Как-то у меня состоялся разговор с деканом факультета психологии одного из челябинских ВУЗов, в котором, помимо прочего, была затронута тема созависимости. Он сказал: "У нас здесь никто не знает, что это такое. Была выпускница, которая писала на тему созависимости дипломную работу. Все, включая приёмную комиссию и её саму, после защиты, остались с чётким ощущением, что суть проблемы не просто ускользнула, а даже не нащупалась".
В 70-х годах 20-го века американские специалисты по химической зависимости дали название феномену патологической зависимости от поведения алкоголика — "пара-алкоголизм". Позднее, этот феномен назвали "со-зависимостью", имея в виду зависимость человека от поведения зависимого от любых психоактивных веществ. В последнее время, контекст употребления этого термина расширился, и стал означать деструктивную зависимость от поведения любого другого человека. Существует много разных определений "созависимости", а самое простое дала Мелоди Битти: "Созависимый — это человек, который позволил, чтобы поведение другого человека повлияло на него, и который полностью поглощён тем, что контролирует действия этого человека (другой человек может быть ребёнком, взрослым, любовником, супругом, папой, мамой, сестрой, бабушкой или дедушкой, клиентом, лучшим другом, он может быть алкоголиком, наркоманом, больным умственно или физически; нормальным человеком, который периодически испытывает чувство печали)".
Что же происходит, когда беда химической зависимости появляется в семье?
Когда вовсю бушует пожар — не имеет смысла искать причины его возникновения. Это справедливо, когда близкий вам человек уже стал наркоманом или алкоголиком, уже причиняет вред себе и окружающим. На этапе, когда "бушует пожар", маме или папе практически невозможно принять собственную ответственность за происходящее в их семье. Система отрицания работает так, что звучит фраза: "У нас нет других проблем, кроме колющегося сына (дочери)".
Стыд и вина — эти два сильнейших чувства не дают возможности увидеть свой вклад в болезнь близкого. Стыд перед социумом, который возникает, когда появляется серьёзная помеха своему образу благополучия, статусному представлению о себе в глазах общества. Чувство вины — мощнейшее переживание своего вклада в воспитание зависимого. Это переживание настолько мощное, что чувствовать его постоянно невозможно.
Как-то на семинаре я попросил озвучить ожидания участников, и даже конкретные вопросы, на которые хотелось бы услышать ответы. Женщина лет 50-ти проговорила, что у неё сын и дочь, оба наркоманы. Сын уже попросил её о помощи и сейчас проходит реабилитацию. Основной вопрос — как повлиять на дочь, чтобы она тоже захотела жить по-другому.
— Что произошло, что Ваш сын решил остановиться?
— Сказал, что ему надоело.
— Сколько он употреблял?
— С 18 лет, сейчас ему 31.
— Как Вы считаете, почему ему раньше не "надоело", столько лет употреблял…
— Он живёт в другом городе. Все нормально было, работал, потом жена стала говорить, что он мало зарабатывает, он сорвался.
— Вы его оправдываете сейчас? Вы не ответили на вопрос.
— Нет, не оправдываю.
— Что такого происходило в его жизни, что ему надоело употреблять наркотики? Его качество жизни стало хуже со временем?
— Да нет, не стало…
— То есть, пока он употреблял, у него особых проблем не было?
— Не было особых проблем. Только вот жена…
— Тогда почему Вас беспокоило его употребление, если это никак не сказывалось на его сферах жизни?
— (долго думает) Ну я не могла разговаривать с ним, когда он уколотый…
— Хорошо. Он начал употреблять в 18 лет, то есть через год после поступления в ВУЗ? Как складывалась его карьера?
— Он не поступал в институт. Работал на заводе, стал мастером в 25 лет.
— Что потом?
— Потом его уволили…
— По какой причине?
— Наркотики употреблял, стал воровать с завода… По притонам потом шлялся…
Если до этого участница высоко держала голову, фразы выговаривала чеканно, тон был формален, то после этих слов покраснела, опустила глаза, в голосе появилась искренность.
Как сам зависимый преуменьшает, оправдывает себя, отрицает причинно-следственную связь (употребление —> жизненные проблемы), так и его мама очень хотела поверить в его здравомыслие. Хотя, здравый смысл у употребляющего наркомана не присутствует в силу самой болезни.
Поскольку эта участница сама проговорила причину, по которой её сын "устал" от употребления наркотиков, я стал спрашивать о её дочери, которой пока что помощь не нужна, она о ней не просит. Аналогия была очевидна, и я ожидал, что она это увидит. Однако схема диалога повторилась.
— Вы теперь можете сами ответить на свой вопрос о дочери?
— Ой, не знаю… Я каждый день с ней разговариваю, она меня "завтраками" кормит, ругаемся с ней.
— Ваша дочь как-то зависит от Вас?
— Нет, она живёт отдельно, с мужем, с ребёнком. Я уже давно ей не даю ни денег, ни продуктов.
— Если я независим от человека, то он не сможет говорить мне — что позволено делать и что делать нельзя, даже если это мой близкий. Ведь так? Какие основания у Вашей дочери выслушивать Ваши претензии?
— Её ребёнок… Я сижу с ним, когда она меня просит.
Оказалось, что не только в этом состоит "помощь" матери. Она решает различные проблемы семьи дочери: оплачивает квартиру, даёт деньги, покупает продукты.
Любой человек, считающий себя разумным, слушая этот диалог, покрутит пальцем у виска, дескать, она не видит очевидное, упорно называет чёрное белым. Однако, суть в том, что эта участница — разумный человек! Она адекватна во всех сферах, кроме сферы отношений с дочерью.
Отрицание может проявляться и в других формах, например, в форме соглашательства.
Характерный пример для работы центра: семейный психолог в третий раз встречается с родителями реабилитанта, и они уже понимающе кивают, когда речь заходит о жизненной необходимости в прекращении потаканий своему сыну. Причём, соглашаются с этим, не благодаря дару убеждения психолога, а в процессе работы, на фактах собственной же жизни. А при расставании бегут в машину за тремя огромными пакетами с продуктами и сладостями: "Сын просил. Давайте в последний уж раз?" И это выглядело бы комичным, если бы не серьёзность вопроса зависимости.
Работа с созависимыми в реабилитационных центрах — притча во языцех. Естественной реакцией на "непонимание очевидных вещей" может являться раздражение и недовольство. Поэтому, эффективной работа с созависимыми в центре может стать, если сам специалист принимает свою созависимость. Об этом я напишу в статье "Созависимость — место для любви".
