Переживание Космического сознания скорее Дар, нежели достижение. Вряд ли возможно одной психофизической практикой достичь этого чуда.
Это прямое и чистое переживание, скорее, более связано с посвящением, дабы ищущий был твёрд и уверен на своём пути, и выстраивал свой путь по притяжению к пережитому, а не исходя из умственных заключений.
Попробую сделать посильную мне попытку выразить это грандиозное свершение на родном языке, вложив ещё одну золотую крупицу в сокровищницу духовности русской Души. К этому особенно меня подталкивает полная неудовлетворённость данных описаний традиционной литературы по йоге — в большинстве своём переводной по сути, а в отечественных источниках русских искателей не встречал вообще.
Итак, начнём с того, что искания мои в возрасте 19 лет от роду упёрлись в точку понимания того, что вся изученная мной к тому времени литература по буддизму, теософии, агни-йоге, индуизму, христианству, суфизму и т.д. (может, ещё что-то забыл) хоть и давала топливо к устремлению, и даже пропускала в высших своих выражениях Свет Высшего, но не давала удовлетворения в главном — она не могла дать даже намёка на то, что есть возможность вернуться в изначальное состояние Знания.
Последними настольными трудами, изученными мной, так и остались сутры чаньских патриархов и Бхагавад-Гита. Именно та Бхагавад-Гита, которую распространяли вайшнавы от Прабхупады. Сами комментарии Прабхупады у меня не вызывали ни капли доверия, но диалог Кришны и Арджуны меня захватывал полностью. Мне казалась сакральной и трепетной такая дружеская связь, которая светилась через диалоги Кришны с Арджуной. Простое доверие и прямая передача Истины.
Тогда я уже окончательно решил, что, закончив институт, я умотаю на поиски Истины в Китай, Индию или на Ближний Восток, не важно куда — лишь бы поближе к Ней. Но диалог Гиты открывал какие-то совсем иные двери Поиска. Я предчувствовал иное измерение поиска Истины. Я не раз перечитал ту главу, где по простой дружеской просьбе Кришна показал свою Космическую форму существования Арджуне. И меня удивляла реакция Арджуны. Мне казалось, что если бы я удостоился такого даршана, то я бы принял это видение — как исконно своё конечное состояние своего существования. Мне казалось тогда, что это состояние и есть естественное состояние сознания, которое обязано непрерывно иметь каждое разумное существо. И мне было странно, что Арджуну напугало это переживание. Я надолго включился в осмысление этой сцены.
Практически я погрузился в непрерывную дхьяну (сосредоточенный поток однонаправленного размышления — форма пространственного мышления) на этот сюжет. Я непрерывно поверял свою личность этим сюжетом и постепенно приближался к мысли, что не может быть так, что за всю историю человечества только одному человеку могло улыбнуться счастье лицезреть космическую форму Всевышнего. Я вполне принимал, что это непостижимые игры Всевышнего, но непонятно, почему именно я должен был непрерывно испытывать муки неведения.
Я не знал, что мне делать, просто чтобы скрасить свои мучения я практиковал психофизические практики йоги, цигуна, тай чи и в целом боевого искусства. Самостоятельно начал включать практики молитвенного обращения к Всевышнему, вдохновлённый опытом суфиев (повторение непрерывное фраз обращения к Божественному) и созерцательные техники. Я отдавал себе отчёт в том, что эффективность их вряд ли приведёт к какому-то серьёзному результату, но и бездействовать я не мог. И я практиковал эту непрерывную осознанность всё то время, которое я находился в бодрствующем состоянии сознания. Помимо учёбы в институте (Томский институт автоматизированных систем управления и радиоэлектроники — тогда он входил в пятёрку лучших технических вузов Союза), исполнения элементарных обязанностей по дому и умеренного — исключительно душевного общения с друзьями я решил в летние каникулы занять свои руки общественно-полезным трудом. Появилась некоторая глубинная потребность в правильной карма-йоге. Подчёркиваю словом "правильная" потому, что весьма важно: где, для кого и как она произведена, помимо того, в каком именно сознании она произведена.
Было это так. Моя мама к тому времени уже постоянно посещала молитвенные собрания христиан баптистов и собиралась стать членом данной церкви. На то время христиане решили увеличить площадь своего молитвенного здания и построить пристройку. Мама меня попросила помочь им в этом позитивном труде. И мне как-то реально захотелось это сделать, я почёл за благо помочь этим чистым сердцам и добрым душам.
