Интервью с Ольгой Перегоедовой — автором метода "Древнерусское рисование".
— Ольга, расскажите, "древнерусское рисование" — что за термин или область? Что лично вы вкладываете в это сочетание, и какая тут связь с каллиграфией?
— "Древнерусское рисование" — это программа, которая была создана для обучения основам изобразительного искусства. Я ориентировалась на тех людей, которые уже во взрослом возрасте почувствовали тягу к творчеству, но не обладают достаточными знаниями. Их нужно ввести в курс, дать им основу, начальный набор навыков и знаний, на которые они могли бы опереться. Народное искусство в этом деле — лучший помощник. Ведь художники из народа не были профессионалами, они также искали для себя изобразительные приёмы, которые в максимально короткие сроки помогли бы добиться выразительности. Они черпали вдохновение и мастерство из наблюдений за природой и подражания профессиональному искусству. В то время это была иконопись и книжная графика церковных книг. Так в народном искусстве сплелись каллиграфия, иллюстрация и орнамент.
Для народного искусства вообще характерен сплав письма и изображения. Посмотрите, как рисуют дети: их картинки — истории про их жизнь, часто подписаны печатными буквами, для прояснения кто есть кто и что происходит на картине. В традиционном искусстве многих народов используется надпись и изображение. Как в виртуозных китайских и японских традиционных изображениях, так и в наивных деревенских картинках росписи, художник старался всесторонне рассказать словами и рисунком "своё кино", поделиться с миром своим видением и мыслями.
— Ольга, а как строится занятие? Какими принципами вы руководствуетесь для передачи знаний?
— Народное искусство неслучайно ещё называют "наивным" — оно доступно каждому. Но это не означает, что мы действуем, отвергнув законы гармонии. Вековые традиции народной графики, книжного и иконописного искусства дают нам мощную подпитку и не позволяют сбиться с курса. Мы изучаем различные направления, чтобы постичь основы изобразительной грамоты: техническую основу обращения с инструментами и материалами и ментальную основу: постижение законов композиции, развитие чувства цвета, умения добиться выразительности изображения.
Вы представляете, что раньше вся культурная деятельность народа, в отсутствии кино, художественной литературы и пр., была чисто плодом его личного творчества. Сегодня, конечно, у нас нет недостатка в информации и есть куда сходить, но потребность в личном творчестве точно такая же. И я стараюсь дать людям возможность реализовать её на наших занятиях.
Мы используем традиционные подходы обучения иконописному рисунку, а также способы передачи знаний в народных промыслах и каллиграфии от мастера к ученику через копирование лучших образцов.
Очень важное дополнение в системе наших занятий — это творческий процесс наблюдения за природой. Летом мы регулярно встречаемся на акварельных пленэрах. Мы любуемся и рисуем, рисуем и любуемся. Зимой, возвращаясь в мастерскую к орнаментальной и изобразительной практике, мы уже по-другому воспринимаем стилизацию. Глаз становится острее, чувства ярче.
Есть ещё один момент, приятный: нашим ученикам не приходится ждать годами, чтобы получить хоть какой-то результат. Людям вообще, а особенно — нашим современникам, тяжело, когда результат их труда теряется в туманном, необозримом будущем. На наших курсах изучение каждого стиля заканчивается созданием пусть маленького, но законченного произведения искусства.
— Ольга, ведь существовали свои техники, материалы и инструменты в историческом древнерусском рисовании. Расскажите о них? Что сейчас возможно использовать и что Вы используете на своих занятиях с учениками и в творчестве? Что можно использовать в каллиграфии?
Мы используем разные материалы: цветную и чёрную тушь, акварель, акрил, темперу. Это зависит от темы. Для народной графики подходит современная темпера в тюбиках на ПВА-эмульсии, но отдельно м-ы изучаем и приготовление яичной эмульсии и настоящей темперы для иконописи, как делали это наши предки, как и теперь делают в хороших иконописных мастерских. Натуральная темпера это удивительная живая краска, сам процесс её приготовления — волшебство и соприкосновение с природой. Кто попробовал, уже не забудет ощущение от этого процесса.
— А в какой технике трудитесь сейчас больше и охотнее всего? Что сейчас для вас любимое и самое интересное как для преподавателя и как для художника?
— Вообще всё, что я преподаю — моё любимое. На нелюбимое не хочется даже тратить силы, да и не получается. Не получается прямо мистическим образом. Стоит мне подумать, что можно взяться за какую-то популярную (предположительно) тему, в которую я однако не влюблена, то ничего толком и не выходит. Или группа не соберётся или соберётся, но вдруг выяснится, что на самом деле они искали не это, а именно то, что я могу и люблю преподавать. В общем, бережёт провидение от нецелевой растраты энергии.
