Летом 2010 года вышел в свет первый номер журнала "Танцевально-двигательная психотерапия". И в нём была опубликована наша с Ким Петерс статья, рассказывающая о нашем опыте работы с женщинами мигрантами. Ниже привожу авторскую редакцию текста.
В данной статье авторы описывают свой опыт танцевально-двигательной терапии с женщинами-мигрантами в Нидерландах. Миграция как таковая рассматривается как немаловажный фактор, лежащий в основе душевного дисбаланса. Программа танцевально-двигательной терапии, разработанная ими, основана на культурно-сенситивном и гендер-специфическом подходе, в которой ключевой метафорой является потеря и обретение корней.
Тело и телесное переживание не есть нечто, подвешенное вакууме. Переживание это, а вместе с ним и переживание себя, идентичность, тесно связаны с контекстом, той жизненной ситуацией, той средой, в которую оказывается, погружён индивид. Когда я (здесь и далее — Ю. Морозова) эмигрировала в Нидерланды, я наблюдала за собой, за тем как я ощущаю и переживаю себя. В первую зиму я физически страдала от низкого неба и плоского ландшафта. Я не умела в тот момент кататься на велосипеде, и мне приходилось наматывать многие километры пешком, добираясь до железнодорожной станции, до магазина и т.д. Но для жителя Голландии навык езды на велосипеде становится просто условием для выживания. Я выучилась. Но одно неудачное движение — и я получила травму колена, которая до сих пор регулярно даёт о себе знать, и с которой я стала чувствовать менее устойчивой, мне подвижной и более беспомощной.
Разговаривая с приятельницами, переехавшими жить в Голландию, а так же с моим клиентками, я отмечала для себя, что во многих этих историях, повторяется тема потери чувства опоры, тема набора веса… Даже при очень благополучной миграционной истории возникали психологические трудности. Я стала задумываться, как именно влияет миграция на телесность. Когда я начала работать в качестве психомоторного терапевта в клинике Dijk en Duin, я и моя коллега Ким Петерс начали вести группу двигательной терапии для женщин-мигрантов. История миграции моих клиенток была самая различная, здесь были и беженцы, пережившие немало травматических событий в своей стране, и женщины, приехавшие для воссоединения семьи, в том числе и к партнёру-голландцу. Однако, психические проблемы, послужившие поводом для направления на терапию, имели много сходства.
В данной статье мне бы хотелось поделаться своим опытом двигательной терапии с женщинами-мигрантами, нашими размышлениями, находками и идеями, которые возникли в ходе этой работы.
Психологическая помощь мигрантам в Нидерландах
Психологическая помощь мигрантам как специфической группе в Нидерландах существует много лет и реализуется как в специализированных психологических центрах интеркультурной психиатрии, так и при обычных клиниках и центрах охраны психического здоровья. Исследовательская деятельность в области транскультурной психиатрии осуществляется в нескольких исследовательских институтах и проектах. Тем не менее, при всём богатстве опыта, эта область остаётся достаточно проблемной, и многие исследователи отмечают, что многие проблемы в оказании психологической помощи мигрантам до сих пор остаются неразрешёнными.
Так, Van Dijk en Dongen [1] отмечают, что большинство исследований, касающихся психического здоровья мигрантов, касаются, в основном, двух этнических групп — турок и марокканцев, тогда как другие остаются вне поля зрения. Также они отмечают, что большая группа мигрантов вообще не прибегают к помощи здравоохранения и тоже оказываются вне поля зрения психологов и исследователей, а вместе с ними и примеры "нормального" и "успешного" процесса миграции и адаптации в новой стране. Вследствие этого, отчасти, мигранты часто рассматриваются как проблемная группа населения и группа риска, а при обращении за помощью в учреждения здравоохранения считаются "трудными" клиентами. В то же время, отмечается, что жалобы, с которыми мигранты обращаются к медикам и психологам, когда им требуется дополнительная поддержка и помощь, зачастую излишне "патологизируются" и "психиатризируются" [2]. Van Dijk неоднократно отмечает, что система оказания психологической (и вообще медицинской) помощи мигрантам глубоко этноцентрична, то есть за отправную точку берёт культурные установки, характерные для европейского и даже больше, голландского менталитета [3].
