Стоял летний солнечный день, и я, как у меня было заведено, весь свой выходной посвящал горам. Уходил в горы подальше от города, или искал места Силы, или закапывал себя — в общем, искал приключений на пятую точку.
Этот день был, пожалуй, особенно ветреным, что было весьма кстати — идти в горах летом душно и жарко обычно. С ветерком же было в разы легче. Опыт с деревьями был уже закреплён месяцами повторов и уже в одиночестве, и без купания. Летом особо не поморжуешь; хоть вода и холодная, эффект не тот — нужно, чтоб воздух был холодным, и лучше минусовая температура. И я, конечно, уже не мог не обратить внимания на чьё-то присутствие, участие и даже некое эмоциональное давление. И с удивлением я понял, что это был ветер. Он как бы был рад мне и воспринимал меня.
Естественно, я ухватился за эти ощущения и полез на самую высокую гору в округе, обходя скалы, взбираясь на её красноватую от большой примеси вольфрама вершину, вероятно, лавового происхождения. Стоять там было достаточно трудно, ногами-то уцепиться было за что, но стоять нужно было под хорошим углом, удерживая равновесие при порывах ветра. Однако я на это уже не особо обращал внимание. Предоставив телу самому как-то выкручиваться из ситуации, оно у меня к тому времени было уже учёное и без труда само ходило на достаточно большой скорости по темноте в горах домой, я полностью сосредоточился на ветре, стал искать его чувство, его внимание, отношение, его свет.
Ветер был добр, любопытен и игрив, как собака, хотя "как собака", наверно, был для него я или вообще "как блоха". Он был велик, огромен. Казалось, нечто большое, как змея, ползёт сквозь горы потоком воздуха. И оно не было молодым, чувствовалось, что оно уже пожило хорошо так… Он приветливо встречал меня, и я ему открылся, как открывался свету в рощах — как бы своим намерением дал доступ, подставился под его давление и позволил его давлению себя сдвигать. И, пожалуй, первое, что меня поразило: у ветра не было света. Точнее он был, но он был черным. Как чёрное пламя летел он большими языками и всполохами в мою сторону.
Памятуя опыт с яблоневой рощей и не чувствуя опасности, "чёрный так чёрный" решил я и продолжал работать. Особого ничего не было, стандартный опыт сдвига из обычного мира. Физически я, конечно, не исчез, но состояние сознания изменилось.
Работал я долго, часа три, наверно. И уже начиная чувствовать голод, решил заканчивать и топать к дому. Ослабил концентрацию, оставив ветер в покое, размял руки и ноги и направился с горы в сторону дома. Пожалуй, первое, что я осознал, было то, что я вообще не думал. Ну, в смысле, почувствовал, что хочу есть, домой идти решил, решил ноги-руки размять, а то затекли, пошёл в сторону дома и вообще ничего не думал — просто шёл. Не было и эмоций, было как-то вообще всё равно, уверенное спокойствие.
И, подходя уже к цивилизации, я вдруг увидел всё как-то странно, как будто был некий параллельный чёрный фон. И он был больше, чем реал, а реал на его фоне был будто бы двухмерным. Но уже темнело, и я на него особо внимания не обращал. Поражало полное безразличие ко всему.
Но я был уже как бы натаскан по разным сдвигам и как бы изучал это настроение, но не особо удивлялся ему. Ну есть и есть. Дойдя до дому, поел, лёг спать.
С утра безразличие не ушло, более того, очень многие мои шаблоны — то, что само собой пёрло — перестали работать! Я вдруг пересмотрел своё к ним отношение. Настолько сильно, что не видел больше смысла в них.
Это было очень странное холодное чувство. Кроме того, этот чёрный фон не исчез. И куда бы я ни шёл, даже если светило солнце, на каком-то уровне я был погружён в эту тьму. Я видел её как бы параллельно всему и с закрытыми, и с открытыми глазами. Это, пожалуй, было интересно.
