Когда мы маленькие дети, нам целый мир представлен изначально в виде нашей семьи, наших родственников, тех ближайших, с которыми есть регулярное общение и взаимодействие, и этот самый мир в истории каждого, отдельно взятого человека — уникален и важен для него, даже если воспоминания из детского опыта являются травматичными.
Бывает так, и не редко, что человеку уже во взрослом периоде своей жизни крайне трудно просить о помощи, поддержке, сочувствии у друзей и партнёров. Такие люди часто называют причинами возникающих сложностей — почти непереносимое переживание того, что их кто-то будет или может пожалеть, обнять…
Это крайне печально звучит, а видеть человека в момент такого откровения и его переживаний бывает очень непросто…
Попробую прорисовать причинно-следственную связь возникновения данного феномена на примере переживания в детском возрасте таких состояний, как беспомощность и беззаботность.
Ребёнок, да даже подросток, растёт и развивается в изначально зависимом положении от взрослых, в первую очередь, от родителей. Мы рождаемся в этот мир, в котором изначально у нас нет права выбора: доверять или не доверять нашей маме и нашему папе — эта опция "безусловного доверия" выдаётся со справкой из роддома.
И вот растёт ребёнок с этим выданным доверием к самым близким ему людям надеется на них, зависит от них, ожидает от них множество разных ответов: эмоциональных, телесных, интеллектуальных — на разные свои потребности, желания и переживания. На каждый свой шаг, успех, неудачу и попытку… и это в порядке вещей в детстве!
Родители, которые, положа руку на сердце, должны (по СК РФ) откликаться на потребности ребёнка их удовлетворением, не всегда понимают, не всегда хотят и не всегда готовы откликаться не только функционально, сколько с эмоциональным включением. И тогда ребёнок формируется в среде, где его нужды и желания не важны и не ценны… Да, он одет, обут и накормлен, но огромная часть его переживаний, связанных с эмоциональной и чувственной сферой, остаётся не у дел… он переживает перманентное состояние фрустрации, дефицита, обиды, отвергнутости и ещё целый "букет" чувств.
При таком положении дел ребёнок переживает не ситуативное чувство беспомощности, а постоянное… и это крайне тяжело и мучительно…
Так как психика не может постоянно существовать в подвешенном состоянии она адаптируется к действительности, "принимая решения", которые будут оказывать влияние на человека в его взрослой жизни:
- "Я не буду никому говорить о своих переживаниях".
- "Я не буду переживать не из-за чего бы то ни было".
- "Я буду переживать очень ярко и громко, пока все вокруг не придут мне на помощь".
- "Я не буду просить о помощи и поддержке, даже когда переживаю, и другие это видят".
- "Я буду отвергать поддержку и помощь, когда мне плохо, убеждая других и себя в том, что у меня всё в порядке".
Клиенты, у которых сформировались такие адаптивные паттерны поведения, часто озвучивают следующую мысль:
"Детство — ужасный период! Ты ничего не можешь! Не влияешь не на что… тебя никто не слушает, у тебя нет прав…" — да, такой вывод делает повзрослевший ребёнок, который рос и развивался в условиях постоянного переживания своей беспомощности. Когда взрослые люди не интересовались его желаниями, нуждами, а либо их игнорировали, либо принижали/обесценивали, либо насильно "причиняли то, что сами считали добром".
Такое переживание воспринимается человеком впоследствии как психологическое и эмоциональное насилие, которое фиксируется в его базовых настройках и влияет на отношение человека к самому себе и на его отношения с окружающим миром. Такой травматический опыт может быть эмоционально отреагирован/перепрожит и адаптивные паттерны поведения — скорректированы, в длительной психотерапевтической работе, желательно, с одним и тем же специалистом. Путь этот всегда не быстрый и не лёгкий, но при хорошем альянсе (клиент — психолог), профессионализме второго и большом желании и стремлениях первого процесс и результат всегда стоят вложенных усилий и ресурсов.