Находясь в их трудовом сообществе и в благом труде, я испытывал то непринуждённое общение, которое невозможно было в любой другой окружающей меня среде. Несмотря даже на то, что мои братья студенты были замечательнейшие индивидуальности по отдельности и удивительным коллективом в целом со всеми высокими идеалами советской культуры и ценностями русской души. Также немало было и утончённых натур с востока. Но был и мат, и пошлость, и врождённая грубость, спирт, анаша со всеми вытекающими отсюда похотями. Поэтому в целом общение было несколько урезанным, потому как на втором курсе я окончательно завязал со всем, что понижало вибрации моей души, даже включая мясные и морепродукты.
Трудовая атмосфера баптистов всегда исполнена покоя. Уверенность в успехе любого дела давала опора на веру в своего Бога, отсюда проистекало благостное отношение к внешнему миру и чистое семейное отношение друг к другу. Всё было от Бога, для Бога и самим Богом. Там не было слышно повышенных тонов, не пахло перегаром, и сложности строительного труда разрешались легко, непринуждённо, и как-то я бы сказал — искусно, мастерски. Все они были очень добросовестными мастерами в различного рода ручном физическом труде. Делалось всё с немецкой тщательностью, русской изобретательностью и ещё чем-то таким, что напоминало чудо. Потому как за отсутствием денег материал появлялся всегда каким-то чудесным образом, и при этом все оставались в плюсе.
Ребята баптисты не упорствовали в навязывании своих взглядов вероисповедания, но и не скрывали свою интимную связь со своим Богом. В их отношении к Богу я не видел тех элементов, которые бы меня как-то привлекали. Я видел, что это чистые, честные, трудолюбивые и очень здравые люди. Но они не болели той метафизической болезнью, которой страдал я. Их вполне устраивало, что Бог им помогает в жизни и в быту, и Он ведёт их к праведной жизни. Я же горел познанием Истины в конечной инстанции, меня могло удовлетворить только прямое видение Истины. Поэтому я у них учился прямоте, честности, искренности и трудолюбию, ибо то общество, в котором я взрастал, породило вполне ущербную личность по многим параметрам.
В дебаты о путях Господних я не включался, но Библию потихоньку начал читать сначала.
Когда мы закончили с пристройкой и наступила осень, они пригласили меня посетить их богослужение. Я решил не отказываться, а просто прийти и посмотреть, как у них обрядовая часть проходит.
Ничего удивительного и сверхъестественного, на первый взгляд. В новом, нами построенном доме, собралось бабушек с небольшим количеством дедушек числом так тридцать, плюс большое семейство самих служителей (главным был пожилой отец с женой, и у него где-то десяток взрослых сыновей и дочерей было, среди которых пятеро несли основную нагрузку по службе, плюс у этих детей были тоже уже взросленькие детишки). Было несколько человек совсем неординарных для этой группы.
Например, был один зрелый мужчина, который курировал данную секту от когда-то КГБ. В своё время он занимался доносом ценной информации с этих собраний в свой отдел. И надо заметить, что в ту пору он, наверное, был единственным успешным (позже я обнаружил в Томске ещё одного по-настоящему реального подвижника) самоотверженным самопальным йогом. Йогом, который реально по синькам (ранее размножали печатную продукцию такого типа подпольно на аппаратах типа "Эра" и листы были синие-синие) в своём импровизированном отшельничестве (выбор работы на удалённой водонапорной станции по сменам "сутки через трое" и проживание в своём доме в малочисленной деревне) достиг поднятия Кундалини в форме пранической энергии. Но вот незадача, поскольку не было рядом реального учителя, он счёл сопровождающие сие таинство состояния за форму сумасшествия. Не сразу так, конечно. Он насладился вначале своим превосходством над другими, порадовался некоторым сверхестественным способностям, но переживание савикальпа-самадхи никак не вписывалось в его проштампованные эго представления, и он как-то озадачился тем, что всё это на самом деле никуда не ведёт, ибо только способствует укреплению эго, а сопровождавшие трансцендентальные состояния он вообще не понимал как классифицировать и счёл, что они, скорее всего, в дальнейшем плохо скажутся на его психике.
Он как агент КГБ вполне легально вёл группу карате и в целом был очень честных правил. В итоге в определённый момент на очередном доносе он внятно заявил своим кураторам, что курируемая им секта есть оплот ума, чести и совести всего человечества, и, короче, истинные ленинцы. И, в общем, он теперь весь на их стороне, потому как сердце ему не даёт иных альтернатив. Так вот он своеобразно вышел из рядов стукачей и стал преданным Христа. Надо заметить, что на самом деле реально так выйти из КГБ мог только реальный сиддх.
