Привет, мои дорогие. Не устаю говорить, что психология вокруг нас и внутри нас. Ходил я недавно на спектакль "Девичник над вечным покоем" в театр Пушкина. Осторожно, будут спойлеры. Если вы не смотрели спектакль и не читали пьесу Айвона Менчелла "Кладбищенский клуб", но хотите это сделать — не читайте дальше.
Оказаться там — это тот случай, когда ты смеёшься 2 часа и последние 5 минут плачешь. Ты не хочешь плакать. Ведь в афише тебе обещали комедию в 2-х действиях, но слёзы катятся, их трудно унять, потому что на сцене разворачивается горе. Точнее то, как его переживают главные героини. Три женщины потеряли своих мужей. Им уже давно 'за', но старые травмы не отпускают их. Каждая справляется с утратой по-своему.
Есть такая вещь в психологии, как стадии проживания горя (травмы, утраты, называйте, как хотите). Написано про эти стадии много, приведены разные схемы. Для удобства мы возьмём короткую: отрицание, гнев, торг, депрессия, принятие. Именно стадию депрессии мы увидим у всех трёх наших героинь, но какие же разные это будут схемы поведения. Поговорим про каждую из участниц в отдельности.
Дорис. Самая старшая из подруг. Именно она организовала ежемесячные походы на кладбище, потеряв мужа 4 года назад. В процессе мы узнаём, что она до сих пор с ним: она разговаривает с ним на кладбище, как с живым, обещает в следующий раз принести ему фото внука; он мерещится ей в другом мужчине на свадьбе, и Дорис удивляется тому, что он танцует не с ней. Во втором акте она признаётся, что иногда видит его дома, но потом вспоминает, что его нет в этом мире. Место рядом с ней по-прежнему занято призраком мужа, а отношения с ним похожи на зависимость. Так как же она справляется с утратой — спросите вы. В терминах Гештальт-терапии Дорис пользуется интроекцией и проекцией: у неё есть правила, что вдова должна ходить на кладбище, должна оставаться одна и не смотреть на других мужчин (это и есть интроект), кроме того она не только сама им следует, но и проециерует такой способ жить на других. Героиня горячо отстаивает эти правила и осуждает подруг, когда они решают отказаться от их исполнения. И даже подговаривает Люсиль отвадить нового кавалера Иды от встреч с ней, чтобы вернуть старые походы на кладбище. Только после собственной смерти в пересыщенную эмоциями ночь ей удаётся освободиться от своего алгоритма поведения и понять, что жизнь не заканчивается с моментом утраты. Дорис переходит с стадию принятия.
Ида. Она кажется довольно ведомой в начале. Ведь соглашается играть по правилам Дорис, а потом и внимает увещеваниям Люсиль. Но после выясняется, что героиня принимает правила игры, следуя своим внутренним переживаниям: на стадии депрессии — посещает могилу мужа, говорит с ним, очень эмоционально, и признаётся ему в том, что скоро станет посещать его реже, потому что хочет жить дальше. Именно эта внутренняя готовность оставить скорбь позади позволяет ей согласиться с Люсиль о том, что стоит ходить на свидания, а так же принять ухаживания Сэма. Она сама дошла до стадии принятия того факта, что мужа не вернуть. Это принесло ей свободу и новые отношения. Именно её счастье оказалось помехой для остальных подруг — ведь они остались в депрессии и продолжили свои старые ритуалы. После, правда, они поймут, что были не правы и принесут извинения.
Люсиль. Её я специально оставил на сладенькое. Ведь так сразу и не скажешь, что она в депрессии. Она кажется нам смешной и жизнерадостной. Она встречается с мужчинами, ну или по крайней мере, рассказывает нам, что встречается. Ей постоянно кажется, что мужчины её преследуют, чтобы выказать ей свои любовные намерения. Именно она заговаривает с Идой о том, что пора бы встречаться, что пора перестать ходить и стоять над могилами. И, действительно, перестаёт посещать усопшего мужа первой из трёх подруг. В сценах на кладбище мы видим, как же она зла на него. Она не свободна в своём выборе как и Дорис, только Люсиль находится в контрзависимости: она старается компенсировать себе ущерб, который он нанёс ей при жизни своими изменами. Героиня покупает себе дорогие вещи на наследство, а так же обращает на себя внимание мужчин яркими нарядами. Как выяснится потом, чтобы сделать больно мужу. Да, место рядом с ней тоже до сих пор не свободно. Отношения с мужем не закончены. Она как бы говорит ему: смотри, теперь я плохая, и ты ничего не можешь с этим сделать, смотри и мучайся, как мучилась я. Она флиртует с Сэмом прямо на могиле мужа! Что жёстко осуждает чопорная Дорис. Несмотря на такую месть, Люсиль не спала ни с одним из кавалеров все эти годы. Она и не хотела. Её жизнь была подчинена отношениям с мужем. Это горько осознавать. Очень горько. Потому она и глушит вино, травит анекдоты, ест вкусное, одевается ярко, и ей всегда мало, потому что горе — это чёрная дыра, которая никогда не будет заполнена. Но жизнь её становится легче, когда она признаётся подругам, что носит маску кутилы, и когда извиняется перед Идой и Сэмом за вмешательство в их отношения. Стоя на могиле Дорис, Люсиль в момент отчаянья вопрошает в небеса, за что же ей всё это, почему же она должна ходить на это кладбище и продолжать отношения с людьми, которых уже нет. Она измучилась тем, что не умеет отпускать. Но, тем не менее, она отпустила Иду, позволила ей жить своей жизнью и нашла себе место просто рядом — шаг к принятию сделан.
Депрессия. Одна стадия, один диагноз, но какие разные лица. Спектакль цепляет, когда узнаешь в ком-то себя. Мои слёзы были именно поэтому. Как хочется быть Идой, у которой всё происходит, как по книжке, гладко, которая находит своё счастье, пусть и под конец жизни. Но нет. Часто мы застреваем на одной из стадий или постоянно курсируем между ними, тяжело переживая. Искусство имеет поистине великую силу, когда заставляет нас переживать и задумываться о том, а как живу я и как хотел бы жить. А как вы переживаете горе? Как вы справляетесь с ним? И если вам кажется, что вы или ваш близкий не справляется — время обратиться к психологу, чтобы найти силы жить дальше.
