В данной статье я постараюсь описать один из возможных взглядов на диалектику желания и депрессии с точки зрения архетипической психологии.
Для начала давайте проясним, что подразумевается под двумя этими душевными переживаниями.
Определений для желания может быть много. Я остановил своё внимание на следующем: желание — это страдательное состояние души, связывающее область душевных чувств с областью воли.
Депрессия (от лат. deprimo — "давить", "подавить") — это психическое расстройство, характеризующееся "депрессивной триадой": снижением настроения и утратой способности переживать радость, нарушениями мышления (негативные суждения, пессимистический взгляд на происходящее и т.д.), двигательной заторможенностью.
Далее разговор о жизни желания и депрессии мы будем вести, рассматривая древнегреческий миф о похищении Персефоны.
Для начала — краткий пересказ мифа.
Основные участники: Деметра — богиня плодородия, мать Персефоны, Аид — бог подземного царства, Персефона (до похищения, Кора (дева)), Зевс — бога неба, грома и молний.
Заприметил Аид юную красавицу Кору, дочь Зевса и Деметры, и захотел её похитить… Стал он у брата своего разрешения просить, чтобы можно было похитить юную красавицу. Зевс разрешение на то дал. И вот как-то раз, гуляет она по цветущему полю со своими подругами и замечает красивый цветок Нарцисс, наклоняется к нему поближе, и в этот момент разверзается земля, и на четвёрке вороных коней выезжает владыка подземного царства и уносит её в свои глубины.
Деметра очень расстроилась, когда выяснила, что её любимая дочь пропала. Стала ходить она по миру и искать её. У многих она спрашивала, где её доченька, но только Гелиос дал ей внятный ответ, так как в её лучах это всё происходило. Ещё больше опечалилась Деметра и разозлилась на Зевса за то, что дал добро на это похищение. В это время земля перестала давать урожай, и люди перестали приносить жертвы богам. Нахмурился Зевс, понял, что нужно считаться с чувствами матери, и отправил в царство мёртвых Гермеса, вестника богов, покровителя купцов и воров. Прилетел Гермес к Аиду, объяснил ситуацию, да и уговорил Аида отпустить Кору обратно на землю. Правда, перед этим Аид дал ей съесть гранатовое зёрнышко.
Вернулась Персефона к матери. Земля опять стала плодородной. Но Деметра понимала, что не всё так просто, и спросила у дочери, ела ли она что-нибудь, пока находилась в подземном царстве. Узнав ответ, расстроилась богиня плодородия, потому что, кто ест хоть что-то в подземном царстве, становится его частью. Пошла она жаловаться к Зевсу. А тот, выслушав её, решил, что две трети года Персефона будет на земле с матерью, а одну треть она будет проводить со своим мужем Аидом.
На этом вольный пересказ мифа заканчивается. Специально было упущено множество деталей, чтобы очертить основную логику и этапы мифа.
Данный миф в той или иной вариации свойственен тем женщинам, которые склонны к депрессиям, с одной стороны, и описывает важный этап во взрослении любой женщины, с другой.
Первый этап мифа: земной. Персефоны ещё нет, есть Кора. Прямой перевод её имени "девушка". Она дочь своей матери. Отец её далеко, занят своими делами, поэтому она полностью во власти своей матери. Мать тут опекающая, дающая, но и контролирующая. Основное желание на первом этапе — это желание матери. Кора молода и инфантильна. Она ещё не знакома со своей женственностью и, в каком-то смысле, со своим телом. Не знакома с той силой и властью, которая в нём таится.
В какой-то момент наступает время, когда Коре нужно встретиться с Аидом, чтобы начать выходить из-под влияния матери. У каждой женщины этот миф разворачивается по-своему. Кто-то отказывается показаться Аиду и запирают себя в материнском доме, кто-то спускается сам, кто-то откупается от Персефоны, чтобы не сталкиваться с её царством (глубинной женственности). Сколько людей, столько и вариаций. Один из ярких примеров того, что Кора не хочет спускаться в глубины — это архетип вечной девушки, которая не впускает в себя глубокие чувства. Ей свойственно ветреность, непостоянство, отрицание собственной сексуальности. К слову сказать, у Персефоны сексуальность развита очень сильно, как раз из-за её предрасположенности погружаться в глубины.
Второй этап начинается тогда, когда внутри появляется позволение и смелость увидеть собственное желание. Материнский мир перестаёт устраивать, хочется чего-то другого, чего-то большего. Тогда в том или ином виде происходит переход в направлении сверху вниз. Что подразумевается под этим переходом? Можно это назвать воплощением, материализацией. Будучи поглощённой материнским желанием и её уставом (законом), Персефона как будто не воплощена. Она существует внутри как потенция, как проект. Переходя из материнского мира в мир мужской (иногда отцовский), она обретает те границы, которые даёт почувствовать ей мужчина. Это те границы, которые являются чертами её индивидуальности. Прежде всего, это её телесность, которую она заново открывает для себя. Загвоздкой данного перехода может быть то, что тело со всеми ощущениями и новыми чувствами несёт в себе неприятный компонент и являет Коре её неполноту.
Пребывание в подземном царстве как раз и связано с депрессивными состояниями, в которых Персефона показывает женщине её душевные ритмы и сокровища её внутреннего мира. Депрессия ставит вопрос о другом желании. В этот момент материнское желание, как внешняя (наземная) опора рушится, и начинается поиск нового желания, которое относится к данной конкретной женщине. То же самое можно сказать и про её собственное желание, но устаревшее, отжившее своё. Тогда она спускается в подземный мир за новым.
Тут есть одна ловушка, в которую часто попадают люди, склонные к депрессии. В этом пространстве много интересного, и есть соблазн заворожиться этим интересным и не показать это всё богатство земному миру. Можно также заворожиться образом Аида, что часто проигрывается в отношениях, где муж — это светоч в тёмном царстве, а что я, я ничего, я при нём. В депрессии можно увязнуть тогда, когда она становится способом наслаждения. Также Персефона может оставаться в подземном царстве, пока не съест гранатовое зерно, как свидетельство принятия нового статуса и тесной связи с собственными сокровищами души. Она может бояться гнева матери или бояться стать такой же как она, вернувшись обратно.
Третий этап. Возвращение Персефоны.
Вернувшись на землю, Персефона также стала богиней плодородия, как и её мать. Она возвращается в мир женского, прежде всего. Она выносит на свет Гелиоса свои сокровища и имеет возможность их хорошенько разглядеть и показать другим.
Миф о похищении Персефоны является одним из вариантов драматического ноктюрна, то есть режима воображения, основанного на повторении и на символизме "смерти-возрождения", поэтому это миф алхимический. Его можно проецировать на разные контексты жизни. Этот миф является прекрасной метафорой установления связи сознательного Я-человека с его бессознательным. Но он обладает определёнными чертами, благодаря которым именно по данным пространствам и с участием данных персонажей происходит развитие душевной жизни. Это:
- далёкий, не включённый в жизнь дочери отец (внутренний образ отца),
- безграничная, всепоглощающая, опекающая мать (внутренний образ матери),
- ранняя сексуальность (большой сексуальный потенциал),
- телесность как что-то опасное, далёкое, связанное с болью, травматическим опытом.
К проживанию данного мифа больше склонны женщины с хорошо развитой интуицией (под интуицией тут подразумевается одна из психических функций по Юнгу).
Если резюмировать всё вышесказанное, то можно сказать следующее:
Депрессия помогает отделить зёрна от плевел, свои желания от чужих. Персефона порой стучится в дверь, и порой важно разглядеть в её руках сокровища подземного царства Души.
