Не надо пытаться искать причину буллинга в ребёнке.
Последствия буллинга, которые бывают ужасными, сейчас активно изучаются специалистами. Считается, что жертвы травли психологически травмируются сильнее, чем те, кто подвергся домашнему насилию. Причём травмируется не только сама жертва, но и ничуть не меньше все участники травли! У лидера и свидетелей возникают проблемы с окружением во взрослой жизни. У жертвы буллинга очень сильно снижается самооценка, которая тяжело поддаётся коррекции, возникают неврозы на фоне постоянного стресса, проявляется социофобия. И самое серьёзное последствие травли — суицидальные мысли. Перевестись в другую школу непросто — если ребёнок не отличник, его могут не принять в другое заведение, тем более если на данный момент он учится по месту жительства. Надо обосновать перевод бумажками, а как доказать, что ты ежедневно подвергаешься тягчайшему унижению? Нужно вызывать инспектора по делам несовершеннолетних, фиксировать… Одно дело, если после первого же факта унижения учитель, родители забили тревогу, подключили инспектора по делам несовершеннолетних и пресекли подобное явление на корню. Ребёнок в этом случае отделался лёгким испугом. Такие случаи в моей практике были.
Но чаще буллинг имеет продолжительное действие, поскольку родители могут не придавать значения происходящему и советовать ребёнку не обращать внимание на задиру. Но это неправильно. Человек — существо социальное, именно свойство сбиваться в группы позволило первобытным людям выживать. Нам и сегодня важно быть принятым группой, это жизненно важная потребность, дающая ощущение безопасности. Дети ещё ближе к природе и подобным инстинктам, чем взрослые, у них нет достаточно развитого критического мышления. Они склонны винить в буллинге себя. Все слова родителей о том, что они любят ребёнка таким, какой он есть, не помогают, потому что чадо не может передать высказывания в школе — классу они ни о чем не говорят. Каждый день учащийся ходит в школу как на эшафот, потому что от него отворачиваются, отсаживаются, ему что-то подсыпают в еду, его вещи могут оказаться в унитазе, над ним смеются… После всего этого ребёнок просто не хочет жить, потому что он чувствует себя ненужным группе. Педагог обязан проследить на уроке, нет ли в классе учащегося, которого изолировали, к которому никто не обращается, с ним никто не сидит.
Унижать можно по-разному — обзывать, ругать, исключать из общих игр, воздействовать на интимную зону общения (расстояние не менее 20 см — одна из зон психологического комфорта, куда мы пускаем для объятий только самых близких), подходя к жертве. В последнем случае важно не сделать физически шаг назад, не поддаться агрессору, даже если страшно, чтобы не показать, что он имеет влияние. Учителю в ситуации буллинга важно не вступать в конфронтацию с зачинщиком, поскольку это ребёнок. Возможно, дома с ним поступают так же. Жертва буллинга выбирается совершенно хаотично. Девочку затравили из-за лишнего веса и довели до анорексии — она почти перестала есть. Но я сразу хочу донести до родителей и всех-всех, что не надо пытаться искать причину буллинга в ребёнке. Она не в нём, а, как я уже сказала, в групповой динамике, которую должен контролировать учитель. Если педагог не предложил детям общие интересы, не распределил их по подгруппам для каких-то занятий, группа становится неуправляемой, она ищет опорную точку, которая бы их объединила. Первое, что приходит в голову для выброса агрессии, — найти жертву. Придраться можно к чему угодно — к тихому голосу, дефекту внешности… Под жернова может попасть даже успешный ученик. Был такой случай, когда девочка-отличница заболела и в школе её вырвало. В классе к ней возникло отвращение, потому что учительница неправильно среагировала. Более того, ребёнок расплакался и усугубил ситуацию. От буллинга не застрахован никто!
Часто травля зарождается на уроке физкультуры.
Как ни странно, механизм буллинга часто — в 90% случаев — запускает сам учитель, выделяя ученика, косо посмотрев на него, делая замечания, давая всем понять, что он не такой, как остальные. И дети понимают, что, если бы не этот ребёнок, у них был бы идеальный класс с идеальным педагогом. Они также уясняют, что унижение — это нормально, ведь так делает преподаватель! Часто травля зарождается на уроке физкультуры, детей разделяют на подгруппы, и когда, например, в эстафете проигрывает команда с полным или просто плохо бегающим ребёнком, то всем становится очевидно, кто всех подвёл и поставил себя под насмешки: "Если бы тебя не было, мы бы выиграли". И вот тут важно вмешаться учителю, но он часто неправильно реагирует, например, пошутив: "Ну пусть ты толстый, зато, наверное, умный". Нужно встать в конфронтацию не с лидером начинающейся травли, а с фактором унижения, важно не согласиться, что это норма. Например, если травят ребёнка в очках, то учительница, также носящая очки, может предложить участникам буллинга поговорить с ней о проблеме её сниженного зрения. Важно перевести внимание на себя. И, как правило, подобного хватает, чтобы дети поняли, что не надо о таком говорить. Люди в очках или полные — это нормально. Но учителя часто просто не хотят замечать буллинг и вмешиваться. А иногда ведь достаточно сказать: "Я не понимаю, чем вы тут занимаетесь?!" То есть показать детям неприемлемость ситуации.
