Терапевтическая история, которая длилась около 5 лет.
Молодая девушка лет 27-ми стала ко мне приезжать на консультации раз в 2 недели, хотя ей было достаточно далеко ездить. Первоначально её вопрос был про отношения с мамой. Она всё никак не могла заслужить её любовь, хотя отчаянно старалась. Упорство, с которым она искала способы разобраться в этой ситуации, меня поражало. Она многие мои слова подвергала критике, но продолжала ходить на консультации. Моя основная мысль заключалась в том, что, когда человек в неврозе, как её мать, у него нет ресурсов на любовь. Потому что любовь мы можем дать от избытка. А невроз — это болезнь мозга, если совсем утрированно сказать. Всё видится в искажении. Мама её не может ей дать любовь, как бы она ни старалась.
На одной из встреч, когда клиентка всё-таки пыталась спорить, что мама её любит, я попросила её рассказать, что конкретно мама делала по отношению к ней, кроме бесконечной критики. Как сейчас помню её слова после 2-х недельного перерыва: "Я разозлилась на вас и решила доказать — вспомнить всю свою жизнь и найти всё же что-нибудь. Начала с детского сада, школы, подросткового возраста. Оказалось, не было ничего, ни одного доброго слова или похвалы от матери. Только придирки и критика".
Это стало отправной точкой её выздоровления. Потому что в результате бесконечной критики поведение повзрослевшей девушки напоминало повадки серой мышки. Она стеснялась пройти по офису к своему месту. Она боялась звонить по телефону. Она стеснялась общаться с сотрудниками. Она стеснялась, что у неё нет высшего образования. Людей, у которых оно есть, она считала выше себя. Но она была умна. И ум ей не давал покоя. В её курятнике она явно выделялась, но мама всё время ставила её на место. Потому что ездить так далеко, чтобы разобраться в себе — это дорогого стоит.
Она прошла все этапы терапии гадкого утёнка. От униженности и попытки получить любовь до презрения к матери. От мысли, что внимание матери ей хотелось заслужить, ей становилось противно. Она осознала достаточно болезненно, что в её небольшом городе ей не с кем было общаться. Настолько стало всё неинтересным и обыденным.
В 30 лет она закончила 10–11 класс, сдала экзамены и поступила в институт. Она через 2 года эпизодически консультировалась у меня, иногда сожалея о том, что занялась всей этой психологией. Потому что в курятнике ей было по-прежнему не интересно. Но однажды на одной из консультаций она сказала, что ей предложили работу в Праге. Бизнесмен, которого она стригла почти 8 лет, сказал, что ему нужны такие люди, как она. Он с семьёй переезжает окончательно в Чехию и открывает там сеть парикмахерских. Он наблюдал за тем, как неймётся моей клиентке пойти в 30 лет доучиваться, чтобы поступить в институт. Хотя никто из её окружения такой проблемой не страдал. Что у неё очень изменилось видение мира и т.д. И получается, прямо как в сказке — лебедь улетает в далёкие страны. Хотя это только кажется со стороны. А когда я знаю, какие внутренние трагедии она переживала, отказываясь от одной иллюзии за другой, сколько было отчаяния и сожаления, это совсем не кажется сказкой. А долгой дорогой.
(Терапевтическая история публикуется с разрешения клиента.)
