Мой отказ от употребления убойной пищи, или, попросту говоря, мяса, не был спонтанным. Два года размышлений и наблюдений сделали своё дело.
На окончательное принятие решения повлияли несколько факторов:
- увлечение йогой,
- текущее физическое состояние,
- смерть любимой собаки.
Йога
Увлечение психологией, эзотерикой и изучение Ведической философии привели меня к йоге. Возникла потребность погрузиться вглубь себя, открыв ещё одну грань самопознания.
Йога, по одной из версий, — это анализ и переработка накопленной в течение жизни информации.
Сама по себе гимнастика, которую многие по незнанию называют йогой, предназначена для одной конкретной цели — подготовить тело к медитативной практике. То есть научиться длительное время сидеть с прямой спиной и скрещёнными ногами без напряжения. Добиться этого можно путём многолетних упорных тренировок и аскез. Тело должно освободиться от зажимов, сформированных психикой, и очиститься от токсинов, в том числе при помощи здорового питания.
Это непростой путь, и он не для всех. Многим из нас лучше есть мясо и пить водяру. С одной стороны, так будет честнее, а с другой — безопаснее. Здоровее будет, в общем.
Йога — это инструмент опасный и непростой, имеющий прямое отношение к уровню духовного развития пользователя. Есть версия, что 80% населения планеты никогда не занимается йогой по причине кармической обусловленности.
Пожалуй, я остановлюсь на этом, дабы не лезть в дебри йогических хитросплетений.
Я хотел начать заниматься хатха йогой, и мне нужен был повод. Если уж заныривать, то конкретно и глубоко, как я люблю, безжалостно проверяя себя на прочность испытаниями и экспериментами, которые теперь будут называться аскезами.
Ну, я и занырнул в ежедневную самостоятельную практику, разбавленную периодическими посещениями йога залов.
Теоретическая часть так же была изучена и осмыслена. Труды Оганян, Шаталовой и Вербы стали своеобразными кирпичами в основании моего нового состояния. Биологическая разница между системой пищеварения человека, существа питающегося видовой пищей и хищника, например, тигра, стала более понятной и очевидной.
Физическое состояние
Тут я вряд ли кого-то удивлю. Физическое перенапряжение, вызванное абсолютно идиотским рабочим графиком, регулярными недосыпами, спортом, ну и, конечно же, всевозможными допинг-скандалами: я умел зажечь, причём так, что не потушишь.
Тело жаждало перезагрузки и отдыха. Внутренние органы мрачно молчали, но иногда устраивали забастовки, требуя уважительного отношения и соблюдения их прав и свобод.
Как говорил Удав Слонёнку: "Вот тебе и вторая выгода"!
Нафаня
Мой любимец и моя боль. Брюссельский гриффон с очень выразительным и задумчивым взглядом, ежедневно даривший свою безусловную любовь нашей семье. Маленький пёс с огромным сердцем, которого я бесконечно люблю и буду любить всегда.
Перед смертью он долго болел. Уходил тяжело и мучительно.
Так уж совпало, что всевозможные беды и испытания пришли к нам одномоментно и без приглашения.
Это был один из самых мрачных периодов моей жизни, и болезнь собаки была его олицетворением.
Именно тогда я понял, что не хочу быть соучастником истязаний и убийств животных. Я в этом больше не участвую.
Вся суть лживого лицемерия мясоедства заключена в вывеске над мясным ларьком одного провинциального рынка. Это баннер, на котором изображены радостные и беззаботные телёнок, поросёнок и ягнёнок, которые, по задумке художника, счастливы быть зарезанными и распотрошёнными в угоду проголодавшимся высокоразвитым двуногим существам.
Забавно, что многие, так называемые человеки, венцы эволюции, существа высшего порядка, находятся на уровне развития колхозной свиньи или барана, что ещё забавнее.
Именно после смерти моего Нафанаила я и принял окончательное решение, и с тех пор ни разу не пожалел.
Морально-этическая сторона мясоедения — это личное дело каждого. Я знаю много достойнейших людей, которые едят мясо, и я очень ценю их, а некоторых даже люблю. Так же я знаю натуральных подонков и ханжей — вегетарианцев. Но не об этом мы говорим сейчас.
Мне стало легко
Перестав употреблять убойную пищу, через некоторое время я почувствовал качественные изменения в своём физическом и, что важно, психологическом состоянии:
- во время и после тренировок я начал быстрее восстанавливаться,
- ушла проблема избыточного веса,
- я сбросил несколько килограммов, которые больше не возвращаются,
- при этом пропало желание работать железом — я перешёл на тренировки с собственным весом,
- изменилось состояние кожи,
- улучшился сон,
- снизился уровень внутренней тревожности, я стал спокойнее, в конце концов.
Да много чего поменялось.
И, конечно, не всё было гладко.
Но опыт отказа от употребления в пищу мяса во всех его проявлениях сделал меня однозначно здоровее, и, это может показаться удивительным, я выгляжу моложе.
Самым интересным было наблюдать, как в течение первых трёх месяцев моё тело избавляется от токсинов, выводя их всеми доступными путями.
Я откровенно слИзеточил, не успевая чередовать восторг и ужас нового состояния.
Сейчас, спустя время, понимаю, что моя затея с переходом на вегетарианскую пищу была откровенной авантюрой, и имей я возможность вернуться назад, сделал бы всё по-другому. Но обязательно сделал.
Нет сожалений, есть лишь выводы.
Я выбрал радикальный и бескомпромиссный путь жёсткой и небезопасной аскезы. Сейчас бы я выбрал более лёгкую, хотя и длинную тропу, не таящую в себе скрытых сюрпризов.
Один из важных принципов перехода на другой тип питания — прежде чем от чего либо отказаться, найди и введи в рацион альтернативу.
Я жив и, хочется верить, здоров, и это главное. Мне есть что рассказать и чем поделиться.
Этот пост не является манифестом вегетарианца или призывом к отказу от употребления в пищу мяса.
Я верю в то, что у каждого свой путь, и на этом пути важно быть честным по отношению к себе в первую очередь.
Становиться вегетарианцем или, не дай Бог, веганом, в угоду моде или под влиянием кого-либо — это худшее, что может случиться в данном случае.
Подводя итог всему, рассказанному выше, хочу спросить.
Задумывались ли вы, что лежит в основе отказа от мяса?
Один из самых неудобоваримых и противоречивых ответов — страх смерти.
Многие ли из нас способны себе в этом признаться?
