Мы любим книги, из которых узнаем что-то новое. Тяга к познанию заложена в нас от природы. Мы хотим знать все о предмете, но как только узнаем, теряем к нему интерес. Такой подход к изучению, как правило, свойственен читателям с завышенной самооценкой, пользующимся признанием себе подобных. На самом деле большинство стремящихся к знанию стяжают лишь факты и высказывания других. И, строго говоря, это нельзя назвать знанием. Познавать новое нужно для того, чтобы творить, а не держать в себе. Знание должно принести плод, а не быть погребено с уходом познающего. Читатели, как планеты, должны отражать свет автора, а не запирать в себе, как в темнице, знания и факты, почерпнутые от него.
Мысль, как и жизнь, не стоит на месте. Если мысль автора не находит своего продолжения в читателях в виде поправок и дополнений, она отмирает, как высохшая ветка. Лучший критик тот, кто способен продолжить мысль предшественника. Мысль жива, только когда имеет продолжение. Пересказывающий чужие мысли — враг развития, а, следовательно, — жизни.
Развитие — непреложный закон жизни. Время вносит свои поправки в мысль и побуждает её добиваться новых высот. Развитие означает движение, прежде всего вверх. Пустая критика и чтение ради складирования фактов — два великих врага развития мысли, наших с вами врага.
Критик, желающий нам добра, никогда не посоветует отказаться от достигнутого: нужно лишь поменять, скажет он, направление поиска. Возвращаться туда, откуда был начат поиск, означает впустую тратить силы и время. Не отказываться от пройденного, а сместить вектор движения будет самым разумным.
Это относится и к здравомыслящему читателю. Изучая древнего автора, он постарается определить, до какой отметки в поиске истины добралась его мысль. И уж точно не призовёт сжечь книгу на том основании, что её мысли бесполезны. Мысли не бывают бесполезными, поскольку всякая мысль — средство достижения цели, отрезок на пути к истине. Читатель, отвергающий "плохую" мысль, не понимает, что разумнее не уничтожать плохую дорогу, а переделать её в хорошую. Мысли, как дороги, перетекают одна в другую. Наша задача — не отвергать их, а переходить из одной на другую, двигаясь в нужном направлении. Для знающего цель любая мысль окажется полезной, если придать ей нужное направление. Быть может, то, что сегодня кажется пределом познания, завтра станет одной из бесчисленных вех. Где заканчивается одна мысль, начинается другая. Так они выстраиваются в бесконечную череду отправных точек и целей, благодаря которым развивается человечество.
Великие реформаторы провозглашали, что пришли не отменить старый закон, но исполнить его. Валмики, Вьяса, Платон, Иисус, Мухаммед, Конфуций и Чайтанья Махапрабху подтверждали это либо словом, либо делом.
Платон представляет западный взгляд на духовные вопросы, а Вьяса — восточный. Подобно этому Конфуций олицетворяет путь Востока, а Шлегель, Спиноза, Кант и Гете — Запада. Хотя их исследования сделаны в разное время и отличаются по своим методам, они приходят к похожим выводам, ибо цель поиска — одна и та же: Абсолютный Дух, независимая Душа мира. Разве они могут не искать Ее? Термины и выражения в их произведениях могут различаться, но идея, суть, которую они пытаются донести, неизменна. Они искали универсальную религию, и их труды увенчались успехом, поскольку Бог всегда исполняет желания своих детей. Красота созданных ими учений очарует любое чистое, великодушное, открытое и сострадательное сердце.
Настоящий критик всегда великодушен. Он лишён пристрастий и духа партийности, этого вечного врага истины, который обесценивает все труды мыслителя. Дух партийности довлеет над каждым, кто говорит, что Абсолютной Истины нет нигде, кроме древних писаний его собственной традиции. Лучший пример этому — тот факт, что философ из Бенареса не увидит истины ни в идее всемирного человеческого братства, ни в учении о Боге как верховном Отце всех живущих. Многие мыслители, увлечённые своими теориями, не понимают высшей красоты христианской веры. Суть учения Христа сводится к тому, что нужно всем сердцем возлюбить Отца, и пока мыслитель не проникнется этой философией бесконечной любви, у него не будет той безраздельной веры, о которой говорил Спаситель. Та же любовь поможет настоящему христианину увидеть истину в учении Веданты. Итак, мыслителю нужно обладать доброй, восприимчивой, любящей и беспристрастной душой.
Здесь я слышу голос строгого критика: идеи реформатора, неправильно объяснённые, способны принести беды и страдания миллионам. Но, уважаемый критик! Взгляните на историю человечества! Кто из философов и реформаторов был понят правильно? Все они — Платон, Вьяса, Иисус, Чайтанья — несли миру идею чистой любви к Богу, а последователи низводили её до богобоязни. В каком бы виде вы ни изложили абсолютную религию чистой любви — доступно, сложно, на словах или на бумаге — невежественные извратят её до неузнаваемости.
Можно сколь угодно говорить о родстве божественного Духа и человеческой души и о том, что Абсолютная Истина сокрыта глубоко в нашей природе и поэтому истинная религия не нуждается в объяснениях, но это заблуждение. Азы и нравственные основы религии действительно близки нам и быстро находят отклик в нашей душе, но, чтобы проникнуть в сложные формы веры, нужно покорить определённые высоты. Понимание сложных истин, как бы близки они ни были нашей природе, невозможно без понимания основ. Самая чистая религия та, что даёт самую чистую идею Бога. Поэтому невежественному сознанию не дано обрести абсолютную религию — пока оно остаётся невежественным.
