Где в нашем теле живёт стыд, и как он проявляется
Если представить стыд как программу, то местожительство её будет в нашей совести, потому что мы не понимаем логику своего стыда, стыд автоматичен, как инстинкт самосохранения. Работать с такой программой крайне сложно, так как на структуру совести не действует даже гипноз. Если под гипнозом человека заставить делать действие, идущее в разрез с его нравственными устоями, то он просто просыпается, но делать это действие не будет. Зачастую стыд мешает нам жить благополучно, есть даже поговорка — к стыду деньги не идут.
Для того, чтобы уменьшить действие стыда на нашу жизнь, нужно перевести программу стыда со структур совести на физическое тело, а для этого нужно создать действие, вызывающее стыд. Почему, потому что стыд живёт в душе, а душу мы не чувствуем, пока она не начнёт болеть через тело. И только, когда она "Заболит", мы вдруг начинаем понимать всю логику действий процесса причин и следствий, повлёкших к этой боли. Нашему уму легче осознать действие стыда и создать противодействие ему если наше тело начнёт чувствовать стыд на пяти органах чувств. Хотя бы потому, что чувствами заведует сердце, а сердце находится на границе двух миров внутри нас. Как узловая или шлюзовая станция сердце находится между миром духовным и миром физическим, и потому с помощью чувств можно соединить два этих мира и создать их слаженную работу. К примеру, вежливо попросить у прохожего на улице немного денег без всякой мотивации. Если человек преодолеет себя, то с большой вероятностью он сможет преодолеть и свой стыд на эту ситуацию. Такое можно проделать, и не выходя на улицу, а хорошо, на чувствах, визуализировать ситуацию в голове на все имеющиеся разновидности стыда. Хорошую разблокировочную работу со стыдом через поступки проделывал в начале 19 века Георгий Гурджиев, освобождая человека от стыда, открывая тем самым и успех человека в социуме.
По тому действию, которое стыд оказывает на человека, можно сказать, что стыд создаёт мощные блокирующие действия на мысли, слова, поступки и действует как усилитель на проявление эмоций, по сути, перенаправляя силу зашкаливающих эмоций как высоковольтную энергию на слабые микросхемы мыслей, слов и поступков. Поэтому в таком действии по преодолению стыда будет вестись работа по контролю силы своих эмоций и созданию нового образа своего поступка, при котором возникнет и новая мотивация поступка. Можно сказать, что стыд алогичен, потому что, возникнув в человеке, он не даёт ему возможность логически думать, а высокая эмоциональность события заставляет действовать, согласно первоначальному опыту полученному ещё в детстве. Именно будучи ребёнком до 7 лет, мы получаем эти печально-эмоциональные опыты, с которыми потом приходим во взрослую жизнь. Родителю, которому проще пристыдить, чем объяснить, воспитывает ребёнка заранее обречённого на неуспех в социальной жизни, так как у него перестаёт нормально функционировать мыслительный аппарат способный анализировать и перестраивать своё мышление и поступки под действием изменяющейся обстановки.
Вывод — с детьми нужно вырабатывать огромное терпение в разъяснении слов и поступков, для того чтобы сформировать их мысли. А себя, взрослого, нужно учить освоению новых профессий — актёра, режиссёра и сценариста в работе по созданию новых образов в старых, уже прожитых ситуациях и ситуациях, которые только ожидают своего развития, для того чтобы не было стыдно ни за себя, ни за других. Стыд изживается. Изживается быстрее и лучше чувственным проживанием в мысленных образах. Все плохие ситуации, что мы чувственно проживаем в лучшем для нас сценарии, как усвоенные уроки, нашей душой считаются пройденными и в ситуациях больше не повторяются. Это хорошо видно по дневникам Иоанна Кронштадтского, свою работу с собой он вёл на мыслительном уровне, разбирая свой прошедший день в формате мыслей — "Вот в этой ситуации я подумал некорректно" и т.д., а не слов и поступков. Зачастую у человека, окунувшегося в социум с головой, нет привычки разбирать свои поступки, не говоря уже о словах и мыслях. Иоанн Кронштадтский вёл не только мыслительную работу, в большей степени он работал со своим сердцем и сердцами великого множества людей, работая в двух мирах одновременно. Правильность своей работы он доказал своей жизнью. Он был чудотворцем и одновременно очень материально богатым человеком. За день через его руки проходило больше денег, чем имелось в некоторых банках города. Его благотворительность равнялась его прибыли и совпадала копеечка в копеечку. То, что Ленинград не смогли захватить немцы, есть и его, огромная воспитательная работа с людьми. Но это тема уже другого разговора.
?
