В России очередной тренинговый бум. Недавно созданная ассоциация тренеров и компаний, которые занимаются так называемой трансформационной работой, насчитывает сто профессионалов. Это только учтённые, предполагаю, что столько же неучтённых. В этом формате тренингов практически обязательна социальная работа — так называемые общественные проекты. Этим обычно занимаются участники лидерских программ: команда людей что-то делает общественно полезное для города и мира, urbi et orbi, как говорили древние. Я много лет не руководила подобными программами, и вот недавно мне посчастливилось такую провести. Мои участники решили заняться съездами для людей с ограниченными возможностями, колясочниками. Вдохновлённая их проектом, решила изложить свои размышлизмы на тему благотворительности.
Этот текст написан в Италии, куда я прилетела на оперный фестиваль в Вероне. Это такое гигантский летний оpen air, который проводится в Arena di Verona, античном римском амфитеатре, постройки первого века нашей эры. Так случилось, что путешествовать мне пришлось самостоятельно, используя общественный транспорт. И я решила отследить, можно ли преодолеть то расстояние, которое я проехала, если бы я была на коляске. То есть я следила за съездами и бордюрами. Мне надо было добраться из аэропорта Милана до центрального вокзала в городе, потом сесть на поезд и доехать почти до Вероны, а потом пересесть на автобус и добраться до посёлка на озере Гарда. Километров примерно 200. Так вот смогла бы, потому что всё предусмотрено. Дальше хочу продолжить про саму оперу. Имейте в виду, что Arena — это всё-таки не современная постройка, а место для боёв гладиаторов, и вообще-то там каждая ступенька в высоту мраморной скамейки, на которых почти двадцать веков тому назад, наблюдая за поединками, восседали жители города и окрестностей. В партере я насчитала около 25 человек на колясках. Кстати, многие из них, как положено в Европе, пришли, вернее, приехали, в вечерних туалетах. Без комментариев. Но так прекрасно и замечательно в Европе было не всегда. Например, в средневековой Европе "других" (больных, сумасшедших, бездомных, странных) изгоняли за пределы стен. С ними поступали просто, их сажали на корабль, и пусть себе плывут, куда хотят. Такие корабли назывались Narrenschiff — корабль дураков. Из "других" делали таких полузаключённых-полустранников. Изолировали от общества, с глаз долой, и проблема как будто не существовала.
Видимо 1000 лет истории что-то изменили в головах европейцев. А у нас в России? На настоящий корабль уже никого не посадишь и по Волге не пустишь, однако стратегия осталась: мы создали этакий виртуальный корабль дураков. Этих "других" можно просто запереть в стенах собственных квартир, опять же сделав полузаключёнными, считая, что этот мир не для них. Запереть не при помощи замков и засовов, а просто сделав социализацию для них недоступной.
Если бы инопланетяне стали использовать человеческую рекламу в качестве пособия по жизни на Земле, они бы сделали вывод, что планета заселена прекрасными молодыми людьми, стройными и высокими, постоянно испытывающими восторг от всего происходящего, счастливо живущими в мире, полном бесконечных возможностей. Мы не инопланетяне, но мы тоже пребываем в этой иллюзии. Или хотим пребывать.
О Москве. Я в ней родилась и живу, и этот город очень хорошо знаю. Ситуация как будто меняется. Вопрос — как? Мне кажется, что у людей появилось некое подсознательное чувство вины и чувство долга, которое заставляет их действовать незамедлительно. И опять же вопрос как? "Другие" остаются "другими". О них просто надо заботиться как о "других". Посмотрите на количество благотворительных фондов. Просто всплеск.
Всё это прекрасно, и я не хочу принижать ценность усилий людей, которые отдают своё время, деньги, энергию на то, чтобы изменить ситуацию, но проблема решается, как известно не на этом уровне, на котором она создана и существует. Она может быть только решена на уровне выше. А это уровень нашего мироощущения и мировосприятия, уровень нашего сознания. А что в головах? Вот примеры.
Мне часто приходиться говорить с людьми, которых так или иначе увлекают идеи благотворительности и они хотят открыть свой фонд. Я всегда задаю один и тот же вопрос — зачем? Пойди работать волонтёром. Знаете, какой самый распространённый ответ? — "Я хочу помочь, но я не доверяю другим фондам, там могут деньги отмывать, а у меня будет всё честно". И так каждый второй.
