Доклад основателей подхода Психотерапия Взросления® В Криндача и Е. Соловьевой на межвузовской научно-практической конференции к открытию Центра психологической помощи при Коломенском государственном педагогическом институте, 27 мая 2004 года.
Рассмотрим тезис "обидчики — это обиженные", с точки зрения транзактного анализа (Э. Берн, анализ взаимодействий, психология судьбы).
- Семейное программирование.
Если отец улыбается, когда смотрит на сцены насилия по телевизору, и ребёнок видит, что отец на стороне "сильных", то есть насильников, то это значит, что вступает в действие "магия родительской улыбки" [1,2]. Ребёнок, скорее по невербальному поведению родителей, нежели по провозглашаемым семейным лозунгам, распознает, какая его собственная жизненная позиция будет угодна родителям, от которых он всецело зависит.
Под "родителями" здесь и далее мы будем подразумевать вслед за Э. Берном всех значимых для ребёнка "больших", старших — так называемые "парентальные фигуры".
- Образцы.
Если родители жестоко обращаются друг с другом и с ребёнком, то в сознании ребёнка, жадно стремящегося сориентироваться в малопонятном мире, жестокость запечатлевается как норма, или даже синоним силы. Дети, как и детёныши животных, учатся у своих родителей посредством подражания.
В психологической работе с обидчиками важно помнить, что их детский импринтинг включает представление о жестокости и преследовании как о норме человеческих взаимоотношений. Я-идеал (угодное родителям представление о себе) формируется у ребёнка как стремление всегда быть "сильным" (= жестоким = побеждать других = преследовать). Взаимоотношения людей воспринимаются с ранних лет преимущественно как поединки, в которых один станет победителем, другой побежденным.
Противоположная этому пещерному представлению установка на обоюдный успех и сотрудничество отсутствует в сознании обижаемого старшими ребёнка так, как отсутствуют образцы такой конструктивной модели в родительской семье.
- Условия принятия. Нелегальные жизненные напутствия.
Эмоциональное и даже физическое выживание ребёнка, а также его будущая успешность зависят от того, как много любви, уважения, внимания к его становящейся личности он получает в первые возрастные периоды детства.
В семьях, где забота о ребёнке ограничивается лишь вниманием к его физиологическому благополучию, дети депривированы по интересу старших к их личности и заметно отстают в развитии от ровесников из более гармоничных семей.
Вероятно, та же загадочная мудрость природы, которая наделяет детёнышей животных неотразимой привлекательностью, одарила особым инстинктом человеческих детей. Э. Берн называет "маленьким профессором психологии" то начало в психике ребёнка, которое быстро научается эмпатически точно угадывать, каким нужно быть, чтобы нравиться своим родителям. Как вести себя и даже как думать и чувствовать, чтобы получать от родителей как можно больше "вещества любви", столь нужного для развития.
"Условия любви", именуемые обычно более сдержанно как "условия принятия" ребёнка родительской семьёй, различны в разных семьях.
В семьях, где жестокое обращение родителей друг с другом и детьми является нормой, интеракции и внутри и вне семьи понимаются преимущественно как поединок. И семейный лозунг, обращённый к ребёнку "побеждай", подразумевает нелегальное, но понятное "маленькому профессору психологии" добавление: "побеждай любыми средствами". По невербальным реакциям родителей "маленький профессор" убеждается, что выполнение напутствия "побеждай любыми средствами" и есть условие его принятия родительской семьей.
Тысячи и тысячи раз побеждённый ("обиженный") превосходящими силами родителей, ребёнок обучается разбираться в приёмах, приводящих к "победе", поскольку испытал это на себе.
Его совесть, относящаяся к инстанции Внутреннего Родителя, сформирована совсем не так, как у людей, выраставших в семьях, руководствующихся общечеловеческой этикой. Повзрослев, выходец из жестокой семьи будет восприниматься многими как бессовестное чудовище. Однако психологический анализ семейного программирования показывает, что "жестокие нелюди" отнюдь не бессовестны. Просто веления их "совести" противоположны голосу совести, опирающейся на общечеловеческие ценности. Их Внутренний Родитель (обобщённый слепок с реальных родителей детства) настойчиво требует побед над другими любыми средствами, и жестоко наказывает эмоциональными мучениями за проявления милосердия, мешающие "побеждать" других.
(Так, Гиммлер кается в своём дневнике: ему стыдно перед фюрером — олицетворением его собственной "совести", что слишком мало, с его точки зрения, неарийцев и вольнодумцев прошло через газовые камеры. Общеизвестно, что практически все представители верхушки Третьего рейха подвергались жестокому обращению в родительских семьях.)
- Порочный круг: преступление — наказание — преступление — …
Усиление карающих положений закона, как давно подметили социологи, нередко ведёт к парадоксальному расширению преступности. Когда человек, многократно обиженный в детстве и научившийся умело обижать, переходит границы закона, он, попадая в пенитенциарное учреждение, чувствует себя побеждённым. И тогда "совесть", принуждающая его "побеждать их любыми средствами", требует реванша.
Чем строже режим содержания и жёстче обращение с обиженным, превратившимся в обидчика, тем большее количество ответных "побед" (то есть больше жестокости) нужно, чтобы погасить "задолженность" перед разъярённой "совестью".
(Ф.М. Достоевского удивляет — см. "Записки из Мёртвого дома", что преступники вовсе не раскаиваются в своих преступлениях, а похваляются ими.)
- Слабое звено порочного круга. Осторожные надежды.
Интроекты (родительские требования, условия принятия ребёнка), запечатлевшиеся в психике в возрасте импринтной уязвимости, укореняются в сознании и бессознательном особенно глубоко и цепко.
Это означает, что психологическая и психотерапевтическая работа, единственно способная изменить базовые установки обидчика, и, как следствие, его поведение, неизбежно трудоёмка, не всегда гарантирует успех, и, разумеется, должна быть индивидуально ориентирована.
В реальной практике такая работа требует значительно больших средств, чем содержание в условиях усиленного режима. Но, как подтверждает опыт стран, где такая работа проводится силами квалифицированных специалистов, она во многих случаях выводит обиженного в детстве обидчика из порочного круга эскалации жестокости и является осторожной надеждой для общества. Слабым звеном, дающим возможность психотерапевту разорвать порочный круг "побед" над слабыми и "поражений" в виде наказания является, с нашей точки зрения, подавленная ещё в детстве потребность в понимании, разделении чувств, сострадании и само право испытывать все многообразие человеческих чувств, которое было подавлено бездушным обращением с ребёнком ещё в раннем детстве.
Более уверенную надежду могла бы дать психолого-педагогическая профилактика жестокого обращения в семьях и семейного насилия, опирающаяся как на соответствующий закон, так и на поддержку государства и общественных организаций.
Литература:
- Э. Берн "Игры, в которые играют люди". Минск, "Современный литератор", 2002.
- Э. Берн "Что вы говорите после того, как сказали "привет"". Москва, Рипол Классик, 2004. Серия "Психологический бестселлер".
