Наверное, самое страшное — это не когда чего-то не имеешь, например, сумочку от Louis Vuitton, а когда не имеешь желания её хотеть купить.
Ко мне обратилась на консультацию 35-летняя женщина, назовём её Виолетта, с запросом, что её мужчина хочет от неё детей, а она боится, что у неё не хватит денег, чтобы прокормить ребёнка.
Решение этого запроса усложнилось тем, что и зарабатывать деньги Виоллетта тоже не хочет.
"Я не вижу радости в этом. Если у меня будут деньги, я не смогу получить радость".
(Получается, что: чтобы родить и обслуживать ребёнка, нужны деньги — зарабатывать деньги не хочу, потому что не умею радоваться.)
Виолетта привела пример, что "Подруга похвасталась новой сумочкой от Louis Vuitton, и я завидую ей, не потому, что она обладает этой сумочкой, а потому что она её хотела. Что она умеет хотеть!!!".
После этих слов Виолетта проронила скупые слёзы, сказав: "Мне обидно, что я живу без мечты".
В этот момент я почувствовал, что мне не хватает воздуха, и я сделал глубокий вдох. Я предложил ей описать себя, какой она себя видит в этот момент.
Она сказала, что видит себя сиротинушкой, зачуханной, испуганной, нудящей, ворчащей и недовольной своей жизнью. И от этого осознавания у неё бегут мурашки по спине, и она чувствует отвращение. "Мне не приятно себя такой видеть".
В этот момент я подумал, что в жизни Виолетты произошли события, которые заставили её быть такой.
И я решил воспользоваться своей авторской методикой "Распаковка подарка из прошлого".
Я предложил клиентке представить себя той, какой она хочет себя видеть. Это было сделать непросто, но в результате Виолетте удалось сформулировать тот образ себя, который вызывал у неё энергию и радость: "Я хочу видеть себя красивой, ухоженной, женственной, элегантной, очаровательной, улыбающейся, счастливой".
Когда клиентка это произнесла вслух, я почувствовал энергию, и мне захотелось тоже улыбнуться. На данном этапе нашей сессии мы имели оформленный внутренний конфликт между тем, какой клиентка видит себя в настоящем (сиротинушкой, зачуханной, испуганной, нудящей, ворчащей и недовольной своей жизнью) и тем, какой она хочет себя видеть (красивой, ухоженной, женственной, элегантной, очаровательной, улыбающейся, счастливой).
Я предложил клиентке поисследовать внутренний конфликт, чтобы желаемый образ себя стал для неё достижимым, а нежелаемый образ себя — расшифрованным и понятным.
Виолетта согласилась.
Для меня эта была реперной точкой, что клиентка готова идти дальше.
В процессе нашего исследования по методике "Распаковка подарка из прошлого" клиентка вспоминает историю, когда ей было 8 лет, у неё родился брат. Родители всё время были на работе, и ей пришлось в свои 8 лет стать "родителем" для своего брата.
"Я не могла ни в лапту поиграть, ни искупаться на речке. Помню, однажды оставила брата на 5 минут без присмотра, и он пропал. Мы потом с ребятами искали его по всему посёлку. Поэтому, я если и гуляла, то всегда он был со мной", — сказав это, Виолетта заплакала.
"Ощущение, что я не прожила детство до конца. Что в 8 лет мне пришлось стать нянькой и похоронить своё детство, свои желания и мечты. Родители нагружали меня этим и всё время говорили, что это "круто" быть ответственным человеком".
Я задал вопрос: "Это говорили родители, а как ты считаешь, для тебя это было круто?"
На что клиентка ответила: "Да на х… это надо!"
Произнося ещё пару эмоциональных выражений, я увидел, как голос Виолетты стал более звонким и уверенным. Она выпрямилась и сделала глубокий выдох.
Я тоже выдохнул и почувствовал себя более расслабленным.
Когда я задавал этот вопрос, я понимал, что, с одной стороны, иметь навык заботы для будущей мамы — это плюс, а, с другой стороны, минус, если этот опыт не интегрирован, и для клиента он воспринимается не как ценность и конкурентное преимущество, а как обуза, из-за которой было невозможно делать то, что хочется.
Я предложил клиентке, осознавая себя 35-летней женщиной, обратиться мысленно к 8-летней девочке.
Я спросил: "Как думаешь, ей было непросто в той ситуации?"
На этот вопрос она скривила лицо и сказала, что не хочет её жалеть.
Я продолжил: "Я не предлагаю её жалеть, а хочу знать твоё мнение: как думаешь, если девочка в 8 лет перестанет делать то, что хочет, и ей придётся резко повзрослеть, выполняя функции опекуна, ей будет непросто?"
Не успев произнести до конца вопрос, Виолетта сказала: "Ей было очень непросто", — после чего она закрыла лицо ладонями и стала тихо рыдать. У меня сложилось впечатление, что каждый её всхлип был обращён к родителям с вопросами: "Ну почему? Почему вы так со мной поступили? Почему вы меня лишили детства? Почему вы меня оставили наедине со взрослыми трудностями".
Я попросил Виолетту дышать животом. Это останавливает рыдание (считается, что невозможно рыдать и дышать животом одновременно).
После того, как клиентка восстановила дыхание, она сказала: "Ребёнка родили для себя, но почему они всё взвалили на меня".
Слушая Виолетту, я почувствовал, как мои ноги стали холодными. Я мысленно представил себя на её месте, и мне стало одиноко.
Одиноко от того, что я растерян… и рядом нет мамы и папы… Потому что они на работе… и я не могу на них опереться, чтобы они меня успокоили и поддержали… И мне нужно как-то приспосабливаться к этому новому и сложному миру, заботясь о своём младшем брате… И я решил предложить Виолетте мысленно обратиться к той девочке и подобрать слова поддержки, которые ей так не хватало.
Она сказала вслух, обратившись мысленно к девочке:
"Ты мега крутая! Твоему брату очень повезло, что он был под твоей опекой. Ты не была контролёром и давала ему возможность развиваться, его успешность во многом твоя заслуга. Я горжусь тобой! Теперь я понимаю, откуда ты так хорошо можешь руководить людьми. Из тебя получится хорошая мама!"
Последняя фраза Виолетты была сказано очень тихо.
У меня возникло ощущение, что "время остановилось". Как будто бы сейчас Виолетта встречается с чем-то очень важным для себя…
Окончание времени сессии подсказывало, что это будет хорошим местом для завершения консультации, где у Виолетты будет возможность побыть с этим.
