами.
Нам кажется очень важным, принципиальным, чтобы психодраматисты, обращающиеся к шаманскому мифу, имели собственный шаманский опыт, который мог бы служить опорой, внутренним камертоном. Во-первых, имея свой опыт шаманской работы, психодраматист, даже говоря о мифе как о метафоре, может быть более конгруэнтным и убедительным для клиента. Он сам там побывал и знает что предлагает. Во-вторых, имея такой опыт, психодраматист лучше способен понять, что происходит с протагонистом.
Таким опытом, на наш взгляд, может быть обучение технике путешествия в нижний мир для поиска собственного Животного Силы (Animal of Power). Мы используем вариант индейцев племени Кунибо (Перу, Южная Америка) в редакции, предложенной Майклом Харнером. (4)
Мы выбрали именно эту технику, поскольку она доступна практически любому (Противопоказаний немного — эпилепсия, повышенная, судорожная готовность, психозы). Путешествие не требует экстремальных условий — происходит под ритмичные удары бубна, легко воспроизводится и обычно занимает мало времени. По нашему опыту общение с Животным Силы легко интегрируется в повседневную жизнь. Помимо всего прочего Животное Силы, шаманский помощник — это великолепный ресурс, источник энергии и спонтанности.
Индейцы Кунибо считают, что у каждого человека с самого рождения имеется один или несколько особых союзников или хранителей. Обычно они принимают облик животных. Этих личных помощников называют также Животными Силы.
Задача состоит в том, чтобы установить контакт с тем, что уже имеется (Хиваро уверены, что если человек вышел из младенчества, то у него наверняка есть Животное Силы — другие просто не выживают). При этом предполагается, что хранитель изначально настроен доброжелательно, стремится помогать и с удовольствием выходит на контакт с тем, кто к нему обращается. После встречи, человек получает возможность общаться со своим хранителем осознанно, учиться него его специфической мудрости, обращаться за помощью. Так орёл может научить мудрости общего взгляда на ситуацию, кошка — изменчивости, а лиса — умению прятаться и видеть невидимое.
Задача Животного Силы — поддерживать здоровье своего подопечного, помогая ему и направляя его. В повседневной жизни каждый может призвать своего хранителя, когда ему необходима дополнительная энергия или помощь, когда он находится в опасной ситуации или во время болезни.
Контакт с Животным Силы, необходим шаману, отравляющемуся в путешествие для возвращения души. Кроме того, прочный контакт с собственным хранителем помогает клиенту принять потерянную часть души, когда она вернётся. Поэтому первая часть нашей работы часто бывает посвящена поиску Животного Силы. Можно говорить об этом, как о поиске ресурса, который стилистически подходил бы к шаманскому мифу и хорошо вписывался бы в сцены возвращения души. Мы же предпочитаем рассматривать этот этап как вхождение в пространство шаманского мифа.
В традиционном варианте поиски потерянной души происходит в иной реальности. Клиент пассивен. Он просто лежит рядом с шаманом, который либо сам бьёт в бубен, либо входит в транс под ритм, задаваемый помощником. Внешнее действие этим и ограничивается, но в трансе шаман переживает множество сцен — путешествие, борьбу, торг, поиски и т.д. Вернувшись, шаман передаёт принесённую с собой душу клиенту и сообщает ему обо всем увиденном. Фактически, клиент впервые включается в происходящее во время этого рассказа. А главная работа начинается после того, как душа возвращена и заключается в адаптации к происходящим изменениям.
В отличие от традиционной шаманской работы, действие на психодраматической сцене более насыщено, и протагонист принимает в нем непосредственное участие с самого начала. Далее мы приводим примерный ход процесса и хотим поделиться некоторыми наблюдениями. Хотелось бы предостеречь коллег от простого воспроизведения предложенной схемы, существенной составляющей в описанной работе является техника контакта с Животным Силы. Кроме того — смотри эпиграф.
Работа начинается с Ритуала перехода в шаманскую картину мира. Это выражение согласия с метафорой, мифологией, которая будет служить опорой. Это является частью контракта. Необходимо, чтобы миф был созвучен клиенту, чтобы была в нем какая-то правда. На этой стадии мы проверяем также, не входит ли шаманская картина мира с чьими-то религиозными и культурными представлениями.
Протагонист из участников группы выбирает кого-то на роль своего шамана, того, кто будет отстаивать его интересы. Шаман — очень важный персонаж драмы. От него требуется много спонтанности. Обмена ролей с ним в большинстве случаев не происходит. Для поддержки протагониста полезно дать ему возможность выбрать участников на роли собственных Животных Силы и, может быть, предков — если этот аспект поддержки обсуждался на группе.
Директор психодрамы также выступает в роли шамана — но более опытного и знающего, который может в случае необходимости подсказать и помочь. Директор поддерживает и протагониста и исполнителя роли шамана. Он же удерживает "правила игры": внутренние — мифологию и внешние — правила психодраматического действия.
Шаман выбирает участников группы на роли своих Животных Силы и готовит все необходимое для путешествия. При этом директор предлагает участникам слушать своих собственных Животных Силы ("как если бы вы их знали") и решать, могут ли они сыграть ту или иную роль. (Поскольку эта работа происходит после показа техники поиска Животных Силы, все участники уже представляют, о чем идёт речь. Замечено, что часто протагонист выбирает кого-то на роль шамана, сознательно или бессознательно исходя из тех ресурсов, в том числе и Животных Силы, которые есть у данного участника группы.)
