Почему нежелание учиться чаще всего встречается у мальчиков? И почему девочки, даже не имея выдающихся способностей, более послушны и старательны в учёбе?
Подрастая, мальчик в дошкольном и раннем школьном возрасте и даже ещё раньше осваивает природную мужскую агрессию, данную от рождения каждому мужчине. Без этой мужской агрессивной энергии не могла бы развиваться цивилизация. Именно естественная природная агрессия, превращаясь у взрослеющего мужчины в мощный творческий потенциал, даёт "горючее" как для новых идей, так и для организации целых человеческих сообществ, воплощающих эти идеи в жизнь. Речь идёт о созидании всего, что нас сегодня окружает — от простых бытовых предметов до деятельности в науке, искусстве, строительстве, производстве, политике, экономике и так далее. К большому сожалению, это "и так далее" включает также и создание-применение различных видов оружия массового уничтожения. Итак, в западном мире подрастающий маленький мужчина переживает естественные внутренние импульсы растущей мужской агрессии, которые и должны проявляться в его формирующемся мужском сознании как важнейшие признаки духовного роста именно мужчины. Эти импульсы побуждают мальчика не только осваивать внешний мир, но и — управлять миром, что вскоре предстоит ему делать в его взрослой мужской жизни.
В то же время в прозападной культуре большинство мальчиков растут в социальной среде семьи, детского сада, начальной и средней школы, где доминируют воспитывающие их женщины, не знакомые с глубинными особенностями мужской психологии — природной психологии правителя. Женщины часто переполнены глубинным страхом, а также — совершенно иной по происхождению женской агрессией материнского плана, связанной с потребностью обеспечить, прежде всего, — выживание. Бессознательная "политика" материнской инстинктивной защиты имеет архаичную природу и не предполагает воспитания героев или победителей. Её стратегия противоположна — сохранить жизнь и здоровье детёнышей, а также — подчинить их первичным социальным нормам, которые исключают агрессию как опасность. Не раз приходится слышать от мам — "мой ребёнок", когда они говорят о своих сыновьях-юношах, хотя последним давно пора освоить "меч и коня".
Современная западная культура утратила наследие предков, которое заключалось в своевременном проведении мужских инициаций. Они представляли собой последовательные мужские испытания и были адресованы мальчикам уже с 3–10 лет. Инициации направляли, канализировали природную мужскую агрессию, создавая условия, в которых мальчики обучались осваивать эту свою мужскую духовную и физическую силу, учились управлять ею ради защиты жизни.
Например, трёхлетнего казачка отец сажал на коня и водил коня по двору, чтобы сын приучался чувствовать коня и управлять им. Это составляло основу боевых навыков будущего казака. А славянский дружинник давал в руки палку сыну, который недавно научился ходить, и шутливо "сражался" с ним, постукивая по его палке своею, побуждая мальчика делать ответные удары. В таких условиях у мальчиков к 10 годам не возникало неразрешимых вопросов, "куда девать мужскую силу". Еврейскому мальчику в 10 лет проводят обрезание (коллективное испытание, связанное с болью) и вешают на пояс настоящий кортик как знак принадлежности к миру мужчин, а с 12-ти лет им позволено читать Тору в храме. Это означает: он полностью отвечает отныне за собственные поступки. Так происходит освоение духовной мужской силы.
Но в целом, современный западный мир зачастую вынуждает растущих мужчин в детстве долго подавлять свою природную агрессию. После этого им сложно по достижении социально активного возраста "выбрасывать" её для достижения различных социальных вершин: при сдаче экзаменов, в создании собственного бизнеса и т.п. Будучи "запертой в подвале" или "забытой на чердаке" личности, мужская агрессия к моменту социального спроса на неё нередко оказывается уже серьёзно отчуждённой от мужского "Я". Она не принимается центральной структурой личности и не может успешно служить поставленным целям, как в случае, если бы она могла естественно развиваться в мужских инициациях параллельно с речью растущего мужчины. В результате мы имеем парадокс — современный мужчина, не умея управлять ею, зачастую сам боится своей природной агрессии!
Многие мамы жалуются на сыновей-школьников разного возраста: мальчики отказываются учиться, не желают исправлять двойки, прогуливают школу, некоторые пытаются курить и выпивать. К сожалению, атмосфера большинства школ постсоветского пространства "выключает" личность из процесса обучения, ставя во главу угла бесполую процедуру освоения знаний.
В то же время, уважая мужскую природу, просто опасно не отдавать должное её истинной сути. Протестное поведение мальчиков и юношей является естественным мужским стремлением к свободе и независимости, к управлению миром (для начала — своим собственным), к изменению стареющих устоев социума. Родители же и педагоги склонны видеть здесь только криминальные мотивы и личностную испорченность. "Вышибание" телефонов на улице, стремление к риску, увлечение компьютерными играми и т.п. — это реализация генетической мужской потребности в успешной охоте! Употребление психотропных веществ, насечки на руках, странности пищевого поведения — это также генетически унаследованные элементы древних инициаций для юношей и мужчин, которые всегда были связаны с подобного рода испытаниями: переживанием символической смерти детского "Я" для символического же возрождения в новом качестве — взрослого воина, охотника. В древних мужских инициациях очень часто использовались психотропные вещества для временного достижения трансцендентных состояний, дающих возможность посмотреть на жизнь и мироустройство "сверху", с точки зрения божественного сознания. Мужские инициации включали много испытаний мужской выносливости, силы, невосприимчивости к боли.
