Зачем мы ищем любовь?
Настоящий ответ искать придётся как в археологии — углубляясь в своё сознание до того места, где он находится. Ответы в вопросах той любви, которую многие ищут, лежат, как вы сами понимаете, в душе, либо прямо на ней. И эти ответы порой трудно понять. Зачем мне любовь? — Чтобы меня любили, чтобы заботится о другом, чтобы другой заботился обо мне, чтобы ласкаться, чтобы строить семью, рожать детей… и т.д. Во всех этих ответах любовь служебна, она лишь средство. Любовь у нас часто как золотая рыбка — на посылках у владычицы морской.
Однако ответом на вопрос, зачем мне любовь, в действительности являюсь я сам. Этим ответом мы были, когда были душой. Например, как когда-то в детстве. Ты смотришь на девочку в детском саду, и для тебя нет ничего прекраснее, ты засматриваешься, любуешься ею. Либо ты очень сильно хочешь играть с тем мальчишкой, который тебе нравится. В любовании и искреннем желании быть рядом с другим точно есть любовь. Когда я любуюсь — то пребываю в любви.
В детстве с нами довольно часто случается любовь. Конечно, это детская любовь, которая лишена многих условностей и многих знаний о сложностях этого мира. Эта любовь непосредственная и порой неопределённая. Однако душа в этот миг живёт в любви. Значит, и теперь моя душа знает это состояние. При этом не важно, посетило ли это состояние нас в детском саду, дома или во дворе. Чувство есть, и память о нём до сих пор хранится.
Но это лишь память о чувстве, а не само чувство. Воспоминание любви — только подсказка о том, что она со мной возможна. Однако довольно часто ищущие любви ищут именно ту любовь мамы или отца, девочки или мальчика, которая была однажды. И даже находят, делая после этого попытки построить семью. Строить семью на воспоминании любви — это дорога к несчастью. Нельзя войти в одну реку дважды и повторить то, что было в детстве. Мы уже не дети.
Та любовь, прошлая — была и она прекрасна. Но то, что душе требуется сейчас — это действительное чувство, а не подтверждение своего воспоминания. Тем не менее, в воспоминаниях о любви хранятся подсказки. Их надо уметь читать. Потому что любовь, которая с нами случалась раньше, теперь закрыта множеством слоёв образов, которые пришли по мере взросления. В этих образах хранится знание, связанное, так или иначе, с любовью. Знание — это опять же совсем никакая не любовь. Я могу знать, что такое любовь, но жить в ненависти и злобе. Знание — лишь подсказка, а не заменитель чувства. Сколько бы книжек о любви я не прочитал, сколько бы ни проглотил любовных романов — это лишь растравливает боль от отсутствия любви в настоящем. И даёт возможность сбежать в придуманный мир, в котором герои наслаждаются и пылко любят.
Знание о любви не гарантирует мне любовь. Мало того, само это знание может её от меня скрывать и уводить прочь от любви. Потому что знание иногда связано не с моим лично чувством, не с тем, что я прожил сам, а с тем, что переживали другие. Ко мне же чужой опыт приходит извне — через общение, книги, фильмы, интернет.
Всё это накопленное знание, своё и чужое, лежит на том простом чувстве любви, которое либо не покидало меня, либо довольно часто посещало в детстве. Но важно одно: эта детская любовь имеет одну природу с любовью, которую мы ищем сейчас, подыскивая себе пару. Единственное, что их отличает: в любви, которую вы ищете сейчас, присутствует довольно сложный образ другого. А в детстве такого сложного образа не было. Был просто душевный порыв, который и толкал к другому. Теперь же мы приучились свои душевные порывы заталкивать вглубь грудины, и оттуда через щёлочку, как из танка, наблюдать за другим человеком.
При этом мы наблюдаем и постоянно сравниваем то, что в другом человеке проявляется, с тем, какой образ любимой, избранника или половины сами себе создали. В этот образ включены многие наши ожидания, требования и условности, которым другой должен соответствовать, чтобы либо я её полюбил, либо она меня. То есть вы исходно имеете мерку, по которой отбираете пару.
И беда в том, что эта мерка кривая. В этом образе много лишнего и наносного. Там и боль от прошлых любовных неудач. И чужие, надёрганные из литературы и фильмов знания о том, что есть настоящая любовь. Там и множество мнений друзей, родителей и других доброжелателей, обильно делящихся своим опытом с нашей неопытностью. На всём этом как на материале вырастает то, что является фильтром для своего душевного порыва. Этот фильтр стерилизует и гасит порыв. Мы ведём себя в любви культурно и прилично.
Также на этом материале мы выстраиваем образ себя, который соответствует нашему представлению о любимой или любимом. И этот образ, как пёстрый наряд, закрывает мою душу, а с ней и мою любовь.
В этом надо что-то менять. Надо сесть и просто почистить то, что накопилось на чувстве любви, то, что в действительности его искажает. Без этого не раскроется тот глаз сердца, которым я рассмотрю свою любовь и свою пару. Сердце останется заплывшим и слепым.