Организуя группу двигательной терапии для мигрантов, мы тоже невольно оказались под влиянием существующих в здравоохранении имплицитных установок. Сначала мы строили свою программу на базе нашего тренинга для женщин In je kracht, предназначенного для развития ассертивности. Это жёстко структурированный модуль, базирующийся на когнитивно-поведенческой теоретической модели, где большинство терапевтических интервенций осуществляются на когнитивном уровне. С первой же сессии мы убедились, что данный подход не слишком успешен с нашими клиентками. Как основу для своей работы мы использовали опыт наших коллег, также работающих с беженцами [4;5], но почему эти методики не работали с нашими клиентами? Вышеназванные авторы, работая с беженцами, рассматривают травму и её проработку как центральную тему терапии, а так же уделяют внимание каким-то специфическим особенностям той этнической культуры, к которой принадлежат клиенты. Но, на наш взгляд, было что-то ещё, что, так или иначе, оказывало влияние на наших клиентов.
В поисках эффективных методик и интервенций, мы пришли к убеждению, что не только иной культурный багаж и не только травматический прошлый опыт должны стоять в фокусе нашего работы, но и опыт миграции сам по себе, как нечто, что сущностно изменяет жизнь человека. Ведь миграция — это не просто единовременное событие, скорее это динамичный процесс бытия-в-миграции, таким образом, психические проблемы, с которыми сталкивается человек в миграции, должны так же рассматриваться с точки зрения бытия-в-миграции.
Миграция — травма или путешествие героя?
Так что же такое миграция и что происходит с человеком, который переживает её? Среди множества определений понятия миграции мне больше всего откликается определение J. Vos.
Мигрант отправляет нас к слову "миграция", которое происходит от слова migrere, переезжать. Миграция относится к процессу, при котором люди переезжают жить за границу, неважно, по политическим или экономическим причинам, для создания или воссоединения семьи. Мы можем рассматривать миграцию как серию переживаемых индивидуумом событий, которые невозможно описать какими либо однозначными статическими понятиями [6].
Разные авторы (Suzuki, 1979; Hertz, 1981) выделяют несколько последовательных фаз, которые переживает человек в процессе миграции. Так или иначе, различаясь в названиях, в схемах этих авторов присутствует схожая логика, вслед за подготовкой к миграции и собственно переездом следует весьма длительный период адаптации в новой стране, сопровождающийся эмоциональными подъёмами и падениями, с риском для возникновения психологических проблем, в каждой из этих фаз [7].
Французский этнопсихоаналитик Т. Натан, считал, что всякая миграция может рассматриваться как травматическое, интрузивное событие, которое нарушает баланс между внешним и внутренним культурным кадром, ответственным за декодирование внешней реальности [8].
В попытке "де-патологизировать" ряд авторов предлагают своё видение процесса миграции как своего рода "ритуала перехода" [7;9]. Этот термин применяется к ритуалам и обрядам, которыми в традиционных сообществах отмечали важные поворотные события в жизни человека: рождение, болезнь, женитьбу, смерть). Фазы, присутствующие в этих ритуалах можно сравнить с фазами, которые человек переживает в миграции, — сепарация, лиминальная (пороговая) фаза, воссоединение. Таким образом, Van Bekkum и другие делают попытку рассматривать уязвимость человека, находящегося в лиминальной фазе, и сопутствующие ей чувство печали, неуверенность, неопределённость социального статуса и ролей, в большей степени с позиций и в терминах антропологии и социологии, нежели психопатологии.
Наша программа: организационные и методологические аспекты
Взяв за исходящую теоретическую предпосылку то, что миграция является событием, по сути "путешествием героя", — серьёзно меняющим жизнь человека и требующим от него значительных усилий в обретении и понимании новых культурных кодов, мы стали строить нашу работу с женщинами мигрантами, поставив своей задачей поддержать женщин, находящихся в процессе миграции\аккультурации и по возможности уменьшить те жалобы, с которыми они обратились за психологической (психиатрической) помощью.
