Процесс — ориентированный коучинг. Как принципы глубинной демократии помогают достигать желаемого
Пожалуй, каждый, кто работает с людьми, помогает им стать лучше и жить счастливее, сталкивался с ситуацией, когда работа идёт туго, клиент сопротивляется, а то и вовсе начинает воевать со своим наставником. Всё это говорит о том, что, скорее всего, вы находитесь в точке равновесия, плато, где разнополярные интересы и убеждения клиента мешают ему сдвинуться в сторону. Нет разности потенциалов, необходимой для качественного прорыва.
Работая, как коуч и как психолог, я тоже сталкивалась с такой точкой равновесия, когда усилия не приводят к продвижению. Несколько лет практики и знакомство с другими методами помогли понять, что в сложных случаях помогает интегративный подход — раз, и принцип следования процессу клиента — два.
Да что там говорить! Я сама была на месте клиента, который сомневается и сопротивляется, и на собственном организме поняла, каково это…
Булыжник на пути
Во время обучении коучингу мы активно практиковались в нашей группе друг на друге. И я несколько раз выходила на сессию в роли клиента с одним и тем же запросом. И вот вроде бы всё написали, шаги определили, и остаётся только действовать. Но всё что-то шло не так… И с препятствиями работали, и технику "Завтрак с менторами" пробовали. Формально — да, продуктом сессии был и список шагов, и были инсайты, связанные с тем вопросом. Но всё равно — как будто энергии и сил воплотить задуманное не было. И раз за разом я спотыкалась будто о какой-то булыжник на пути к цели…
Была ли та цель истинной, глубинной? Да, конечно. И более того — она была социально желательной и социально одобряемой.
С тех пор много утекло воды, я серьёзно прокачалась не только в коучинге, но и в других техниках и практиках. Но глубокое и системное понимание всех динамик, которые происходят в человеке и в его поисках смыслов, и счастья мне дала именно процессуальная терапия Арнольда Минделла.
Тяни-толкай сомнений и желаний
Мой роман с процессуалкой складывался постепенно. Сначала я пользовалась этим подходом как клиент: нужно было разобраться с серьёзным жизненным вызовом, подлатать душевные раны, подкопить ресурсов. Честно сказать, тогда было не до коучинга и не до целей. Цель была одна — выжить и научиться справляться с сопротивлением окружающей среды.
В тот момент цель, которая мне никак не давалась, продолжала стоять тенью и немым укором. Иногда эту цель озвучивали внешние и внутренние критики. Выглядело это примерно так: "Как? Тебе скоро 40, а у тебя этого нет! Часики-то тикают! Если ты этого не имеешь, то ты не состоятельна!". Что же происходило тогда со мной и моей целью? Сейчас я отчётливо вижу, что энергия для работы с целью блокировалась теневыми, неосознаваемыми процессами. Если обобщить, то со мной как раз и происходила та самая история, когда есть, с одной стороны, сила тянуть, а с другой стороны — сопротивление и желание оставить всё, как есть.
Коучинг, безусловно, прекрасная техника и философия, она расширяет сознание, помогает достигать целей, помогает смотреть на мир глубоко и объёмно. Коучинговые вопросы как крючки — раз за разом вытаскивают из тебя мысли, сомнения, мечты, надежды, заставляя их звучать, менять картину мира, формировать видение.
Но вот как раз для того, чтобы цель достигнуть быстро и экологично, хорошо бы подключить процессуальное мышление.
Принцип глубинной демократии
Движущая сила процессуальной работы — это принцип глубинной демократии. Мы все — набор субличностей и голосов. Каждый голос, каждая субличность должны быть услышаны. Нет неправильных идей, нет плохих частей. Всё, что движет нами — важно и ценно.
В коучинге части-саботажники, которые мешают достижению целей, называются "гремлинами". Это те самые страхи, сомнения, опасения. И считается, что если их вытащить на поверхность и нейтрализовать, то процесс пойдёт быстрее. Отловили гремлина — сжечь его!