После рощ обострилось видение некоего света параллельно обычному миру, особенно в рощах, но на этот свет уже можно было выйти намеренно и дома. Это было немного иначе, но возможность была. Здесь же параллельной была тьма. И она была так насыщена чувством, что казалась бесконечно монолитно большой. Естественно, я наблюдал эффект. И он продержался долго, около двух недель. Шаблоны мои после него так и не восстановились, так и осталось мне многое безразлично с того опыта. Это такое необычное чувство, когда тебе должно быть не всё равно и по сценарию, и по контексту — а тебе вообще наплевать. Безразлично. На тебя орут, а смотришь спокойно, и тебя даже не затрагивает это, говоришь хорошо и ладно, чтоб хоть что-то сказать.
Естественно, я стал искать ветер снова и понял, что они разные. Кто-то хочет помогать, кто-то не хочет. Кто-то слабее, кто-то сильнее. Но эффект параллельной тьмы сопровождал все опыты и по-разному держался.
И потихоньку я начал видеть разное на уровне этой тьмы.
Во-первых, это были женщины: когда я смотрел на них, я видел, как поток тьмы поднимается от уровня коленей выше и входит в женщину. Я видел, как этот поток усиливает её и даёт ей некую порывистость, как он вырывается в обычный мир через её присутствие, внимание, действия, эмоции. Это было удивительное чувство, будто женщина, как парус, ловит этот поток и скользит на нём по жизни, и так как он порывист и силён, не может надолго на чём-то сосредоточиться. У кого-то поток был очень явным и сильным, у кого-то вялым и спокойным. И было ещё вот что: в момент цикла женщина очень сильно настраивалась на этот поток и, казалось, осознавала его, становилась с ним одним целым. Так же я заметил, что после секса часть потока (10–20 процентов) переходит к мужчине, и до цикла усиливает в нём примерно так же, как в женщине, делая его немного подвижнее. Мужчина как бы оставляет в женщине свою светимость, которая забирает, как телепорт, часть этого потока и передаёт его мужчине. Но с менструацией эта светимость женщиной отторгается, и всё приходит в норму. Так же поток женщина делит с детьми, поддерживая их. Чувствует и переживает за них, они — часть её потока силы. Кроме того, тогда, пожалуй, до меня дошло, что Дон Хуан, в книгах Кастанеды, помогал женщинам выйти на этот уровень, чтоб они это в себе осознали. И когда дул дружественный ветер, который помог им это осознать, они легко переходили под его давлением на этот уровень и начинали осознавать свою силу.
Параллельно с этими глубокими опытами я работал у человека с хорошим первым вниманием и под его чутким руководством хорошо набирал и скорости, и порядка. То есть работа как бы восстанавливала то, что я тратил в своих опытах во тьме. И даже больше: я уже упоминал, что моржевали мы в основном вдвоём. Именно он подбил меня к себе на работу, именно с ним мы бегали для его фигуры, когда наткнулись на моржей. Так вот, дальше я начал видеть больше в этой тьме, и вдруг впервые я увидел силу другого человека.
Женских ветров я уже много насмотрелся, но у мужчин, сколько ни смотрел, видел лишь остатки женских. Например, идёт пара и видно, что в мужчине тот ветер, что и в женщине, так же от колен понимается и имеет сходное чувство. Видно, что это одно и то же. Глядя на другую женщину, видишь, что у неё другой. Сложно точно сказать какой "другой". И там, и тут — это некие тёмные всполохи, поднимающиеся вверх, имеющие некую скорость и давление, питающие женщину, усиливающие в ней всё. Короче разница есть, но описать я её не могу.
Силу мужчины я, пожалуй, увидел впервые. Мой знакомый отличался тем, что постоянно меня строил и воспитывал, как бы настраивал по работе, пресекая лишнее и ненужное, поощряя нужное и полезное. И он так со всем коллективом делал. И я увидел, что его к этому толкал ветер, который собирался в районе его груди. Совершенно другой, но похожий на женский. И он, как бы проявляясь через моего знакомого, воздействовал на меня и позволял мне видеть все свои внутренние косяки, исправлять их.
