Я человек свободный от химических зависимостей. Но я ходил по краю, проживал опыт созависимости, терял друзей, наблюдая за их трансформацией, не имея возможности что-то изменить. Сейчас среди моих клиентов есть зависимые, работая с ними, я делаю много открытий и про себя и про общество и про саму природу зависимости. Здесь я пишу о своей истории контакта с зависимостью, своём видении зависимости и о возможностях жить с ней.
"Будь осторожен, есть такие люди — наркоманы, делают себе укол и кайфуют и так живут, пока не умирают, а ещё они заманивают людей, делают укол и потом ещё один бесплатно, а потом начинают продавать им наркотики, если встретишь наркомана сразу беги от него" — так наставляла меня бабушка в начале 90-х. В чем-то она была права…
Примерно в тоже время "на улице" среди моих ровесников всплыла анаша, это было кстати, пить водку по подъездам нравилось не всем. Почему курил я? Мне было интересно, приятное позитивное состояние изменённого сознания, движуха вокруг этого с налётом романтики и главное это то, что недоступно для большинства взрослых.
"Улица" пила водку и дралась, курила анашу, грызла семечки и смеялась, вобщем жила своей жизнью, но в один момент рядом с собой я услышал слово "ханка", тогда это было из разряда запредельного, что-то такое, чего в жизни нет и рассказы тех, кто попробовал первый раз заставляли сильнее биться сердце, а сами эти люди в некотором смысле становились героями. И если кого-то из нас старшие приглашали попробовать — это воспринималось как великая честь. Я много раз находился в квартирах, где варили и кололись, но какое-то внутренне чувство удерживало меня от того, чтобы попробовать. Постепенно мои друзья стали все чаще говорить о том "как я вчера вмазался", потом стали появляться сопли и как-то быстро развлечение превратилось в зависимость. Я видел это и снаружи и изнутри, чувствовал, как я теряю друзей — круг их интересов стремительно сужался, я пытался как-то вытаскивать их, брал обещания, разочаровывался, злился.
Когда появился героин, я уже знал, куда ведёт эта дорога, но перед тем, чтобы "нюхнуть" через денежку, как герои Тарантино устоять было сложно, я попробовал… вместе с близкими мне друзьями. Похоже, у меня хватило опыта и чувства опасности удержаться от продолжения, но они не проходили того, что я прожил ранее, и я снова оказался свидетелем грустной трансформации. И я снова пытался что-то поменять, как-то вытащить из зависимости своих друзей. И в какой-то момент я снова остался один. Самая большая моя ошибка тогда была в том, что я думал, что могу как-то изменить ситуацию сам, вместо того, чтобы сообщить их родителям об этом. Родители конечно узнавали, но часто к тому времени стаж регулярного потребления героина оказывался больше года…
Из моих знакомых зависимых той поры, сейчас, я знаю только двух людей, которые имеют срок трезвости более 5 лет и ведут полную жизнь, остальные либо погибли, либо тяжело больны.
Соединяя воедино мой жизненный опыт и опыт работы с зависимыми, я прихожу к такому ощущению, что в каком-то смысле зависимость — это открытый честный разговор вселенной с человеком, когда уже все другие, более мягкие слова были пропущены мимо ушей, и этот разговор оказывается переломным и часто последним, когда можно ещё что-то поменять. Это как возможность, как ещё один шанс, данный человеку миром, войти в контакт с собой, своим сердцем и осознать свой путь в этом мире.
Это как инициация человека на контакт со своей душой, на собственную глубину, силу, осознанность, тонкость, чувствительность, слабость, чтобы справиться с зависимостью, важно принять все это и войти в контакт с собой таким и осознать, что в твоей жизни есть только то, что есть здесь и сейчас, и каждый раз есть только один шаг, который ты выбираешь сделать. И самый сложный выбор стоит между проживанием собственной уязвимости, одиночества и боли и возможностью избежать этого с помощью наркотиков, алкоголя, еды, игры и пр.
В этом контексте, одной из наиболее важных составляющих процесса реабилитации должна быть работа с травматическим опытом и обучение способности проживать сложные переживания, встречаться со своими чувствами и выдерживать чувства других, при этом оставаясь в контакте с собой и с другими людьми. И это, в первую очередь, ответственность самого выздоравливающего, сделать шаг к такой работе с собой: оказаться рядом с теми, кто способен обучить тому, как жить в мире легализованных чувств, где мужчины плачут и где слабость весит столько же, сколько сила, где сложности в отношениях означают возможность сделать ещё один шаг в познании себя, а не их завершение, где чёрное имеет столько же прав, что и белое, и где есть право чувствовать и быть тем, что чувствуешь.
Это путь тех, кто по-настоящему готов использовать зависимость как возможность. Конечно, это не для всех, быть может, лишь единицам откликается такое отношение к себе и к миру и ещё меньше людей обладают осознанностью, чтобы сделать такой шаг. Но этот шаг будет шагом к себе настоящему. И если ты зависим, то для тебя правда такова, что пока ты в трезвости, ты можешь сделать любой шаг и есть выбор, в другом случае, ты ничего не выбираешь. И этот выбор с тобой всегда, он провоцирует тебя на встречу с собой и цена выбора высока, такой мотивации у независимых людей нет…