В процессуальном подходе мы исходим из того же принципа глубинной демократии. Каждый голос, пусть даже это голос гремлина, важен и ценен. За ним стоит глубокий смысл.
Если бы тогда, 6 лет назад, когда я училась коучингу и работала над своей целью, я была бы знакома с процессуальным подходом, то, пожалуй, я бы в тот момент не стала бросать все ресурсы на то, чтобы убиваться и идти строить планы по реализации. Я бы внимательно посмотрела на всех своих гремлинов и на те свои части, которые эти гремлины троллили и терроризировали.
Достигнуть тогда той цели мешала незавершённая сепарация от рода и от семьи. Достижение поставленной цели означало бы для меня выход на новый уровень, на новую ступень зрелости. А цена — изменение отношений с родителями и другими ранговыми родственниками, присвоение себе нового статуса, равного статусу старших. И в тот момент довольно сильно внутри рулила процессами та часть, для которой сепарация означала просто-напросто… смерть. Прекращение жизни на физическом уровне. И неудивительно, что страх смерти блокировал любые попытки действовать.
Очень долго я шла к пониманию этой истории. Шаг за шагом, от сессии к сессии в процессуальной работе я училась слышать свои внутренние части, давать им право высказаться, старалась уравновесить разнополярные убеждения, найти баланс между разными идеями. И постепенно — словно рассеялся туман. Появилась ясность и понимание внутреннего душевного устройства.
Феномен процесса
Процессуальная терапия — относится к методам так называемого феноменологического подхода. Центр процессуальной работы — клиент и его движение, его процессы, которые могут самым неожиданным способом развернуться. Задача терапевта здесь быть в роли бережного сопровождающего: замечать любые движения, любые изменения, давать обратную связь, помогать увидеть то, что даёт ресурс, и то, что ресурс отнимает.
Если рассматривать работу помогающего практика, неважно, будь то коуч или терапевт, то это всегда путешествие из точки А, где у клиента есть потребность — к точке Б, где эта потребность будет либо удовлетворена, либо трансформирована.
В чём сила именно процессуальной работы?
В первую очередь — уважение ко всем голосам, которые есть в голове. Есть критики и гремлины, есть страхи и боли. Но в процесс-ориентированном подходе мы с ними не боремся, мы даём им право жить, проявляться и заявлять о себе.
Внутренний голос — услышанный, вытащенный на поверхность, волшебным образом вдруг преобразует информационное поле вокруг. Изменяется равновесие сил и голосов "За" и "Против", становится возможным прохождение плато, нулевой точки, точки стагнации.
Сила транформации такого голоса (так называемый вторичный процесс) такова, что может кардинально изменить и запрос клиента, и его представление о наилучшем результате.
Поэтому знание методов процессуальной работы сразу же расширяет диапазон коуча.
На что это похоже? Вот, представьте, что вы поёте и можете брать ноты в пределах 1–2 октав. А тут — ваш голос способен спеть и басом, и фальцетом. Причём без потери качества исполнения.
Я ни в коем случае не хочу принизить и обесценить коучинг как метод, как практику. Это прекрасная техника, которая тоже помогает качественно менять жизнь. Но разница в том, что коучинг — это больше когнитивная работа. Мы работаем в голову, через голову, очень сильно нагружая ментал.
Знание дополнительных инструментов и техник процессуальной терапии помогает в работу с целями подключать ещё и физичекое тело и его ощущения, тело сновидений и сущностный уровень — основные энергии и стихии, которые есть в этом мире.
Эпилог
А что же с моей целью?
А ничего… Как только я решила вопрос с сепарацией и разорвала внутри себя эту сцепку "сепарация от мамы и папы = смерть", всё как-то само волшебным образом устроилось. И та цель стала не нужна. Но зато появились другие. И появилось нечто большее — это глубокая уверенность, способность радоваться и поддерживать себя самостоятельно — без внешнего одобрения и подкрепления.
Сейчас, владея методами и коучинга, и процессуальной работы, я вижу, как можно помочь каждому клиенту экологично, с пользой для себя, с уважением ко всем своим внутренним голосам в душе, жить, радоваться, мечтать, достигать целей.
