Одно из самых таинственных явлений в расстановках — это восприятие информации из источника, который называют Полем.
Метод системных расстановок (метод Берта Хеллингера) уже хорошо знаком многим клиентам, психологам, целителям и просто интересующимся. С помощью системной расстановки человек может почувствовать свою взаимосвязь с членами своего рода, даже с теми, кто уже умер или о ком ничего не известно. Эта взаимосвязь иной раз носит болезненный характер, мы связаны с прошлым своей семьи и как будто несём боль за тех (или в честь тех), кто её испытал в прошлом. Эта связь остаётся неосознанной, и мы живём не своею жизнью. Расстановка помогает увидеть эту связь и во многих случаях завершить ее.
Расстановщики используют в своей работе феномен, который назвали заместительским восприятием. Этот феномен пока ещё не имеет объяснения, признанного научными академическими кругами. Случайно оказалось, и теперь используется способность человека воспринимать, чувствовать в общих чертах то, что чувствует другой человек, даже если они не знакомы и даже, как выяснилось, если тот, другой человек уже умер (тогда можно почувствовать, как он жил). Иногда это внешне напоминает то, что называют "ясновидением", настолько точным может быть восприятие заместителя.
Тем не менее, природа этого явления, видимо, другая. Во-первых, способность к заместительскому восприятию имеют практически все люди. Можно даже сказать, что её имеют все люди, которые хотят ею пользоваться. В моей практике "нечувствительные" заместители — это те заместители, которые просто не хотели участвовать в работе (например, они пришли потому, что "подруга привела" или "жена настояла"). Заместительское восприятие возможно только по желанию, свободно и добровольно. Во-вторых, для того, чтобы заместительское восприятие возникло, требуется основание. А также требуется просьба, запрос. Обычно и основание и запрос сводятся к тому, что человек говорит: мне больно, моя жизнь идёт не так, как я хочу, у меня не получается что-то, что я желаю для себя. Согласие клиента открывает, прежде всего, доступ к исследованию этой боли. Первым с нею встречается расстановщик. Если эта встреча удаётся, они оба почувствуют состояние клиента (расстановщик становится заместителем клиента на некоторое время). Затем из этого совместного чувствования боли клиента можно пройти к прошлому — к тем людям в роду клиента, кто испытывал похожие состояния, похожую (обычно многократно боле тяжёлую) боль. Мы можем "отделить" события тех лет от событий сегодняшних, предложив заместителям встать в роли тех людей.
Пространство или место, откуда заместители черпают информацию и чувства других людей, стали называть Поле (морфическое поле, морфогенетическое поле). Наверное, можно сказать, что в Поле хранится весь человеческий опыт (а возможно и не только человеческий, но также и опыт природных явлений).
Получая возможность узнавать и проживать в расстановке (в символической форме, но не поверхностно) опыт людей из прошлого, мы можем завершать влияние этого опыта на нас сегодняшних. Процесс восприятия Поля мы назовём "чтением".
Расстановщики стали изучать, каким образом устроена наша способность читать Поле, является ли она безграничной или, если нет, как она ограничена, насколько эти ограничения объективны и непреодолимы, а насколько субъективны. Также интересен вопрос, можно ли развивать, тренировать способность читать Поле и насколько эта способность "врождённая", либо приобретается со временем.
Системные расстановки — молодой метод, и исследование Поля находится ещё в самом начале. Было сделано несколько шагов в разработке схем чтения поля, когда телесные сигналы заместителей или их геометрическое взаимное расположение давали основания делать выводы о том, какая ситуация или история была в прошлом. Действительно, многие позиции заместителей повторяются и нередко одинаковые позиции отсылают нас к похожим историям. Например, если заместитель смотрит вниз, в пол, то довольно часто речь идёт о том, что он (т.е. человек, которого он замещает) связан с умершим, его горе не завершено. Или, если заместительница смотрит направо и как будто хочет взять кого-то за руку, то речь нередко идёт о мужчине, партнере.
Позднее, когда таких схем и трактовок было создано несколько (в том числе и основателем метода Бертом Хеллингером) оказалось, что самые разные, даже противоположные схемы… работают одинаково! Но только у того, кто в них верит.
Похоже, что Поле открывается нам в той форме, в какой мы готовы его воспринимать. Мы сообщаем ему нашу систему координат и символов — и оно приходит, чтобы мы читали его на понятном нам языке.
Сейчас некоторые расстановщики стали отходить от разработки новых "языков" диалога с Полем. Этот "язык" скорее похож на музыку или игру света — бесконечное разнообразие звуков и цветов, симфония, не нуждающаяся в нотах и палитрах. Без нас эта симфония не звучит, она возникает только через людей и только с их согласия.
