Ах! Как манит и завораживает этот волшебный термин — "Интуитивное питание". И даже волнительно говорить на эту тему. Волнительно, как всё неизведанное до конца.
Хорошее слово интуиция, понятное. Так, например, в психологическом словаре А.В. Петровского М.Г. Ярошевского интуиция представлена как (от лат. intueri — пристально, внимательно смотреть) — знание, возникающее без осознания путей и условий его получения, в силу чего субъект имеет его как результат "непосредственного усмотрения". И. — специфическая способность (например, художественная или научная И.), "целостное охватывание" условий проблемной ситуации (чувственная И., интеллектуальная И.), механизм творческой деятельности.
По З. Фрейду И. — скрытая в глубинах бессознательного первопричина творческого акта. Научная психология рассматривает И. как необходимый, внутренне обусловленный природой творчества момент выхода за границы сложившихся стереотипов поведения и логических программ поиска решения задачи.
Психиаторы В.М. Блейхер, И.В. Крук говорят нам, что интуиция (лат. intueri — пристально, внимательно смотреть) — способность непосредственно, как бы "внезапно", не прибегая к развёрнутому логическому умозаключению, постигать истину; внутреннее "озарение", просветление мысли. Интуиция представляет собой такой скачок на пути к познанию действительности, в основе которого лежат уже накопленные знания, предшествующий опыт. Интуиция возникает лишь на базе прежнего чувственного опыта. Появившаяся интуитивно мысль требует логической проверки путём сопоставления с другими мыслями относительно изучаемого явления и может быть передана, если она будет сформулирована, то есть построена по правилам логики [Кондаков Н.И., 1975].
Так же они освещают понятие интуиции бредовой.
Интуиция бредовая — возникающие внезапно, без улавливаемой связи с предшествующими переживаниями бредовые идеи (бред интуиции). По K. Jaspers [1913], это бредовые представления, характеризующиеся ретроспективным переосмыслением реальных воспоминаний или внезапными наитиями, "озарениями", не вытекающими из предшествующих размышлений и возникающими совершенно неожиданно.
Понятие бредовой интуиции сразу требует обратиться к противоположному полюсу — рациональности. Той рациональности, которая есть — метод логического разъяснения при деятельном состоянии коры головного мозга.
И вот три понятия: интуитивное питание, рациональное питание и осознанное питание. Какое из этих терминов и способов оздоровления исключить, а какое возвести на пьедестал? Знаю специалистов в области пищевого поведения, которые ставят знак равенства между интуитивным, рациональным и осознанным питанием. Потому что все три понятия про здоровье и про "истину", и про честность по отношению к своему телу, здоровью, про любовь к себе. Но любовь бывает разная. Так современный человек привык к тому, что рациональность господствует в решении жизненно важных вопросов. В то же время предчувствия, ощущения, которые появляются в сознании быстро, инстинктивно, неожиданно и безо всяких причин, дают возможность узнать что-то, прикоснувшись к своей бессознательной части. И вот та самая фантазийная, воображаемая интуиция — как раз граница, за которую заступать не имеет смысла, а порой даже опасно. Грань между интуицией и бредовой интуицией тонка. Так же тонка, например, как между вялотекущей шизофренией и нецелостностью. Воображаемая интуиция пищевого аддикта — это риск пищевого запоя, оправдываемого до определённого момента интуицией, прислушиванием к истинным потребностям тела.
Баланс между интуицией и рациональностью — очень похож по смыслу на осознанность.
И вот этот баланс, желание его достичь часто вызывает напряжение. Диалог между сознательным и и бессознательным — путь к снятию напряжения, путь к осознанности.
На написание этой небольшой статьи меня вдохновили, прежде всего, понимание того, что детское интуитивное знание о питании во время взросления перекрывается социальными нормами и пищевыми привычками ближайшего окружения. Ребёнок, как животное, чувствует когда, в каком количестве и какие продукты ему нужно есть. До того момента, пока родители не начинают ему навязывать свою модель пищевого поведения. Если начинают. Но вернуться к этому детскому интуитивному знанию в зрелом возрасте, когда этот навык утерян, задача не из лёгких. А желание такое может возникнуть. Как раз здесь и возникает риск впасть в воображаемую интуицию. Расплата для людей, страдающих нарушениями пищевого поведения — пищевой срыв, как минимум. А срыв — это очень быстрый, очень лёгкий способ получения удовольствия, которое позволяет вытеснить какие-то чувства, слишком сложные для проживания.
© Автор — Татьяна Гагарина