Да, мы все мечтаем, чтобы наш ребёнок попал к сильному и душевному, понимающему детей педагогу. Но, как правило, нам приходится выбирать между сильным и душевным, и часто мы склоняемся к первому, поскольку в школе детям ставят оценки. Всем важна успеваемость, ОГЭ и ЕГЭ… Учитель, работающий с детьми, должен не столько любить, сколько уважать детей, знать и понимать их индивидуальные и возрастные особенности и потребности. Но на этом особое внимание не фокусируется, особенно сейчас, в условиях качественного кадрового дефицита. Правда, в школах города сейчас прорабатывается внедрение системы медиации. Возможно, ей займутся школьные психологи или социальные педагоги. Это классная идея. Медиаторы помогают соединить стороны, которые находятся в состоянии конфликта, и последние, как правило, равны. Но медиация бессильна в случае травли.
Если учитель игнорирует проблему буллинга в классе, значит, он психологически незрелая личность, и бить тревогу должны родители. Тут важно, насколько доверительные отношения в семье. Бывает, что у ребёнка отбирают сотовый телефон и запугивают расправой над ним в случае рассказа родителям правды. Ещё страшнее для учащегося, когда зачинщики травли пугают тем, что расправятся с его мамой. Вот тут не каждый школьник действительно поделится проблемой, он лучше соврёт, что потерял телефон.
Признаки буллинга и главные ошибки родителей.
Но неладное можно заподозрить и по другим признакам — резкое изменение аппетита (очень мало ест или много, слишком налегает на сладкое), смена поведения, пропажа денег, материальных ценностей из дома, необъясняемые задержки после школы, порванная одежда, частые синяки, бормотание во сне, к которому надо прислушаться, странные ритуалы. Например, у меня был случай, когда ребёнку старшеклассники велели дома вставать в полночь и съедать ложку соли — и он, запуганный, так делал! Межвозрастной буллинг — это уже самоустранение не только учителя, но и всей школы! Потому опять же задача родителя — идти к учителю, если он игнорирует — к завучу, а потом при необходимости к директору школы!
Самые главные ошибки родителя в случае буллинга:
- Игнорирование ситуации, "само пройдёт", дети сами разберутся.
- Не путать буллинг и непопулярность. Ребёнок имеет право быть непопулярным, интровертом. Это не причина для травли.
- Давить на жалость, взывая к участникам травли. Это ещё больше укрепляет лидерство зачинщика и страх свидетелей, которые боятся оказаться на месте жертвы и сильнее примыкают к лидеру. Нужно подойти к родителю зачинщика и учителю, чтобы обсудить ситуацию.
- Игнорирование потребностей ребёнка в семье, которое может сделать его зачинщиком буллинга в школе. Бывает, родители не разговаривают с чадом и, что ещё страшнее, заявляют: "Я тебя сегодня не люблю, уйди от меня, ты принёс двойку". В таком случае у подростка возникает вопрос: "А зачем ты меня родила? Зачем я нужен? Кто ещё меня полюбит, раз меня даже мама не любит?" Когда я на тренингах с родителями подобное изображаю, они смотрят на себя со стороны, рыдают и говорят, что это очень страшно и больно.
Потому не надо бояться идти выше учителя, школа заинтересована в разрешении проблемы, поскольку в администрации понимают, что стресс сказывается на успеваемости и, если сор будет вынесен из избы в управление образования, прокуратуру, коллектив ждёт лишение премии и другие неприятности. Поэтому после обращения к завучу или директору вашего ребёнка уже никто не посмеет травить и выделять на уроках. Учитель, увидев способность родителя встать на защиту ребёнка, просто побоится повторения ситуации и приложит все усилия для её недопущения. Бешеных мам не любят, но и их детей не трогают. Есть такое понятие "достаточно хорошая мать" — это мать, удовлетворяющая самые важные потребности ребёнка. И не надо делать его счастливым, успешным. Можно не выполнить лучше, главное — не сделать хуже ребёнку. Если родитель принимает его таким, какой он есть, то уже молодец.