Как сделать себя более чутким инструментом?
Берт Хеллингер говорит, что расстановщик должен открыть внутри себя "пустую середину" (сродни медитативному состоянию), чтобы стать проводником Поля без искажений. Но многие ли из нас могут достичь этой Пустоты? И должны ли? Ведь заместители — это обычные люди и способность к восприятию есть у всех, а расстановщик будет работать с теми, кто пришёл на группу, и это не "просветлённые".
В России одним из исследователей всех этих вопросов является Елена Веселаго, директор Центра Современных системных расстановок в Москве, автор этой статьи.
Какие существуют объективные и субъективные ограничения в чтении Поля? Перечислим лишь некоторые из них.
Первое и главное — наши собственные ограничения в восприятии действительности. Если мы не признаем, отвергаем какие-либо стороны жизни, то мы не сможем их прочитать и из поля. Например, если заместитель не может выдержать историю, когда умирает ребёнок — он её не узнает в поле даже в роли матери такого ребёнка. Если заместитель считает, что аборт — это тяжкий грех, он будет "переигрывать" историю об аборте так, чтобы это выглядело как грех (и не прочтёт многих деталей этой истории, не соответствующих его представлениям). Кто-то не видит историй про супружескую измену, кто-то — про однополые отношения, кто-то — про одиночество старика, и у каждого из нас есть такие "слепые зоны". Мы никогда не можем быть совершенными заместителями, открытыми для любой истории.
Наши ограничения ведут своё происхождение из наших личных травм, из наших убеждений, из усвоенных нами социальных конструкций, из постулатов систем верований, которым мы следуем. А также это могут быть неосознанно унаследованные нами убеждения, ограничения и травмы наших родителей и членов семьи.
А к восприятию некоторых историй мы просто не способны физиологически. Например, мужчина всегда будет ограничен в чувствовании историй беременности и родов, нерожавшая женщина тоже, и всякая женщина ограничена в том, чтобы чувствовать мужские сексуальные импульсы. Это не полное ограничение, опытный заместитель и расстановщик способен переводить совершенно не знакомые ему (в том числе и связанные с полом) состояния в область восприятия, узнавать их и называть. Многие даже находят этот опыт очень глубоким, расширяющим наш внутренний мир, делающим его богаче и целостнее.
Ещё одно ограничение — размер, масштаб происходивших когда-то событий. История нашей страны, к сожалению, была очень тяжёлой в ХХ веке, нелегка она и сейчас. В исторических катаклизмах люди переживали опыт поистине нечеловеческих страданий и боли. И этот опыт остался незакрытым, он влияет и сейчас, мы находимся с ним во взаимосвязи. Но в событиях, которые затрагивали сотни и тысячи людей (а иногда и миллионы), образуется массив боли, который больше, чем может почувствовать один человек сейчас. В те события мы не можем адекватно поставить заместителя и предложить ему "почувствовать". Там нет опыта "для одного", там есть опыт "для тысяч", но у нас нет тысяч. Было бы манией величия "разруливать" нашу связь с такими грандиозными по масштабу историями.
В расстановках есть способы прикасаться к такого масштаба боли бережно, без отрицания, но и без перегруза, а также без мании величия. Читать и узнавать такие истории мы можем тоже, несмотря на несопоставимые масштабы.
Это основные ограничения в восприятии поля. Среди других ограничений — сложные, запутанные, переплетённые истории, которые "не укладываются" в человеческое восприятие в сколько-то узнаваемом виде. Это также тайные истории, узнавание которых приносит в систему больше боли, чем сохранение вне области восприятия. И ещё многое.
Елена Веселаго разработала подход к изучению и развитию чувствительности к Полю, который предлагает на своих семинарах "Чтение поля в системных расстановках: возможности и ограничения". Участники семинаров будут "знакомиться" со своей полевой чувствительностью, узнают о том, как реагирует наше тело на те или иные воспринимаемые из поля состояния. Будут рассмотрены и некоторые распространённые схемы чтения. Но основное внимание будет уделено свободному чтению живого Поля, творческому диалогу с ним, установлению контакта и умению следовать за движением Поля, завершая прошлое и возвращая себе авторство своей сегодняшней жизни.
В семинаре могут участвовать расстановщики, а также опытные заместители, знакомые с теоретическими основами метода. Участники получают сертификат Центра Современных системных расстановок и могут продолжать обучение на длительной программе.
. 
