Уже во времена древних греков слова φρην, καρδια означали не только сердце в прямом значении, но также душу, настроение, взгляд, мысль, даже благоразумие, ум, убеждение и т.д.
"Народное чутье" уже издавна верно оценило важную роль сердца в жизни человека. Сердце перестаёт биться — жизни пришёл конец, поэтому некоторые называют сердце "мотором жизни". Мы хорошо теперь знаем, насколько физическое и духовное благополучие зависит от правильной функции сердца.
Нам приходится в повседневной жизни слышать о том, что сердце "страдает", "болит" и т.д. В художественной литературе, в беллетристике можно найти выражения: "сердце тоскует", "радуется", "чувствует" и т.д. Таким образом, сердце сделалось как бы органом чувств и притом чрезвычайно тонким и универсальным.
"Остановиться на этом необходимо потому, что все указанные явления в своей основе имеют глубокий физиологический смысл", — говорит И.П. Павлов. В отдалённую эпоху, когда наши предки находились в зоологической стадии развития, на все раздражения, получаемые ими, они реагировали почти исключительно мускульной деятельностью, преобладающей над всеми остальными рефлекторными актами. А мышечная деятельность теснейшим образом связана с деятельностью сердца и сосудов. У современного цивилизованного человека мускульные рефлексы почти уже сведены до минимума, связанные же с последними изменения сердечной деятельности сохранились хорошо…
Современный цивилизованный человек путём работы над собой приучается скрывать свои мышечные рефлексы, и только изменения сердечной деятельности всё ещё могут указать нам на его переживания. Таким образом, сердце и осталось для нас органом чувств, тонко указывающим наше субъективное состояние и всегда его изобличающим. Для врача надо отметить, что насколько хорошо происходит регуляция сердечной работы, обусловленной мышечной деятельностью, конечно, не чрезмерной, настолько же плохо происходит регуляция сердечной работы при различных волнениях, кои не ведут к мышечной работе. Оттого так легко поражается сердце у лиц свободных профессий, несущих лёгкий физический труд, но зато чрезмерно подверженных жизненным треволнениям.
Так судит о сердце патологоанатом ("О смерти человека") и великий физиолог академик И.П. Павлов ("Курс физиологии" под редакцией проф. Савича, 1924).
Прибавим к этому ещё некоторые замечания. Иннервация сердца поразительно богата и сложна. Оно всё оплетено сетью волокон симпатической нервной системы, и через неё теснейшим образом связано с головным и спинным мозгом. Целую систему церебральных волокон получает оно от блуждающего нерва, по которым передаются ему многосложные воздействия центральной нервной системы и, весьма вероятно, посылаются в мозг центростремительные чувственные импульсы сердца. Мало ещё изучены и полны неизвестности функции симпатической и вегетативной нервной системы, но уже теперь вполне ясно, что они глубоко важны и многосторонни. И что особенно важно для нас, этим нервным узлам и волокнам несомненно принадлежит очень важная роль в физиологии чувствительности.
Таким образом, наши анатомо-физиологические знания о сердце не только не мешают, а скорее, даже побуждают нас считать сердце важнейшим органом чувств, а не только центральным мотором кровообращения.
Но Священное Писание говорит нам о сердце гораздо больше. О сердце речь идёт чуть ли не на каждой странице Библии, и впервые читающий её не может не заметить, что сердцу придаётся значение не только центрального органа чувств, но и важнейшего органа познания, органа мысли и восприятия духовных воздействий. И больше того: сердце, по Священному Писанию, есть орган общения человека с Богом, а следовательно, оно есть орган высшего познания.