Всё лето, пока мы трудились на молитвенном доме, он пытался меня заинтересовать своими достижениями кундалини-йоги, чтобы потом показать, что всё это ничто перед Богом и вовсе не от Бога. И да, в его случае он был абсолютно прав, ибо мотив посвящения себя этому занятию был импульс от эго, доказать всем своим сопутникам и сослуживцам, что именно он — может, и что он беспредельно превосходит их всех вместе взятых. Ну, конечно, не так явно всё это выпирало, но он это вполне распознал. А распознать это мог только настоящий человек и истинный йог. Так как поголовное большинство русских йогов обычно на это вообще не обращают никакого внимания. Жаль, что при таком подходе именно сиддхи привлекают внимание ищущего, а трансцендентальное переживание опускается за неимением необходимого инструментария для его взращивания в нужном направлении. Не было культуры, да и сейчас её, к сожалению, не имеется. В общем, обрёл он своё спасение от себя самого в чистой вере христиан баптистов.
С ним был ещё один вышедший из рядов каратистов-службистов. Тоже интересная личность. Позже ему пришлось столкнуться с налётчиками нашего мэра Томска (который ныне отбывает срок), и в своём одиночном противостоянии полуторам десяткам бойцов он нечаянно убил с одного удара одного из них, в виду чего ему пришлось покинуть наш город и, по-моему, страну. Вообще после моего трудового отпуска туда стали очень колоритные товарищи подтягиваться.
Так вот, не сильно удаляясь от темы, продолжу. Поскольку моя болезнь была священной, то никакой йог, и никакой каратист, и даже службист (как бы они в то время экзотически не выглядели, ибо ранее таких в стране было по нескольку экземпляров на город) никакими сиддхами не мог отвлечь моего внимания от моей цели.
Когда я попал на собрание баптистов, то увидел вполне прозаическую картину. Пожилые люди вначале пели христианские гимны (кто как мог), потом кто-нибудь из братьев читал строки из Библии и некоторое время в назидательной форме рассуждал на данную тему, а потом начиналась коллективная молитва с коленопреклонением. И за время всего собрания данный сценарий повторялся 5–6 раз.
В течение коленопреклонённой молитвы все молились про себя, и лишь один молился вслух, передавая эстафету произвольно следующему. И за один цикл успевало вслух произнести свои просьбы-славления человек 5–6, после чего ведущий завершал своей более строгой формы молитвой, ибо молитвы предыдущих имели вольную форму.
Пока я созерцал это действо, во мне отыграла параллель. Простой разговор Кришны и Арджуны. Бабушки и дедушки так же по-простому говорили Богу о своих проблемах, благодарили его так, словно он был в двух шагах от них. Арджуна просит Кришну, и Кришна показывает. Бабушки просят Бога и он… Арджуна просит показать космическую форму. Бабушки просят помочь с жильём, излечить болезнь, вытащить родственников из сложных ситуаций, наладить дела у детей, избавить мужа от алкоголизма и т.д. — весь набор по улучшению быта жизненного пространства. Просьбы были реальными и касались очень сложных проблем, которые обычно сами собой не решаются в жизни, а, если и решаются, то на решение их, как правило, уходят все жизненные силы одной жизненной единицы.
В конце собрания отец всех братьев, мил человек, подошёл ко мне и спросил о моём впечатлении от увиденного. Я сразу же напрямую поинтересовался: "А что? Вот эти люди, так запросто просящие о разрешении достаточно сложных проблем у верховной личности Бога, действительно получают квартиры, трезвых мужей, исцеление от неисцелимых болезней и устройство на работу непутёвых детей?". На что мил человек также просто и ответил, что ничего сверхъестественного они не делают, а только как в Библии сказано "просите, и дано будет", они и просят. Ну, и поскольку обещалось в Библии исполнение, то и на деле Бог не оделяет вниманием.
Я подумал, что, может, как-то косвенно он даёт, ну, типа, ситуативно показывает, что, мол, не то просите, или ещё какой-нибудь ход. Я озвучил ему эти мысли, но он меня заверил, что на самом деле всё очень прямо и явно происходит (в принципе, я во время их молитв слышал слова благодарностей за деяния Бога и его ответы на молитвы), так сказать, в назидание верующим и неверующим вкупе.
Триггеры моего мозга активно защёлкали и склеились в нужном направлении, и я спросил: "А что, если и я попрошу о моей болезни, он мне также явно поможет?". Мил человек заверил меня, что обязательно и пренепременно. По вере дано будет! Я душевно поблагодарил наставника евангелистов и пошёл скорее домой…
(Из цикла автобиографических заметок русского Будды Виталия. Живой рассказ о личном опыте переживания Космического сознания и пути к этому.)