Мой знакомый реально неосознанно окружил этой силой весь свой коллектив и подталкивал всех к слаженной работе. И даже ускорял таким образом в сторону некой эффективности. Кроме того, эта сила странно проявляла себя в нём. Я вдруг чётко увидел, что он вообще никому не верит — и не просто так, а такова воля этой силы. Он не верил никому и никогда и вместо принятия на веру просчитывал человека сам. Смотрел, правду ли он говорит, как он и что понимает, смотрел на него как на траекторию движения, хорош ли, плох ли, как его можно использовать и т.д. И сила эта проявляла себя не через второе, а через его первое внимание, в котором он очень хорошо ориентировался, гораздо лучше меня, и в каком-то смысле был более реален, чем я, более чётким во внешнем мире.
Конечно, им я не ограничился и стал смотреть на других. И увидел ещё новое. На этом уровне тьмы у людей была некая структура, типа антенны, которая улавливала тьму и собирала её в особый ветер, который усиливал что-то в человеке — не всё подряд, а каким-то определённым образом, не только ускоряя, но и придавая направление. Мой друг имел структуру в виде жирной буквы Н, которая начиналась с уровня коленей; её середина (соединение) было на уровне груди, и, казалось, это придавало ему веса, скрытности и некой властности — такие чувства исходили от этой структуры. На цвет она была сине-чёрной. Учёный имел другую структуру похожую на букву Y, которая начиналась с уровня живота, а перешеек — с уровня груди, переходящий в два конца в разные стороны от головы. Между этими концами создавалось некое поле, которое делало его мега умным, усложняло и поднимало выше его понимание. А эта на цвет зелено-чёрная.
Человек действий имел скафандр, некую вторую кожу вокруг тела, которая давила равномерно на его тело и кидала его в настроение "некогда думать, надо что-то делать". Цвет её был красно-чёрным. Курьер имел структуру буквы О, но не ровной линией, а волнистой, как будто с кружевами. Цвет её был жёлто-чёрный. Была и некая разница в частоте или даже весе. По чувству. Структура закулисника была очень тяжёлой, а курьера наоборот — очень тонкой и лёгкой, учёный и человек действий были где-то между.
Было, пожалуй, удивительно первое время наблюдать, как этот ветер накапливается в человеке, и проявляет в нём определённые качества, и даже подталкивает на какие-то действия и схемы поведения.
Вот в такую даль я попал, сходив однажды туда, куда дует ветер.
Любителям практичности опишу последовательность действий, если, конечно, найдутся желающие повторить мой опыт. От себя добавлю: это возможно и доступно всем. Пошагово, что нужно делать:
- Научиться чувствовать. Этому учат деревья. Нужно наловчиться улавливать хорошо их внимание. То есть чётко ощущать, как оно, дерево, на тебя смотрит. Иметь хороший опыт работы с этим.
- Иметь хороший щит. Тьма жутко останавливает. Чудес в виде говорящих койотов в этой остановки мира нет, только бездонная бочка апатии. Нужно что-то, что быстро возвращало бы вам скорость и вовлекало бы порядок.
- Нужна гора, возвышенность, где ветер более силен.
- Нужен сам ветер, и нужно, чтоб он был добр к вам. Это чувствуется. Реально чувствуется, как от людей — хорошо или плохо он к вам относится, заинтересован вами или безразличен к вам, молод и слаб или большой и сильный.
- Нужно сосредоточиться на чувстве ветра. Не на порыве воздуха и физическом теле, а на настроении, отношении ветра к вам, как если бы он, словно личность, живой — и открыться ему. И искать видение его как тёмного потока. Если всё сделано правильно, оно придёт само.
- Созерцать эту тьму, пока она в вас не накопится и не вызовет параллельное видение тьмы.
- Практиковать такое постоянно хотя бы пару тройку месяцев. И потом уже с этого уровня смотреть на себя и других людей. И что вы найдёте там — будет новая для вас история…
Но можно и проще. Есть и соответствующие места Силы, смотрите видео. И соответствующие практики.
