Эта тема подкралась к Ларисе незаметно. Битва за свои права настигла её сначала в профессиональном поле, затем она развернулась в квартире, что она снимает с приятелем, и под конец, в Ларискиных личных отношениях, и только опыт с близким человеком позволил ей увидеть, какие сражения происходили на самом деле, и чем же всё это было.
Лариска:
— Милый, мне не нравится, что, встречаясь со мной, ты все ещё не удалил свою анкету с сайта знакомств, и даже иногда заходишь туда. Я чувствую себя обманутой и смешной… особенно, когда я готовлю подарочки твоим родителям, а ты одной ногой всё ещё в поиске…
— Ларик, я удалил анкету. Прости, что я не сделал этого раньше, я должен был подумать об этом — просто ответил молодой человек.
(и тут Лариску снесло окончательно!)
— Ты не должен убирать анкету! Ты имеешь на неё право! Ты имеешь право хоть на 10 анкет!
— Да не имею на неё право, я же в отношениях с тобой!
— И что, теперь всё? Ты принёс жертву и теперь будешь ожидать её от меня? Нет! Я свободный человек, ничем жертвовать я не буду… я не хочу!
(Терпеливый парень попался):
— Погоди, я тебя о жертвах и не прошу, упаси бог! Я и сам их не приношу… Я делаю выбор, понимаешь? У меня есть право на анкету, да, это так. Но ещё у меня есть право делать что-то для близкого человека, чтобы тебе было хорошо со мной в отношениях. И это приятно. И в данный момент я выбираю именно это! А не мифические права иметь анкету!
(Пауза).
— Ты сам так выбираешь? — недоверчиво и протяжно прошептала Лариска.
— Конечно, сам! Можно подумать, меня кто-то пытает! Ну, нафиг мне сдалась эта анкета, подумай сама? У меня есть ты. И всякие дополнительные поглаживания неизвестных мне людей, которые ни к чему не ведут — становятся абсолютно безвкусными.
Мне важна ты, мне ценно то, что между нами, и мне очень приятно, когда я могу сделать что-то, благодаря чему отношения со мной тебе приятны, а не наоборот. У меня есть право не только отстаивать все свои права: право сидеть, стоять, петь гимн в 6 утра, но и право заботиться о тебе, заботиться о комфорте в наших отношениях.
Он говорил что-то ещё, наверное, столь же умное, но Лариска уже не слышала его и думала о своём: оказывается, выбрать право принести удовольствие другому, избавить его от напряжения — это тоже моё право! И реализовывать его, оказывается, очень приятно. Оказывается, помимо меня и моих прав в отношениях есть ещё и Он! И я могу что-то для него сделать! Сделать что-то, от чего он может улыбнуться… — мне! Словно бы от меня потянулась какая-то ниточка, и на другом её конце появился Он! В моём мире появился Другой!
Можно рьяно отстаивать сантиметры своих прав… и оставаться Одиноким Джо, который одинок, потому что нахер он кому нужен… вот таким неуловимым изолированным Джо была и я — думала Лариска. В одной руке — флаг своей независимости, в другой — кольт, посреди своей собственной пустыни, с маниакальной потребностью отстреливать каждого, кто приближается и не дай бог решит, что я отдам хоть сантиметр своей земли ради отношений с ним.
Особенный тупик начинается тогда, когда происходят подмены: и за правом "не мыть посуду сразу после ужина" стоит право на свою уникальность, когда за правом "раскидывать вещи" скрывается право на "место в жизни", когда за потребностью "всё время протестовать и говорить "нет" стоит потребность "отвоевать себя у поглощающего авторитета", в ощущении безопасности и переживании: "Я могу себя защитить".
Когда невозможно напрямую удовлетворить скрываемую потребность, реализовать своё истинное право, человек неистово совершает (на первый взгляд) провокации. И когда партнёр выражает недовольство, фрустрирует эти дурацкие капризы, человек может почувствовать покушение на базовые для него потребности — я ощущаю угрозу своей жизни — мне не позволяют раскидывать носки.
Хорошо бы осознавать какой ритуал: я нагружаю ответственностью за удовлетворение своей истинной потребности?
Где (в чём, в каких отношениях) она фрустрируется?
Что я могу сделать с этой фрустрацией? Как я могу напрямую (без замены чем-либо другим) пережить тот опыт, в котором так нуждаюсь?
Об этом Лариска уже не думала, она счастливо улыбалась своему М.Ч. в промежутках между поцелуями.
2014 г.