Поскольку западная культура утратила традицию общепринятых юношеских и мужских инициаций, направляющих мужскую агрессию на созидание, мужская агрессивность бесконтрольно прорывается, где и как попало: в домашнем и политическом насилии, в кинематографе и т.д. Не зря восточные боевые искусства завоёвывают всё больше популярности в западном мире — их основной принцип: дозирование мужской агрессии, ювелирное управление ею, осознанная ответственность за её применение.
Почему же современное западное общество отбросило культуру обязательных мужских инициаций и тем самым отказалось воспитывать героев? Почему психоаналитики так тревожатся по поводу опасности, которую несёт захваченность личности героическим архетипом? Почему мы не "бьём в колокол": воспитание западных мужчин по большей части духовно кастрирует их, открыто унижает их достоинство "с младых ногтей"?
Возможно, кому-то кажется опасным, если мужчины будут расти героями. По преданию, мать Ахиллеса кидала змей в кровать спящему 10-летнему сыну, и он, проснувшись, учился общаться с ними, в результате чего приобрёл свою легендарную неуязвимость. Этот мифологический сюжет символически показывает суть материнской мудрости, необходимой для воспитания героя. Для этого он должен не бояться смерти, а сделать её своей союзницей.
Чтобы требовать от мужчин доблести и мужского достоинства, следует вернуть в культуру инициации для мальчиков, юношей и мужчин. Устаревшие виды инициаций не сложно заменить новыми, если правильно ставить цель: направить природную мужскую агрессию на созидание, защиту жизни, женщин и детей, защиту подлинных человеческих ценностей. Обучение в школе может стать при этом не унизительной ежедневной процедурой, а настоящей мужской инициацией, дающей открыться природным мужским силам растущего мужчины.
Как это возможно?
В любой семье мать или отец могут, например:
- серьёзно играть с сыновьями раннего школьного возраста в освоение новых планет — ведь для командира корабля нужны самые разные умения: писать (можно писать обращение к жителям другой планеты), считать (всегда важно уметь посчитать, сколько горючего нужно, чтобы слетать туда и вернуться обратно), знать географию, биологию и многое другое.
- В других случаях можно соорудить вместе с сыном из диванных подушек дракона, который не пускает к сокровищам (знаний, например) и предоставить ему победить Дракона, внутри которого окажется "проглоченный" им накануне пропавший учебник математики или задачник.
- Кроме того, поможет увлечение изучением марок и характеристик автомобилей, кораблей, самолётов, вождение которых тоже может стать полезной игрой, требующей многих знаний, что даются в школе. Например, чтобы быть капитаном корабля или пилотом самолёта, нужны физика и география, иностранный, химия и математика. Ситуации, запрашивающие эти знания, можно поочерёдно каждый раз вводить в игру с сыном.
- Ещё один важный путь направления растущей мужской силы в правильное русло — это игры по овладению различными видами оружия, которое направляется на защиту слабых: девочек, детей, женщин и стариков.
- Добрую службу сослужат игры в собственный торговый караван, где важно защитить караван и погонщиков от разбойников, спасти пленённую ими красавицу, и где потом придётся переходить с товарами таможню, заплатив пошлину, где нужно продать товар и получить золото (важный символ мужской социальной силы).
- Игра в разбойников может стать и отдельным игровым сюжетом, так как побывать в плену, претерпеть лишения, затем суметь освободиться и бежать из плена или победить разбойников, освободив при этом кого-либо из товарищей — это настоящая мужская героическая инициация.
- Большую пользу принесёт игра в хорошо организованную научную лабораторию, где учёные (возможно, алхимики) пытаются сделать открытие века, способное спасти человечество (создать "эликсир бессмертия", "богатырского здоровья", "вечный двигатель", непобедимого "сверхчеловека" и т.д.). Здесь потребуются знания химии, биологии, медицины, физики и многие другие! Учёные могут даже "получать зарплату" и "премии" за успехи в своей научной работе.
Если бы такие и подобные формы обучения взяла на вооружение школа — это стало бы настоящей культурной революцией и принесло бы бесчисленные плоды цивилизации, включая разоружение стран. Это гармонизировало бы отношения мужчин и женщин, выросших в таких духовно здоровых условиях. Что касается семьи, то творческое отношение родителей к созданию домашних и дворовых инициаций мужской зрелости для своих сыновей поможет и самим родителям уважать мужскую силу как единственную надёжную опору на пути к любым достижениям.