Но есть среди изучаемых стилей направления, которые я считаю венцом творения русского народного искусства. В каллиграфии — это русская скоропись XVII века, а в изобразительной практике — это палех. Я влюблена в эти вещи и считаю, что лучше, красивее на свете ничего нет.
— Сейчас у вас своя художественная студия, но ведь так было не всегда. Как вы стали "свободным художником"? Можно здесь немножко вашей личной истории…
— В детстве и подростком я примерно так представляла себе свою идеальную деятельность: тишина кабинета, и я что-то в нём создаю. Второй аспект деятельности — это путешествия, приключения, встречи с новыми людьми. Когда стала взрослой, получила высшее образование, появились дети — жизнь наложила свои обязательства. Я постоянно пыталась совмещать творчество с работой и семьёй, но чувствовался в этом все какой-то обман, словно я живу не своей жизнью, притворялась кем-то, а на то, что меня действительно захватывает не хватает времени и сил.
В определённый момент я поняла, что должна получить профессиональное художественное образование, иначе так и буду всю жизнь притворяться и чувствовать себя обманутой. Сейчас я благословляю тот момент, когда я приняла это решение, думаю, что лучшего я не могла для себя сделать. Так я поступила в Художественное Училище. Важно, что муж меня понял и поддержал. И даже родители не сразу, но постепенно приняли мою позицию, хотя им сначала было вообще не понятно, зачем мне это нужно. Сейчас студия — это мой "тихий кабинет", здесь я пишу сама и принимаю своих учеников, сподвижников. А путешествия и новые встречи — это мои поездки по работе и учёбе. Я иногда выезжаю проводить мастер-классы в другие города или сама учусь у мастеров каллиграфии и изобразительного искусства. Конечно, главные события в моем повышении квалификации — это поездки в благословенный Палех.
— Пространство вашей студии организовано просто волшебно! Как выбирали и оборудовали место? Расскажите, что тут главное и какие детали для вас важны в организации рабоче-творческого пространства?
— Все возникло само, на ощущении. Я обошла много разных мест, где можно было бы арендовать пространство, но везде было не уютно. Сюда я вошла и сразу почувствовала себя как дома. Это необъяснимо, просто либо есть чувство, либо его нет. А дальше как любая хозяйка обставляла, искала решения.
Когда приходят те или иные группы, я меняю экспозицию под наш рабочий процесс. Ведь в каллиграфии всё должно быть удобно, это главное. В занятиях обязательна расслабляющая фаза — это чай. Должны быть доступны иллюстрации, книги, помогающие настроиться на создание эстетических объектов. Ну и, конечно, инструменты и материалы, все в отличном состоянии и под рукой.
Когда я работаю сама, то пространство распахивается, и всё служит для моего личного процесса.
— Что ожидает гостей и учеников за дверями вашей студии?
— Я научу их рисовать. Даже если они никогда этого не делали или только в далёком детстве, у них получится, у каждого. Это то, что я действительно могу дать.
Я познакомлю их с богатством родной культуры, у них расширится представление о русском традиционном искусстве. Ведь многие знают о русском искусстве, что это матрёшки и хохлома, причём и то, и другое достаётся порой весьма сомнительного качества, и люди думают, что наша народная культура очень примитивна и груба. Так думают порой даже образованные люди. Но это не их вина, просто у них не было полной информации по этому вопросу. А у меня она есть.
Мои занятия это ещё и качественный релакс. Процессы протекают как медитативный транс, очищая взгляд красотой, увлекая своей ритмичность. Здесь все отвлекает от монотонной суетности будней, насыщает энергией.
С новыми знаниями приходит новое качество жизни. Человек начинает чувствовать себя художником, обретает новый статус. Когда в доме появляются вещи, созданные своими руками, у человека развивается более объёмное видение, это отражается во всём.
Мы участвуем в выставках, наши работы были отмечены дипломами лауреатов, занимали призовые места. Некоторые наши ученики видят в искусстве новый виток своей жизни. В своей текущей профессии они уже состоялись, и там всё довольно однообразно, а здесь они переходят на новый уровень, могут совершенно иначе реализовать себя в творчестве и, в конечном итоге, обретают новый смысл бытия. Пожалуй, это и есть главная цель наших встреч на "Древнерусском рисовании".
Вопросы задавала Дарья Белаго.