Заручившись поддержкой, протагонист строит сцену прошлого или символической реальности, в которой осталась часть его души. Часто протагонист знает, когда и где была оставлена душа, но в некоторых случаях требуется дополнительная фокусировка.
"Вы отправляетесь туда, где находится та часть души, которую вы готовы вернуть в данный момент. Та часть, которая уже может вернуться. Что это за сцена? Расскажите, что вы видите". (Важно получить просто описание, без концепций, оценок, рационализаций). "То, что вы увидите, может оказаться странным. Описывайте максимально точно". Потерянная душа часто присутствует в сцене в виде человека того возраста, в котором она была потеряна. "Кого вы там видите? Кто есть в сцене, кроме потерянной души?"
Часто у директора при этом возникает ощущение, что ситуация относиться к определённому этапу жизни протагониста. Иногда возникает видение сцены. Важно удержать его при себе. Если оно неожиданно и совпадает с тем, что находит протагонист, это дополнительный критерий правильности выбранного направления.
Бывает мудро строить сцену лишь перед мысленным взором протагониста, не заставляя его воспроизводить ситуацию травмы. Мы также не рекомендуем вводить протагониста в роль себя в травматической сцене. Зеркало — самая безопасная позиция.
В итоге сцена выстраивается очень скупыми средствами, может быть, с использованием стульев для обозначения декораций. Единственный необходимый персонаж — потерянная часть души (хотя и в данном случае можно редуцировать действие до диалога с пустым стулом).
Шаман отправляется на поиски. Импровизируя, находит способ получить потерянную часть души — иногда это бой с противником или похитителем, иногда приходится действовать обманом, иногда — подкупить похитителя или обмануть его. Иногда требуется уговорить душу, которая не хочет возвращаться, убедить её вернуться к протагонисту. В этом помогают Животные Силы и любые духи, которые на это согласятся — шаман может запрашивать дополнительную помощь у группы и у директора.
Для того чтобы оставить протагониста вне травматической сцены, мы часто предлагаем ему комментировать происходящее из зеркала, спрашивая, например: "Потерянная часть души слышит, то, что ей говорят? Как она реагирует?" Мы все время возвращаем протагониста от предположений к тому, что происходит. "Что происходит? Что ты видишь?" Если у протагониста возникают сильные чувства, директор поддерживает его, даёт нормализацию, присутствует с ним в сцене. Обмен ролями происходит только на стадии принятия нового решения, когда удаётся добиться возвращения души.
После возвращения шамана, когда он приносит часть души, наступает важный этап: требуется договориться с возвращённой частью души о том, как протагонист будет о ней заботиться, какие будет совершать конкретные ритуальные действия, жесты заботы о себе. Здесь возможно возвращение боли, связанной с травматическим событием. Важно, чтобы директор (в роли более опытного шамана) дал понять, что это временно, что за болью придёт сила, которая заключена во вновь обретённой части. Это очень важный момент, протагонисту требуется вся возможная поддержка — директора, вспомогательных я, группы.
В завершение члены группы приветствуют возвращение души протагониста ритуальной фразой: "Добро пожаловать домой!"
Совершается Ритуал выхода из шаманской метафоры. Участники возвращаются в привычную картину мира. Шеринг.
Иногда эффект от возвращения можно почувствовать немедленно, иногда требуется какое-то время — до нескольких месяцев. Пропадают симптомы, начинает получаться то, что ранее не удавалось, наблюдаются сдвиги в личной жизни или просто становится больше радости. Очень хорошо, если у протагониста есть сообщество, которое могло бы поддержать его в изменениях, которые будут с ним происходить.
В заключение хотелось бы остановиться на нескольких моментах.
Во-первых, сказать пару слов о сочувствии антагонисту. Как правило, похититель души забирает ее, дабы закрыть свою собственную брешь, дополнить то, чего ему не хватает. Это тщетная попытка — результат не достигается. Заполнить брешь можно только своей собственной частью, а она была похищена или отдана когда-то ранее. Забирая украденное можно дать похитителю шанс найти свою собственную душу. Часто при этом в сцене антагонист испытывает облегчение.
Во-вторых, отметить некоторые важные аспекты мифа. Потерянная часть души находится где-то. Туда можно отправляться, можно строить предположения о том, как она там живёт, можно налаживать с ней контакт. То есть результат травмы это не повреждение, дефект, а разделение на части, из которых можно вновь составить целое — преодолев боль и залечив раны. Важно, что потеря души при травме рассматривается как адаптивная реакция. Протагонист оказывается, в общем-то, сильным, сила его в том, что он сумел выжить. Наличие в картине мира союзников и сильных помогающих фигур: шаман, его Животные Силы, хранители самого клиента, в некоторых случаях — мудрые предки протагониста. Непременная вера в жизненную силу самого протагониста: у него обязательно есть Животное Силы.
Хорошо, когда в картине мира столько ресурсов.
Литература:
- Ингерман С. Возвращение души. — К.: София, LTd. 2001.
- Харнер М. Дж. Путь шамана или шаманская практика. — М.: ИЧП "Палантир", 1994.
- Калшед Д. Внутренний мир травмы. — М. Академический проект, 2001.