Никому не придёт в голову обвинять Спасителя из Иерусалима или Спасителя из Надии в злодеяниях, чинимых последователями спустя века. Идеи чисты, но наше порочное сознание превращает их в орудие зла. Поэтому время вынуждает к реформам. Подлинные реформаторы не отвергают изначальную идею, а исправляют отклонения, повлёкшие за собой зло. Для этого они проливают новый свет на толкование изначальной идеи.
Бог открывает нам истину, как открыл Вьясе, когда мы искренне ищем ее. Истина вечна и неисчерпаема. К душе нисходит откровение, когда она искренне желает этого. Души великих мыслителей прошлых эпох, ныне обитающие в духовных сферах, часто приходят на помощь ищущим и открывают новые горизонты поиска. Так Вьясе помогли Нарада и Брахма. В писаниях, иными словами, сборниках идей, содержится отнюдь не все, что бесконечный Отец хотел нам сказать. Безупречных книг нет. Откровение Бога — Абсолютная Истина, но при восприятии и передаче из рук в руки она теряет свою первозданную чистоту. В "Шримад-Бхагаватам" (11.14.3) говорится, что истину, явленную свыше, следует считать абсолютной и принимать безоговорочно. Но, пройдя через многочисленные передаточные звенья, она порой меняется до неузнаваемости. Часто, окрашенная нашим сознанием, истина превращается в ложь. И, чтобы не утратить своей первозданной чистоты в этом мире, она приходит снова и снова в новых откровениях.
Святые предостерегают нас: будьте осторожны, изучая труды древних авторов, какими бы мудрыми и авторитетными они ни слыли в веках. Не принимайте на веру мысль только потому, что ей много лет. В поиске истины нам даётся полная свобода — свобода отвергнуть ложную мысль, не выдержавшую испытание временем и идущую вразрез с внутренним голосом совести, и принять новую, соответствующую нашим внутренним запросам. Критерий истинности мысли — её связь с красотой божественного мира.
Известно, что Вьяса, написав Веды, Пураны и "Махабхарату", остался недоволен. Он собрал воедино все, чего достигла мысль человека и что Истина позволила знать о Себе. Он предоставил читателям огромный выбор учений и философских знаний. Казалось бы, врата истины открыты. Но что-то внутри него не давало ему покоя: "Ты пересказал мысли других. Но что, если они ошибались? Как можно говорить об истине с чужих слов? Ты не обретёшь покоя, пока сам не постучишься во врата неисчерпаемого хранилища истины, откуда доставали свои сокровища мудрецы прошлых эпох. Ступай к кладезю истины, откуда ещё никто не возвращался разочарованным, и сам достань свои сокровища. Повинуйся зову сердца. Быть может то, чем удовлетворились древние мудрецы, не годится для тебя".
Каждый должен когда-нибудь сделать выбор: жить догмами прошлых поколений или, как свободная личность, шагнуть навстречу неведомому. Так родилась "Бхагавата" — учение вайшнавов — не под гнётом чужих "авторитетных" мыслей, а в результате свободного выбора свободной личности. И пусть это послужит нам уроком.
Из всех даров, которыми наградил нас Господь, самый ценный — свобода. Так будьте свободны, не делайте себя рабами чужих мыслей, пусть и очень древних. Думайте самостоятельно, ступайте далее в поиске истины — неведомой истины. В "Шримад-Бхагаватам" (11.21.23) говорится: "Писания рождаются в свободном поиске истины, а не в слепой вере авторитетам. Писания пронизаны духом свободы — вооружитесь им и ступайте вперёд". Поэтому "Бхагавата" и основанное на ней учение вайшнавов есть религия свободы, неискажённой истины и абсолютной любви, а любовь — достояние свободных.
Развитие возможно только при наличии свободы. Свобода свята, поскольку дарована Богом и ведёт к любви. Бесконечная свобода ведёт к бесконечной любви. Однако злоупотребление свободой ведёт к гибели. Вайшнав должен очень осторожно обращаться с этим бесценным и прекрасным даром Бога.
Писание вайшнавов пронизано духом почтения ко всем учителям и реформаторам — ушедшим и грядущим — ко всем, чья мысль идёт дальше привычных устоев, поскольку само учение вайшнавов есть результат неповиновения авторитетам. "Бхагавата" провозглашает: в поисках истины не бойтесь крушить какие бы то ни было догмы. Вайшнав в почтении склоняется перед каждым человеком, независимо от его веры и убеждений, поскольку каждый человек несёт в себе искру Божественной Истины. Оставьте предрассудки, посмотрите, насколько учение вайшнавов универсально. Оно обращено не к узкому кругу людей, которых принято называть индуистами, а ко всем, независимо от национальности и положения в обществе. Вайшнавизм несёт в себе идею любви к Богу — любви бесконечной, безусловной, универсальной, не просящей ничего взамен. Пусть мир воцарится во вселенной, движущейся к любви и чистоте благодаря стараниям ушедших и будущих гениев, которых, как обещает "Бхагавата", награждает божественным даром Всемогущий Отец, Создатель, Хранитель и Разрушитель всего сущего на земле и на небе.
Из лекции, прочитанной в 1869 году в Динаджпуре, Западная Бенгалия.
