Однажды ко мне на консультацию пришли двое — мама и папа 5-летней девочки. Оба были очень расстроены: в детском саду им поставили условие — или они идут к психологу, или их попросят уйти.
Проблема была в том, что девочка много дралась и ругалась с другими детьми. Родители рассказывали, что в последнее время их дочь Дина стала много кричать, как им казалось, привлекая внимание к себе. Дина терпеть не могла правила, настаивала, чтобы всё было так, как хочет она: есть только чипсы и только перед телевизором, ходить в садик не каждый день, играть только в то, что хочет она, и только так, как предлагает она. Она часто без настроения, поэтому с ней очень тяжело эмоционально.
По рассказам родителей, Дина представлялась вздорной командиршей, но, когда она зашла в кабинет, я увидела маленькую грустную девочку, которая медленно двигалась, будто у неё были тяжёлые руки и ноги, которая тихо говорила и смотрела отсутствующим взглядом. Я предложила ей выбор: рисовать, строить песок или играть.
Дина выбрала песочницу. Две армии развернули своих батальоны на песочнице. Девочка безжалостно воевала то за одних, то за других. В этой войне у неё не было предпочтений, какая армия "наша", а какая "вражеская". Ребёнок отыгрывал внутренний конфликт. На второй встрече у армий появились предводители, одного из которых звали Александр Македонский (папу тоже звали Саша), а второй командовала амазонка царица Елена (мамино имя). Они воевали за флаг, который переходил во владение то одной, то другой стороны.
Родители, которые пришли на следующую "родительскую" консультацию, честно признались, что часто не могут договориться по поводу методов воспитания. Если папа говорит, что Дина должна доесть кашу, то мама начинает жалеть ребёнка и разрешает оставить в тарелке половину.
Если мама говорит "иди спать", то папа разрешает "ещё немножко" посмотреть телевизор. Кого слушать Дине? Конечно, того, кто предлагает более выгодное решение. При этом обоих родителей она может продавить криком. Если Дина начала кричать, родители понимают, что "ей плохо", и "идут навстречу".
Так они сформировали ей несколько установок: во-первых, если двое взрослых не могут договориться, то достаточно принять чью-то сторону, чтобы получить желаемое; во-вторых, крик решает все проблемы.
Так Дина и научилась решать свои проблемы криком и манипуляциями, только почему-то теперь с ней никто не хочет играть и дружить, а другие взрослые (например, воспитатели) не всегда реагируют на её крик так, как ей хочется, поэтому иногда ей приходится устраивать настоящие истерики.
Родители получили от меня строгую инструкцию: во всём, что касается ребёнка, действовать сообща. Если папа сказал, что нужно доесть кашу, мама не противоречит. Если мама не может смотреть, как тяжело ребёнку есть кашу, мама выходит из кухни. Если мама сказала идти спать, папа тоже не разрешает играть и смотреть телевизор. Это касается всех аспектов воспитания, начиная с режима дня, заканчивая покупкой игрушек. Все спорные вопросы они решают между собой, а потом доводят до ребёнка полностью готовое решение.
Пока родители делали первые, тяжёлые для себя шаги в сторону изменения системы воспитания, Дина ходила на терапию. Ребёнок расцветал: девочка становилась всё более активной, включённой и жизнерадостной.
Война уходила на второй план, теперь основную часть занятия мы строили: дома, деревни, парки и мегаполисы. Дина приходила на занятия всё более весёлая, всё активнее изучала новые игры и игрушки, иногда сетовала, что игрушек не так уж много. Дина с упоением сочиняла сказки и рассказывала смешные истории из своей жизни. Этот процесс, когда война занимала всё меньше места, а творчество — всё больше, и есть тот язык, которым Дина сообщала: "Мне становится лучше".
Ребёнок не может жить в состоянии неопределённости. Ему обязательно нужна та платформа, на которую он опирается в своём развитии и творчестве. Нравятся ли ему рамки, правила и ограничения? Чаще всего нет. Может ли он развиваться без них? Совсем не может. Режим дня, система поощрения и наказания, запреты и разрешения — всё это делает мир ребёнка предсказуемым и понятным, а значит — безопасным.
Родители бывают разные: весёлые, вдумчивые, строгие и лёгкие на подъём. Они и должны быть разными, мы просто люди. Но пока ребёнок растёт, они должны говорить ему одно и то же — это позволяет ему отчётливо разделять, что можно, а что нельзя, что хорошо, а что плохо. Именно так родители обеспечивают спокойную атмосферу, в которой много интересного для изучения. Родительский авторитет — первый и самый важный для ребёнка. От его сформированности зависит, будет ли ребёнок слушаться учителей или уважать начальника, сможет ли подросший ребёнок играть по правилам или постоянно будет "выпадать из обоймы" — не сможет быть частью никакого сообщества.
Когда мы прощались на последнем занятии, Дина коротко обняла меня и весело побежала к папе, который ждал её у двери. Она ещё раз обернулась, широко улыбнулась и сказала: "До свидания, Валерия".
До свидания, Дина, хотя я думаю, что навряд ли это свидание состоится!
