Рождение ребёнка — чудо! Так было и для меня, я родила любимую, долгожданную девочку, мою золотую доченьку! Я не могла надышаться от счастья… Классический семейный кризис после рождения первого ребёнка прошёл очень гладко, как-то легко перераспределись роли, и мы стали уже непросто мужем и женой, но и папой, и мамой.
Я была так счастлива, что не хотелось делить ни с кем заботы о ребёнке, муж был не против. Я погрузилась в материнство, несмотря на тревоги и волнения, жизнь была спокойной и понятной. Внутренняя гармоничность распространялась и на внешность, я легко восстановила и даже улучшила физическую форму.
О втором ребёнке мы не помышляли, хотя и предполагалось, что он появится, но позже. Вторая беременность стала громом среди ясного неба, и, когда дочери было один год и восемь месяцев, я узнала, что беременна.
Находясь в благостном состоянии, я начала подготовку к рождению второго ребёнка. В отличие от первой беременности была более расслабленной и спокойной, наслаждалась процессом. Единственное, что беспокоило, это страх, что буду любить одного ребёнка больше, чем другого. И чем ближе был срок рожать, тем ярче становились мои эмоции.
Я искала поддержку, где могла. В беседах с подругами делилась переживаниями. Одна из них, мама двух детей, говорила о том, что это разные чувства, и у неё нет выбора между детьми. Она не видела проблемы и рассуждала о том, что невозможно сравнить эту разную любовь. Другая, имеющая одного ребёнка, сказала, что скорее стала бы беспокоиться про время, точнее, его отсутствие, и как всё успеть, имея двух маленьких детей.
И вот случилось чудо рождения второго ребёнка! Я увидела голубоглазого лысенького мальчика и поняла, что вопрос о любви даже не может стоять, я люблю сыночка, люблю доченьку, люблю мужа, люблю весь мир!
Дальше начались обычные хлопоты: пелёнки, ночные бдения, и впервые появилось ощущения, что я в аду, когда оба ребёнка болеют, а муж в командировке.
Но, и это оказалось не самым трудным. К нам не просто пришёл, а ворвался семейный кризис. Отношения с мужем совершенно разладились, казалось, что все трудности, непережитые в первый раз, сейчас прорвались и требуют внимания и ответов. Внимания требовал муж, скучающий и не узнающий новую жену — "загнанную домохозяйку". Внимание требовала дочь, вступающая в кризис трёх лет и соперничающая за моё внимание, и, конечно, новорождённый сын, который без меня никуда.
Дочь ходила в сад, и дни, когда мы оставались одни с малышом, были более спокойные и размеренные, а в выходные наш дом превращался в "сумасшедший". Нужно было организовать досуг старшему ребёнку, и муж требовал особого отношения. А я ждала понедельника, чтобы все разошлись, и мы с сыном остались одни, и я отдохнула.
Не знаю, почему, но в тот период я мало пользовалась помощью близких и не прибегла к услугам няни. Психологическая дистанция с мужем становилась всё длиннее. Из-за усталости и отсутствия свободного времени мы реже общались на отстранённые темы, проводили время вдвоём, и круг наших бесед, как и вся жизнь, сомкнулись на нуждах малышей. Сложно сказать, что мне нужно было больше — психологическая или физическая помощь и поддержка. В то время я думала, когда всё это кончится, и хотела развестись…
Пасмурным осенним днём, замученная и растрёпанная, я бежала в аптеку за лекарствами детям и случайно встретила соседку, которая также родила детей с небольшой разницей в возрасте, но они были старше моих на год.
Удивительно, посмотрев на меня и не задавая вопросов, она сказала: "После года будет легче!". Было понятно, что она пережила всё,, что я сейчас чувствую годом ранее, и хотелось плакать, с одной стороны, от усталости ощущения тупика, с другой стороны, появилась надежда, что жизнь может быть счастливой, и всё изменится.
Не знаю, помогла эта встреча или нет, но уже весной ситуация изменилась. Мы писали письма друг другу, так как в разговорах на тот момент не было пользы, только взаимные упрёки и претензии. Не могу сказать, что муж быстро откликнулся на инициативу письменно ответить, но желание менять ситуацию в семье, похоже, усилило настойчивость. Это были не просто письма о накопившихся обидах, о моих и его желаниях и чувствах друг к другу. Конечно, мои письма были гораздо длиннее, и в них вопрос развода обсуждался больше, чем в письмах мужа. Постепенно ситуация наладилась, вернулось общение "за жизнь", появились новые темы, и мы больше стали проводить времени вместе, пусть даже после того, как уложили детей спать.
После рождения детей, как и в любой новой для семьи ситуации, можно просто и быстро разрушить отношения, но гораздо сложнее выстроить новые, так как обстоятельства безвозвратно изменились. Мы оба столкнулись с одиночеством и нехваткой привычной поддержи друг от друга. Мы оба оказались в новой ситуации, опыта, переживания, которой ни у кого из нас не было.
Пройдя это испытание, понимаю, для всего нужно время, и оно нужно не для того, чтобы смириться и быть "печальной героиней" своей жизни, а для того, чтобы адаптироваться и наработать новые стратегии, способы поведения. Дети, конечно, не перестали болеть, но появилась более глубокая эмоциональная связь с мужем, ощущение сопричастности к чуду, и все трудности переживались легче, с ощущением надёжного плеча рядом. Жизнь заиграла новыми красками.
И, когда однажды мне позвонила подруга, родившая второго ребёнка тоже с небольшой разницей в возрасте между детьми, и спрашивает: "Этот кошмар когда-нибудь кончится?", — на что я ей ответила: "После года будет легче!" — и рассказала, что делала я.
