На приём пришёл клиент (далее — просто К): мужчина, немного за 40, высшее образование.
Запрос: тревожные состояния. Интенсивность не доходит до панических атак, но возникает страх за свою жизнь.
Во время первичной беседы удалось выяснить, что тревожные состояния стали возникать 3 месяца назад (не соотносите с нынешними событиями, так как случай даже с "доковидных" времён).
Сам К. не видит причин для возникновения тревожных состояний. Единственное событие, которое случилось с ним, и которое он выделяет как серьёзное переживание — это смерть отца, которая произошла 5 месяцев назад. При этом К. не считает, что смерть отца привела к тревожным состояниям. Объясняет тем, что смерть была ожидаемая (вследствие долгой болезни). К этому он был готов и пережил первые два месяца без тревоги. Да, было переживание горя, но не было дезорганизации.
После этого я обратил внимание на состав семьи.
Его родители умерли (мама умерла давно, когда ему было около 20 лет, бабушки и дедушки — ещё раньше). Есть два ребёнка. Одному 18 лет, второму — 16. Мальчик и девочка. С женой в разводе больше года. Девочка живёт с мамой. Мальчик поступил в университет в другом городе, живёт в общежитии. По его словам, с детьми и бывшей женой в хороших отношениях.
Тогда я стал интересоваться, как себя чувствовал К. после развода с женой?
Выяснилось, что сам развод переживал К. достаточно обычно, нормально. Тем более, что развод не был высоко конфликтным. Однако стал испытывать трудности после переезда бывшей жены и детей. Стал хуже спать, стал много работать, чтобы справиться со стрессом: "Дома меня всё равно никто не ждёт".
На вопрос, что он делал в свободное от работы время, ответил, что навещал умирающего отца в больнице. Другого свободного времени старался не оставлять.
Я спросил: "Какие мысли были, когда вы навещали отца?"
Ответ: "Мы все умираем в одиночестве, когда-то и я умру так".
После чего картина стала приобретать понятные очертания.
После смерти отца клиент получил психотравму, предпосылки которой стали формироваться после переезда бывшей жены:
- трудоголизм, как попытка справиться со стрессом,
- пренебрежение сном,
- истощение психических ресурсов,
- формирование образа одиночества, как конца жизни во время посещений отца.
Итогом травмы стали тревожные реакции, которые начались тогда, когда психика К. смогла выйти из активного переживания горя. И стала проходить адаптация и реорганизация своей жизни к новым условиям. В этом моменте идеи одиночества и конца жизни актуализировались, что стало выливаться в тревожные состояния и страх смерти.
Итог: несмотря на то, что до депрессии состояние по симптомам не дотягивало, я рекомендовал обратиться к врачу-психиатру. Врач также не диагностировал депрессию, а только тревожное расстройство. Выписал противотревожное (анксиолитик).
Психотерапия была направлена на работу с психотравмой, а только потом с идеей "одиночество, как смерть".
