"Мы с сыном в прошлом году отдыхали на Утрише, это заповедное местечко на Чёрном море. Лагерь, где мы отдыхали, — полудикий, самые необходимые удобства организованы, а в остальном — полное слияние с природой. В целом там не плохо, но меня беспокоят нудисты. Я думаю, что это нудисты, хотя они и раздеваются только возле воды (правилами лагеря запрещено дефилирование по лагерю в голом виде). Собственно, беспокоюсь я за сына. Ему сейчас шесть лет, и, согласно возрасту, по Фрейду, это как раз генитальная фаза развития психики, он проявляет повышенный интерес к своим и чужим гениталиям. Так вот, я в некоторой растерянности, хочу с вами посоветоваться: как вы думаете, не скажется ли на психике сына лицезрение этих голых тёть и дядь".
Я бы не отправил своего сына в компанию нудистов, даже если бы ему было не шесть, а шестнадцать лет, а в шесть лет и подавно. Конечно, ничего хорошего для себя ребёнок из такого общения не вынесет. Это если коротко.
Если более пространно, то в лице нудиста мы имеем дело с мягкой формой экзбиционизма, то есть ни больше ни меньше, как с психическим заболеванием, пусть и не сильным. Все рассказы нудистов о своей повышенной тяге к слиянию с природой путём обнажения гениталий следует считать интеллектуализацией, так в психоанализе называют удобную интерпретацию, замещающую неудобную. Никакой критики такое объяснение не выдерживает.
Неудобная, но правильная версия состоит в том, что нудизм является проявлением бессознательной установки на сверхценность собственных гениталий. Для нудиста его гениталии являются примерно тем же, чем являлся алмаз "Око света" для пастора из фильма "Приключения принца Флоризеля". Так же, как и пастор, нудисты испытывают непреодолимое желание продемонстрировать окружающим, каким "алмазом" они обладают. Только когда нудист обнажается, и окружающие получают возможность оценить его "сокровище", он становится самим собой, то есть получает возможность подняться над общей серостью. Такой позитивный импульс питает высокую самооценку нудиста, что, конечно же, благотворно действует и на его психику в целом.
О том, что обнажение и демонстрация окружающим своих гениталий является своеобразным психическим лекарством для нудиста, говорит сохраняющееся у них желание обнажаться и демонстрировать даже в зимний период, когда "слияние с природой" чревато. Зачем, спрашивается, нудисты зимой набиваются в особые бани? Какое тут слияние с природой? Просто, психика не выдерживает паузы в девять месяцев, между летом и летом. К зиме у нудистов желание обнажиться и продемонстрировать настолько затопляет сознание, что им уже не до интеллектуализаций. Совершенно игнорируя неудобные вопросы окружающих, они набиваются в бани "для своих" и там дефилируют во всей своей красе.
Или, например, в чём смысл голого альпинизма. Врачи говорят — "не стоит, опасно для здоровья", а они всё равно лезут; обгорают, но лезут. Очевидно, что смысл голого восхождения именно в том, что оно голое, то есть опять же в "обнажении и демонстрации". Такие примеры можно продолжать бесконечно.
Представление о сверхценности собственных гениталий, в данном случае, вне критики, потому что оно бессознательно. Всё, что бессознательно, то вне критики. Бриллианты или престижная работа были бы, конечно, предпочтительней в качестве объекта для гордости, но, опять же, коли речь идёт о бессознательном конструкте, то и гениталии могут быть объектом, возвышающим человека. Чем именно гордится нудист, что такого замечательного именно в его гениталиях остаётся неизвестным. Почему? Потому что вопрос об этом — уже критика, а его представление о своих гениталиях, как я уже говорил, для критики недостижимо. Нудист хочет считать, что стремится к слиянию с природой, а мысли о сексуальном контексте этого "слияния" он не допускает до сознания. На ваше недоумение нудист ответит своим презрением, на этом ваша дискуссия и закончится. Если есть группа поддержки, а нудисты представляют собой весьма сплочённую, многочисленную и часто не глупую группу людей, то любой бред легко становится истиной, бред о слиянии с природой не исключение.
Каким странным может быть бессознательное представление, можно судить по тому, что женщине, в остальных отношениях совершенно вменяемой и рациональной, в голову не приходит простая и очевидная мысль о том, что её гениталии ничем не лучше, нежели гениталии остальных четырёх миллиардов женщин. В жизни она ведёт себя в соответствии со своим бессознательным представлением, в котором её гениталии являются чем-то уникальным, а, соответственно, и секс с ней для мужчины является каким-то из ряда вон. И совершенно оказывается не готова к тому, что этот "облагодетельствованный" ею мужчина уйдёт к другой. А когда аналитик указывает ей на неадекватность её ожиданий, женщина реагирует так, что у него не остаётся никаких сомнений в том, что она не понимает, о чём вообще идёт речь. Или, например, мужчина гордится размерами своего фалоса, но ему в голову не приходит мысль, что ценность мужского фалоса не в размерах, а в его способности "стоять" столько, сколько надо женщине, и что без этой способности меленький член выглядит даже менее курьёзно, нежели большой. Акцент в данном случае стоит на том, что никакая простая и здравая мысль не дойдёт до человека, будь он даже семи пядей во лбу, пока бессознательная установка не потеряет для него своей значимости.
Представление о сверхценности собственных гениталий формируется в раннем детстве, когда субъективное пространство ребёнка почти не соприкасается с объективной реальностью, а, соответственно, и не корректируется ею. В условии такого отсутствия обратной связи ребёнок может выдумывать о себе всё, что угодно, и воображать себя кем угодно, ничто не потревожит его воображение. Именно в раннем возрасте формируются все возможные представления о своей сверхзначимости, основанные, в том числе, и на сверхценности собственных гениталий. Главным условием формирования данных представлений и фиксации их является присутствие восхищённого взгляда родителей, главным образом, матери. У меня создаётся устойчивое мнение, что человек рождается с ощущением собственной сверхзначимости и дело случая, в какую форму эта сверхзначимость выльется. Конечно, если ребёнок ярко одарён, то форма сверхзначимости практически предопределена, а если нет, то — дело случая… или особенностей невроза родителей.
Разумеется, ничего плохого в нудизме нет, обычная малая психиатрия, хотя иногда и не малая. Кто не невротик, пусть первый бросит в нудиста камень, но и общение с ними должно быть регламентированным, особенно для детей, больные всё-таки.