Изначально наша программа был создана для группы женщин-беженцев, находящихся в центре для беженцев, но позднее, в связи с закрытием центра был адаптирован для более широкой группы мигрантов. Практически все они находились в терапии у специалистов Центра охраны психического здоровья Dijk en Duin, некоторые в течение нескольких лет. Учитывая то, что некоторые наши клиентки очень слабо владели голландским языком, их возможности для эффективной вербальной терапии были весьма ограничены, многие коллеги с большой радостью встретили новость, что открывается новая "невербальная" группа для их клиентов.
Как говорилось выше, изначально наша работа была построена как структурированный тренинг, предусматривающий 10–12 еженедельных групповых занятий по 3 часа, с заранее запланированной программой. Однако позже, сохранив временной сеттинг, мы позволили содержанию сессий быть более динамичным, отвечающим тем потребностям и темам, которые на данный момент существовали в группе.
Состав участниц группы был очень разнородным, среди наших участниц были представительницы всех континентов (за исключением Австралии), и мы старались поддержать его таким, не отдавая предпочтения какой-либо этнической группе.
На первых сессиях вместе с участницами присутствовала переводчица с фарси, так как в тот момент в группе было несколько говорящих на фарси клиенток, однако позже мы решили отказаться от услуг переводчика, уровень языка всех женщин был достаточен, чтобы понимать и говорить, а в случаях языковых затруднений вся группа активно включалась в помощь при переводе, что в итоге сплачивало группу.
В нашей работе мы опирались на следующие методические принципы:
- Культурно-сенситивный подход — мы признаём, что нормы и ценности, принятые в западной культуре, и в частности, в Нидерландах, могут существенно отличаться от тех, что приняты в культуре наших клиентов;
- Гендер-специфический подход — мы принимаем во внимание факт, что нормы и ценности для женщин и мужчин во многих культурах могут быть очень разными;
- Эмпауэрмент — подход, ориентированный на ресурс: признание стратегий выживания клиента и фокусирование не на недостатках и дефицитах, а на сильных сторонах, компетенциях и качествах клиента;
- Интеграция методов и техник телесной работы, движения и креативной экспрессии.
Основные темы, поднимающиеся в ходе работы
Несмотря на то, что наши клиентки отличались по возрасту, культуре, языку и истории миграции, характер жалоб, с которыми они обращались за помощью, был схож, и из раза в раз в ходе занятий поднимались похожие темы.
Наиболее распространённые жалобы, с которыми приходили женщины, и которые часто звучали на сессиях — это головные боли, мышечные и суставные боли, усталость и недомогание, нарушения сна и депрессивное настроение. Как говорит М. Мейер, норвежский танцетерапевт, работавшая с беженцами, "…все сети и связи в "доме тела" вырублены. Недостаток энергии делает этот дом холодным и тёмным. Через какое-то время дом разрушается — тело испытывает боль и дискомфорт в мышцах и суставах. То, что не может выразить душа — выражает тело" [10]. Довольно большая часть наших сессий посвящалась разнообразным релаксационным упражнениям и массажу. Массаж в парах или в группе неизменно вызывал энтузиазм и позитивный отклик в группе, и очень скоро стал рутиной частью занятия, традиционным его завершением. Принимая соматические жалобы со всей серьёзностью, не отмахиваясь от них, и обучая наших клиентов совладать с ними, занимать активную позицию по отношению к этим симптомам, мы в то же время осознаём, что соматические жалобы — это часто культурно-легитимный способ говорить о своём душевном страдании, что зачастую в языке нет понятий и слов, позволяющих описать это переживание.
Неукоренённость в жизни отражается также неукоренённостью в теле. Метафора потери корней и укоренения заново так часто звучала на сессиях, что впоследствии стала базовой метафорой модуля, отразившейся в его названии. Она отражает процесс миграции и адаптации в новой стране. Растению, пересаженному с места на место, требуется время, чтобы укорениться и стать сильным. То же требуется и человеку. Терапевт же, словно садовник, заботится об условиях и навыках, дающих человеку силу вернуть себе своё тело и жизнь. Заземление, укоренения как тема работы находила своё выражение в упражнениях на заземление, в работе со стопами, в элементах фольклорных танцев, в символическом танце.