А ещё я слышу такое, например: мой муж раз в три месяца покупает машину памперсов и отвозит в дом малютки. Мужа знаю много лет, он успешный предприниматель, но он никогда-никогда о подгузниках не упоминал. Или другой пример. "Наша компания шефствует над детским домом, но мы это не афишируем". А почему "не афишируем", разве это стыдно?
Вспоминаю случай, когда на одном заморском курорте, среди пары сотен постояльцев пятизвёздочного отеля, в основном русских, оказалась девушка с шизофренией. Обычно с ней было всё в порядке, она была вполне успешно вписана в общество, так как была на постоянном медикаментозном лечении. Думаю, что про её шизофрению кроме близких никто не знал. Отдыхала она одна. Но случилась незадача — она потеряла таблетки. Ходила как зомби по гигантскому пространству отеля в бреду, как Офелия, при этом всё было весьма безобидно, никому она особо не мешала. И что два дня подряд делают наши соотечественники (заметьте, постояльцы пятизвёздочного отеля) — они шарахались от неё, как от прокажённой, и только говорили и говорили о том, что будет, если она к ним подойдёт. И она подходила, тогда они её просто гнали. Она плакала и что-то лепетала. А ещё они боялись, что им придётся двести километров до аэропорта ехать с ней в одном автобусе, а потом четыре часа лететь в самолёте. И говорили об этом постоянно. Было стыдно.
Два моих приятеля (с памперсами и шефством над детским домом) — типичные резиденты пятизвёздочного отеля. Мне хочется верить, что в случае с "Офелией", они, было, проявили о ней заботу, но давайте не про другое. Пусть этот пятизвёздочный отель будет такой маленькой репрезентативной выборкой, представляющей определённый срез страны. Так вот вероятность велика, что процентов 10% этой выборки будут так или иначе задействованы в благотворительности, то есть, как у нас принято — давать деньги. Мне эта ситуация напоминает то, что мы иногда делаем с нашими родителями: нам бывает скучно слушать разговоры людей "другого" поколения, присоединяться к тому, что ценно для них, но не ценно для нас, и мы начинаем откупаться подарками и деньгами. Вместо того чтобы поддерживать отношения и жить с ними одной жизнью.
Есть ещё один момент, который мне бы хотелось подчеркнуть. Я не проводила никаких специальных исследований, всё, что я напишу ниже, основано на моих ощущениях. Мне кажется, что все усилия в основном направлены на так называемых перспективных "других", ну, тех, из кого со временем возможно сделать "своих": например, воспитанникам детских домов легче помогать, чем бомжам с вокзала.
К чему я? Только собирать деньги — это отбрасывает нас в начало прошлого века, когда богатые меценаты, поддерживали умирающих от чахотки гениев, а члены царской семьи появлялись в военных госпиталях, как сёстры милосердия. Сейчас задача — намного круче и сложнее.
Стереть в голове программу, сообщающую нам, что мир состоит только из двадцатилетних, здоровых и белых, а есть ещё и "другие". Это первое. Второе, и самое главное — начать создавать для этих "других" такие возможности, чтобы они стали частью остального мира.
Как донести до людей с ограниченными возможностями, что они не "другие", и что они, если выберут, могут жить вполне полноценной жизнью? Я, как тренер, часто сталкиваюсь с ситуацией, когда среди участников тренинга оказываются сироты, воспитанники детских домов. Коллеги не дадут соврать, такие люди всегда особый случай, всегда требуют к себе специального внимания, всегда тянут одеяло на себя, всегда сознательно или подсознательно манипулируют своей "другостью", и очень непросто работать с ними и донести до них, что они такие же, как все, что их не надо жалеть. Более того, они виртуозно вовлекают остальных участников в то, что они особенные. Это как сговор какой-то!
Мы можем понастроить замечательные съезды для людей на колясках, собирать одежду для малоимущих, но самое главное происходит не в материальном мире наших городов, а в виртуальном мире наших мыслей, и пока мы будем думать про дворника, который с пяти утра отдраивает наш двор, "этот таджик" и не здороваться с ним, мы будем жить в страхе, изгоняя "других" из мира.
И будем одним большим кораблём дураков.
