Учёные говорят о том, что у волка хороший нюх, и он может на большом расстоянии кого-то унюхать. Молекулы попадают на рецепторы, молекул мало, рецепторов в носу много.
Брехня! Я был волком, я расскажу, как это всё происходит. В человеческом мозгу существует разделение на зрение, слух и обоняние. Вы же никогда не перепутаете запах с цветом или шумом прибоя. У волка восприятие мира идёт одной целостной картинкой. Волк видит запах. Вернее, запах в его картине мира просто дополняет зрение.
В начале осени пришли волки, не знаю, чего им там заскучалось в наших болотах, но они пришли и, как водится, сожрали у меня барашка, потом ещё барашка и ещё.
Вначале мне было просто не до них, ну, сожрали, и ладно, бог дал, бог взял. Потом сожрали козу. Оставшись без молока, я обиделся и решил их просто пострелять.
И вот однажды ночью я выпустил своё сознание на волю, дабы посмотреть, где эти серые бродяги и когда придут за следующей порцией баранины. Сделав несколько кругов над лесом, я уловил живое присутствие волчьей стаи. Определив место, откуда они будут выходить к моим барашкам, я уже хотел было вернуться в тело и идти устраивать засаду, как вдруг меня привлёк всплеск разума.
Сложно объяснить словами, это как контакт одного сознания с другим. Сознание волка было именно другим, и я заинтересовал его. Он заметил меня, мутной тенью кружащего над стаей, старый, матёрый волчина, задрал свою морду наверх, туда, где я болтался, и завыл, красиво и протяжно.
Я спустился к нему, вошёл в него, после небольшого колебания он смирился с моим присутствием в его сознании, впустил меня, и мы стали одним целым. Мы стали матёрым волком. Это чистый восторг и эйфория от свободы. Нет никакой обусловленности, нет никаких границ.
Восприятие волка в лесу чёрной непроглядной ночью идеально. Я видел всё, видел на километры вперёд, назад, во все стороны. Я видел звук, цвет, запах как единую картинку. Всё-таки мозг человека очень несовершенен. Волк идеален, ко всему этому прилагается совершенное тело.
Я не удержался и погнал волка в лес, стая удивлённо двинулась за мной следом. Коммуникация была прекрасная, я мог взмахом хвоста управлять каждым членом волчьего коллектива ночью в лесу.
Сейчас они мне были не нужны, и я оставил их далеко позади. Я набирал скорость. Ветер свистел. Вывороченные пни, ветки, бурелом, я проходил на немыслимой для человека скорости, человеческое сознание начинало мешать движению тела, и я отодвинул его на задний план, целиком превратившись в зверя.
Ночной лес расцвёл красками. Если вас будут уверять, что волк не видит цветов, что у него чёрно-белое зрение, смело шлите таких специалистов. Каждый запах, каждый шорох листа имеет свою окраску. Испуганно влетевший рябчик светится как светлячок в ночи и оставляет за собой инверсионный флюоресцирующий след своего запаха.
И тут я наткнулся на след зайца, несколько секунд я как человек принимал решение на начало охоты. Волк дышал полной грудью и ждал. Я пустил зверя по следу, вновь отпустив контроль, и, только наслаждаясь происходящим, стая следовала, не торопясь, в нескольких километрах позади меня, весь опыт и знания матёрого волка были доступны мне.
Я знал, что одним своим подвыванием я мог подозвать их и выстроить в привычный охотничий полукруг для загона дичи. Но я хотел убить сам. Азарт погони начал захлёстывать оба моих существа, слившихся в едином акте погони.
Следы зайца в начале были еле различимыми, отдельными, красноватыми пятнышками. Через несколько секунд я начал догонять ушастого, и след потеплел, он стал похож на светящуюся ало-красную борозду в лесу. Заяц начал хитрить, уходить в сторону с прямой линии погони, но при таком близком и ярко светящемся следе мне не было нужды бежать чётко по нему, что-то там вынюхивая в траве, я нёсся метрах в десяти с боку от петляющего следа, выравнивая свою траекторию и приближая конец зайца.
У него не было ни малейшего шанса против волка. Срезав очередную заячью петлю, я сделал рывок и впился зубами в тёплую мягкую тушку зверька. Прекрасный вкус крови накрыл волной счастья волчье сознание. Я вышел из него, дав прекрасному зверю насладиться своей трапезой.
Подтянулась удивлённая стая, наблюдая, как матёрый глотает остатки маленького ушастого зверька. Они не понимали, почему он не повёл их на барашков, а вместо этого как несмышлёный щенок носился по лесу за зайчонком.
Я вернулся домой. На следующий день я отдал всех оставшихся баранов вместе с заготовленным на зиму сеном. Больше у меня не было скотины. Волков я стрелять не стал. Это не жалость, это просто уважение к свободе и праву хищника.
С вами был Герман Минкин — раджа йог/тантра йог. 30 лет практической работы с энергетикой человека. Все теории в топку!
Хочешь видеть скрытое? Загляни в мой профиль и приходи, если не струсишь!