Другая обширная тема, звучащая в группе — это сила. Чувство бессилия, которое многие женщины усвоили из своих культурных стереотипов и болезненного опыта, оказывает влияние на их поведение и делает адаптацию к новой ситуации ещё более трудной. На занятиях мы даём им через тело и движение заново открыть, что такое сила, и как они могут использовать её так, чтобы это было функционально в их нынешнем окружении. Здесь могут использоваться как определённые двигательные упражнение и символический танец, так и ролевые игры и симуляцию ситуаций, в которых женщины экспериментируют с новым ощущением переживания собственной силы.
Наряду с этим мы используем силу символического, метафорического действия. Для многих жизненных процессов и событий существуют телесные и двигательные метафоры, которые мы можем найти также и в языке. Проживая эти процессы в символической форме, через танец и движение, клиенты могут таким образом получить опыт позитивного завершения процесса и альтернативные способы поведения и совладания.
И, конечно же, на протяжении всего модуля мы стараемся дать клиентам возможность получить опыт переживания удовольствия от движения и тела, связанного с позитивными воспоминаниями о прошлом и позитивными образами или мыслями о будущем.
Заключение
На основании наших наблюдений, самоотчётов участниц и обратной связи курирующих их терапевтов мы можем судить о том, что наша программа эффективна и оказывает положительное воздействие на клиентов, на их физическое и эмоциональное состояние и их большую способность адаптироваться к новым ситуациям. Однако, мы также сталкивались с ситуациями, когда в течение модуля наши клиентки показывали весьма положительную динамику, и мы строили самые оптимистические прогнозы, но вмешательство извне, такое как письмо с отказом в виде на жительство, могло свести на нет всю проделанную работу и даже привести к состоянию худшему, чем было до начала работы. Порой наши усилия как терапевтов не способны противостоять давлению системы, что заставляет задуматься о том, что работы только на уровне индивида бывает недостаточно, что необходимо изменение и на уровне общества и государства. Вернувшись к метафоре садовника — порой недостаточно укрывать растение от непогоды — возможно, нужны ещё и какие-то действие в борьбе с глобальным потеплением?
Литература:
- Dijk, R. van, Dongen, E. van. Migrants and health care in the Nederlands. In: Health for all, all in health. Edited by Vulpani e.a. Perugia:Cidis/Alisei, 2000, p.47–69.
- Bekkum, D. van. Hulpverlener als tijdelijk "beschermjas" — Conferentie Hoe Helpt U Mij?.— Phaxx Speciale Editie, 2003
- Dijk, R. van. Culture as excuse. The Failures of Health Care to Migrants in the Netherlands. In: Art of medical anthropology. Edited by S. van der Geest and a. Rienks, Het Spinhuis,1998
- Vloeberghs E., Bloemen E. Uit lijfsbehoud. Lichaamsgericht werken met vluchtelingen in de GGZ. Pharos, 2005.
- Zwart, M. Impulscontrole in Psychomotorische therapie met getraumatiseerde vluchtelingen, Maandblad Geestelijke Volksgezondheid, 2001, pp. 218–230
- Vos, J. Migratie als grenssituatie: "niet-meer en nog-niet". Wijsgerig-fenomenologisch onderzoek naar het migrant-zijn, in het voetspoor van Martin Heidegger, Wilhelm Dilthey en Karl Jaspers. — Scriptie voor de studie Wijsbegeerte van de sociale wetenschappen aan de Universiteit Leiden, 2005.
- Losi, N. Lives elsewhere. Migration and psychic malaise. Karnac, 2006.
- Seddik, H. Transculturele (systeem)therapie. Ervaringen uit Frankrijk met psychotherapie met families gebaseerd op ethnopsychoanalyse. Mikado, 2005.
- Bekkum, D. van e.a. Migratie als transitie. De liminele kwetsbaarheid van migranten en implicaties voor de hulpverlening. In: Transculturele psychiatrie en psychotherapie. Zwets&Zeitlinger, 1996, p. 35–61.
- Meyer, M.A. In Exile from the Body. Creating a "Play Room" in the "Waiting Room". In: Foundations of Expressive Arts Therapy. Edited by S.K. Levine and E.G. Levine. JKP, 2000, 241–255.
